Часть 4. «Бежать» (1/2)

Я всё ещё сижу на полу. Уже ночь. Часов в комнате не было, но по виду из окна я это поняла. Звёзды. Луна. Тьма. Я решаю включить телевизор. Нащупываю пульт (свет я так и не включила), включаю.

Тут есть Ютуб — хоть какие-то плюсы. Со скуки не умру. Ну что, Бледный, жди счёт за электроэнергию. Открываю канал Масленникова. Новое видео… С Катюшей?! Удивлению моему не было предела. Я тупо сидела с открытым ртом до тех пор, пока в мою дверь не постучались.

— Да? — кричу я человеку за дверью.

— Кушать будешь? — в дверном проёме показывается недовольное лицо моего хозяина.

— Ты время видел, сумасшедший? — не знаю почему, но решаю улыбнуться ему.

— Ты весь день ничего не ела, — заходит в комнату, опирается на стену. Он пьян.

— И без тебя знаю, — всё так же улыбаюсь, поднимаясь с пола.

— Тебе не холодно? — я разглядываю его. Стеклянный взгляд кажется мне до боли грустным, но уголки губ приподняты вверх. Пряди волос падают на лицо, от чего он время от времени мило морщит нос.

— Не-а, — говорю я, подходя ближе.

— Твоя сестра? — удивлённо спрашивает он, смотря на экран телевизора.

— Ага, — томно вздыхаю, смотря в пол. — повезло ей, — отвожу взгляд на окно, а после снова смотрю на парня. Он скрестил руки на груди. Только сейчас замечаю, в чём он одет. Зелёный свитер и чёрные штаны. Носки с бургерами. Улыбаюсь. У нас они одинаковые.

— Безусловно, — я не знаю, сколько он выпил, но его язык уже немного заплетается. — но тебе повезло больше, малышка, — он, улыбаясь, подходит ко мне и берёт за руку.

Я уже хотела сказать в ответ что-то обидное, но… мне так не хочется разочаровывать его. Почему — не знаю. Сейчас мы просто идём по коридору, видимо, на кухню. Он по прежнему держит меня за руку. Минута — мы уже в небольшом помещении. Я сажусь за стол, а Кирилл достаёт из холодильника пиццу. Даже не разогрев, кладёт её на стол.

— Кушать подано, — плюхается на стул, взяв кусок пиццы и откусив его.

— Спасибо. — повторяю его действия. Может, не такой уж он и токсичный? Или же алкоголь на него так влияет. Ответа на этот вопрос у меня не было.

Мы просто сидим и молча смотрим друг на друга. Изучаем черты лица.

— Как дела? — вдруг спрашивает он, постукивая пальцами по поверхности стола.

— Прекрасно, меня продала собственная мать, — хмурюсь, забывая о том, что не планировала ему грубить. Сразу замираю. Осознаю ошибку.

— Ты, это, — тихо начинает он, — не переживай так из-за этого, — откидывается на спинку стула, смотря в потолок. — всё хорошо же будет.

Я молчу. Хотелось бы верить его словам, но я уверена, что завтра, протрезвев, он будет говорить уже совсем по-другому. Вдруг перестаю улыбаться. Смотрю на свои руки. Поднимаюсь со стула.