Том 2. Часть 24. (2/2)

— Не хочу. — поднимаю голову, уже ожидая пощечины или чего-то в этом роде, но дожидаюсь лишь легкого касания моих плеч.

— Слушай, Молли не должна знать, что между нами происходит, — начинает было он, но я перебиваю.

— А что между нами происходит?

Он замолк.

Его брови вмиг нахмурились, а сам он опустил голову, будто видеть меня не хочет.

— Сама будто не видишь, — пробубнил он, выходя прочь из комнаты.

***

«Что было дальше?» — спросите вы у меня. А я отвечу. Ничего. Мы больше не разговаривали с тех самых пор. Я пыталась избежать его присутствия, переехала жить в комнату к Молли, а о Елене мы все дружно забыли, так как она успела уехать еще до нашего с Кирой прихода.

Я не выходила из комнаты днями и ночами, всё время лёжа на диване и закрыв лицо ладонями, Молли даже было спросила, не схожу ли я с ума… честно сказать, я ответила, что нет, хотя кажется мне уже ровным счетом наоборот.

Моя сожительница из комнаты тоже выходила редко. Редко и ненадолго. Я не знаю, о чем они говорили с Кириллом, пока я не слышала, но, наверное, в их отношениях всё хорошо. Может, под «отношениями» имеется ввиду уже даже что-то другое, большее, чем могло быть между нами.

Так пролетела зима. Долгая, холодная и совсем не приятная.

Единственное, что было в ней не скучным — третье февраля, день рождения Кати, которую я поздравила лишь по телефону и перевела немного денег на подарок. Мне они уже вряд ли пригодятся…

Весна тоже поначалу не была красивой: восьмое марта, всемирный женский день, прошел очень даже скучно. Только под дверью нам Кирилл оставил два цветка — один мне, один Молли, но мы с девушкой еще долго шутили о том, что два цветка приносят лишь на похороны.

Сегодня день рождения Кирилла. Поскольку мы питомцы, ничего подарить ему не сможем: денег нет. Точнее, есть, но только у меня.

Я проснулась самая последняя. Когда встала с дивана и огляделась, поняла, что моей соседки в комнате нет. Последовал обреченный вздох. Сегодня я впервые выйду из комнаты и, возможно, заговорю с Кирой, если он, конечно, будет не против.

Причесавшись, умывшись и почистив зубы, я, прямо в пижамных штанах и футболке, поплелась на выход из комнаты. Из кухни на нашем этаже доносились голоса — один мужской, тот, который я из тысячи узнаю, а второй женский. Это они.

Я на цыпочках подошла к двери, чтобы послушать, о чем они говорят. Как и всегда. Подслушивать плохо, знаю, но разве кто-то, кроме моей совести, меня обвинит?

— Супер, — по голосу Киры было слышно, что он улыбается. Мое сердце забилось быстрее.

— Пойду Люсю разбужу, — видимо, я не успела.

— Привет, — открывая дверь, здороваюсь я. Чувствую себя так, как будто сейчас инфаркт хватит, потому что всё тело затряслось, а сердце предательски заболело. — с днем рождения.