Два Реддла (часть 36) (2/2)
— Пора заканчивать! — крикнул Геланор. Он ещё не мог сформулировать в своих мыслях конкретное представление о том, что произошло, однако чувствовал, что увидел достаточно.
— Подожди, я должен понять этот узел, — напряжённо отозвался Мегхарни.
Отчаянный крик женщины прервала зелёная вспышка. Волан-де-Морт поднял палочку, целясь в мальчика, глядящего на него огромными испуганными глазами.
— Авада…
Секунда темноты.
— Господи, тут ребёнок!
Дрожащие руки подняли младенца, лежавшего на черной бархатистой ткани.
Темнота.
Реддл вытягивал воспоминания из умирающего путешественника во времени.
Темнота.
Волан-де-Морт наставил палочку на голову маленького Гарри.
— Авада…
Темнота.
Ветеринары выбежали на порог.
— Ты слышал? Какие-то странные звуки.
Воздуха не хватало, как будто с каждым перемещением кислорода становилось все меньше. Геланор хотел снова закричать, что Мегхарни должен остановиться, однако что-то давило на него с невероятной силой и он не мог издать ни звука.
— Авада Кедавра!
Зелёный луч ударил маленького Гарри в лоб, но отразился — ребёнка только мотнуло в сторону, он стукнулся затылком о перекладину кроватки и заревел. Отраженное проклятие влетело в грудь Волан-де-Морта. Палочка выпала из его руки, он невольно отступил на шаг, растерянно глядя на место, куда его ударил луч. Все произошло почти так же, как должно было: защита Лили спасла Гарри и заставила проклятие вернуться к убийце. Но Волан-де-Морт не исчез. Авада попала в Маховик Времени.
Медальон раскололся пополам, из него посыпались осколки стекла — изумленный Реддл пытался удержать их руками — медленно вылетали песчинки, не подчиняющиеся законам гравитации, лилась заключенная ранее субстанция воспоминаний, смешиваясь с песком… Волан-де-Морт, окруженный песчинками, которые витали вокруг, при каждом прикосновении испуская едва заметные золотистые вспышки, начал меняться. Его кожа постепенно приобретала более здоровый цвет, морщины сглаживались.
Несколько секунд Реддл в ужасе смотрел на свои руки, потом ощупал лицо, шею и грудь. Его тело молодело и уменьшалось.
— Нет… Что это такое? — прошептал он. — Что со мной происходит? Не может быть…
Он резко крутанулся на месте и трансгрессировал без палочки.
Короткая вспышка темноты оборвала видение.
На землю под кустами с шорохом упала мантия Волан-де-Морта, наполовину закрыв младенца, разбитый Маховик укатился на тротуар. Из маленького дергающегося тела с отчаянным воем вырвался дух, в бесплотных очертаниях которого с трудом можно было разглядеть уродливое лицо, и унесся прочь.
Хлопнула дверь.
— Ты слышал? Какие-то странные звуки.
Перед глазами живо встала совсем не связанная с видениями картина, собственное воспоминание: Отдел Тайн, комната Времени, вихрь песка, в котором взрослый петух превращался в яйцо…
Геланора словно сдавило со всех сторон, в несколько раз сильнее, чем при трансгрессии, голову обожгло жаром и вдруг вышвырнуло из видения. Он невольно рванулся вперёд и упал на колени.
А потом некоторое время бездумно смотрел на пол, непонятно зачем разглядывая каждую щепку и пятно грязи. Кто-то позади суетился, что-то наколдовывал, но возгласы как будто не долетели до Геланора. Он не хотел ничего слышать и видеть, кроме участка грязного пола. Мучительная боль проходила, жар постепенно сменился ощущением холода на затылке и спине. Геланор рассеяно провел рукой по доске, укололся щепкой, и это сразу же вернуло его к реальности. Он медленно обернулся. От жалкого маггла остался лишь чёрный обгоревший труп в луже воды, которая не спасла его от смерти. Дамблдор, враз ссутулившийся и как будто постаревший ещё лет на пять, взмахнул палочкой, наколдовал белую ткань и тихонько прикрыл ею тело. Директора следовало убить. Сейчас. Это был идеальный момент: и Дамблдор, и Поттер стояли к Геланору спиной, а значит, он мог легко прикончить их обоих, использовав две палочки одновременно. Он поднялся, нащупал палочки…
Наваждение внезапно схлынуло. Геланор схватился за голову и опустился на корточки, тяжело дыша. Его начало трясти.
Гарри, побледневший от ужаса, повернулся к нему.
— Ты убил его! — выдохнул Поттер, указывая пальцем на покрытый тканью труп. — Вьен, ты убил его! Ты понимаешь вообще?!
Геланор не ответил. Он прекрасно видел, что случилось, но только что могло случиться нечто гораздо страшнее. Ещё бы секунда — и два главных врага Волан-де-Морта были бы мертвы.
Волан-де-Морт…
Геланор зажмурился.
— Что с тобой, мой мальчик? — раздался совсем рядом голос Дамблдора.
Геланор вытащил обе палочки и бросил на пол под ноги директору.
— Заберите их. Заприте меня где-нибудь подальше. Я — Волан-де-Морт.
Директор не двигался. Геланор смотрел на его ноги, тоже не шевелясь и ожидая. Прошла минута, может, больше, а Дамблдор и не думал что-либо предпринимать. Это начинало бесить, несмотря на всю опустошенность.
— Почему вы ничего не делаете? Не слышали? Я — Волан-де-Морт! Не сын, не брат, не какой-то хренов клон! Я — Том Марволо Реддл, которого окатило песком времени!
— Возьми свои палочки, Геланор, — тихо произнес директор. — Вставай. Нам пора возвращаться в школу.
— В какую школу, профессор? — Геланор схватил обе палочки и поднялся, дрожа от гнева и отчаяния. — Вы издеваетесь надо мной? Вы же поняли, кем я был на самом деле? Серьёзно позволите мне и дальше жить среди студентов?
— Неважно, кем ты был, — ответил старик. — Главное, кто ты есть и кем решишь остаться.
Поттер непонимающе пялился на них, на всякий случай держа руку на древке палочки. Вряд ли происходящее дошло до него в полной мере. А Дамблдор не спешил объяснять, хотя сам, очевидно, все полностью осознал и догадался, может быть, даже о большем, чем успел сказать ему Геланор.
— Сейчас я должен отвести вас обоих в школу. Нам есть, о чем поговорить, но сперва я должен связаться с родственниками Радшива. Обсудим все завтра.
Он протянул им руки, собираясь трангрессировать прямо из дома. Мегхарни уже не мог воспротивиться такому безобразию. Не видя иного выхода, Геланор послушно взял старика за ладонь.
Они трансгрессировали к месту, где проходил защитный барьер Хогвартса. Сразу же пахнуло смешанными ароматами цветущих растений со стороны теплиц — здесь был совсем другой воздух, гораздо чище и приятнее, чем в загазованном маггловском районе.
«Замечательная ночь», — подумал Геланор, совершенно ничего не чувствуя по этому поводу.
— Идите в замок, — попросил Дамблдор. — Я должен трангрессировать обратно.
Дождавшись согласного кивка, директор исчез с громким хлопком.
— Иди, — пробормотал Геланор, не глядя на Поттера. — Я прогуляюсь.
Гарри не ответил. Геланор услышал только постепенно отдаляющиеся шаги.
В школе уже погасили огни. Все должны были спать, кроме Колина, который обещал ждать у лестницы в подземелья даже после отбоя. Геланор не мог сейчас туда пойти и посмотреть ему в глаза, как будто все в порядке и это лишь очередной виток их запутанной жизни. Как вообще сказать ему о том, что именно Мегхарни сумел вытащить на поверхность?
Геланор медленно побрел к озеру, со стороны которого дул прохладный ветер. И что теперь делать? Жить дальше, притворяясь нормальным человеком? Или утопиться, избавив от себя этот несчастный мир? Геланор нервно хмыкнул. В Черном озере невозможно утопиться — гигантский кальмар обитал там не просто так. Это животное поселили здесь специально для спасения неудачников, вываливающихся из лодок, всевозможных дебилов, страдающих от несчастной любви и «тролля» за экзамен, или просто неумелых пловцов.
Дойдя до берега, Геланор опустился на холодный камень и уставился на непроглядно-черную водную гладь.
— Том Марволо Реддл, — почти неслышно пробормотал он ненавистное имя. Его имя.
Он никогда не был Геланором Вьеном. Настоящий Геланор безвозвратно погиб, спасая будущее, а все воспоминания — украденная память. Поэтому воспоминания казались яркими лишь в детстве, когда полупустой неразвитый мозг ребёнка воспринимал их охотно, а после они вытеснились новыми впечатлениями реальной жизни. Поэтому не было никаких эмоций — ни любви к семье, ни тоски по прошлому-будущему, только сухие факты. И как с этим жить дальше?
— Гел! Гел! Где ты?
Вдалеке послышался голос Колина. На холме, по которому проходила тропинка от замка к озеру, виднелся огонёк Люмоса.
Геланор подумал, что стоит уйти дальше, туда, где Колин его не найдёт. Или наоборот, двинуться навстречу. Рассказать всё. Закончить их отношения. Разве Колин может быть с ним, зная всю правду?
От одной мысли о расставании Геланор съежился, чувствуя, как могильный холод охватывает и тело, и душу, если она у него вообще есть. Расстаться с Колином? Геланор никогда не найдёт сил принять такое решение. Хорошо ещё, если ему хватит самообладания не потерять лицо и не кинуться малодушно умолять, как последнее ничтожество, не оставлять его.
«Успокойся», — приказал он себе. Но успокоиться не получалось. Его била крупная дрожь, и паника росла по мере того, как Колин приближался. Яркий луч осветил берег.
— Гел, это ты? — закричал Криви, бросаясь к нему.
Геланор вскочил. Он не знал, что делать. Бежать прочь? Или к Колину? Рассказать всё? Утаить?
— Не подходи! — он предупреждающе вскинул руку.
Колин остановился.
— Почему? Что такое?
Геланор молча смотрел на него, пытаясь сказать хоть что-то.
— Гел, иди сюда, — умоляюще прошептал перепуганный Колин. — Просто подойди ко мне и объясни, что случилось. Или не объясняй, если не хочешь. Только не убегай.
Криви сделал шаг вперёд. Геланор попятился.
— Пожалуйста…
В его голосе звучала такая отчаянная мольба, что убежать сейчас было бы сродни предательству. Геланор снова зажмурился, не в силах смотреть ему в глаза.
— Колин, я — это он. Я Волан-де-Морт.
Осторожно, как будто боялся испугать, Криви взял его за руку. Только сейчас, когда почувствовал тепло, исходящее от чужих пальцев, Геланор понял, как замёрз.
— Неправда. Я видел Вол… Волан-де-Морта, — приводящее всех в ужас имя далось Колину с трудом, но он все равно его произнес. — Ты не можешь быть им.
— Это просто полуинфернал с клочком его души. В ту ночь… когда он убил Поттеров, у него с собой был Маховик Времени. Авада разбила его. Волан-де-Морт успел трансгрессировать, но песок быстро превратил его в младенца.
— Гел…
Колин смотрел на него взглядом, полным ужаса. Геланор высвободил руку. Забавно вышло: легенда, которую он сочинил в прошлом году для Беллатрисы, оказалась почти что правдой. Может, это подсознание сыграло с ним такую ироничную шутку?
— Не думаю, что имею право носить нормальное имя, — глухо проговорил он, отсупая назад. — Прости. Мне жаль, что я…
— Да хоть тумбочкой назовись, я все равно буду тебя любить! — вскричал Колин, хватая его за запястья.
— Ты не понимаешь…
— Да, не понимаю, но мне все равно! Разберёмся вместе, а если считаешь, что я от тебя уйду из-за этой херни, то ты сильно ошибаешься!
— Хорошенькая херня — ты всего лишь встречался с убийцей сотен людей! Можно плюнуть и жить дальше!
— Я тебя знаю! Ты — не Реддл!
— Нет, не знаешь!
Геланор снова вырвался из хватки Колина и отскочил назад. Несмотря на холодный ветер, ему стало невыносимо жарко, руки и ноги тряслись все сильнее, но только через несколько секунд он осознал, к чему ведёт такое состояние.
— Колин, беги, — прошептал он, стараясь успокоиться и дышать глубже и медленнее. Это всего лишь магия. Он должен её контролировать.
Колин не успел и рта открыть, когда мощная волна пламени рванулась во все стороны, гудя и ревя. Геланор замер. Он ничего не видел, кроме огня, слышал только треск и грохот.
Несколько мгновений он не дышал, глядя, как пламя постепенно опадает. Колин стоял там же, целый и невредимый, испуганно глядя на него. Небольшой участок травы под его ногами остался неопаленным, а вокруг, в радиусе нескольких метров, все выгорело и почернело.
Геланор бросился прочь. Он не разбирал, куда бежит — лишь бы подальше.
— Гел, стой!
Он слышал, что Колин помчался следом за ним, и понимал, что вряд ли сможет убежать — он не был таким же быстрым, но все равно не останавливался. Под ногу попался камень, и Геланор, не удержавшись на ногах, упал. Не успел он приподняться, как Колин схватил его за плечо так крепко, что вырваться уже не представлялось возможным.
— Не убегай!
— Я не хочу причинить тебе вред, — сдавленным голосом прошептал Геланор. — Я только что чуть тебя не убил, понимаешь? Если бы ты не успел защититься…
— Гел, я и не защитился.
Колин взял его за подбородок подрагивающей рукой и мягко заставил поднять голову.
— Я ничего не сделал. Огонь просто обогнул меня. Ты не хотел причинить мне вред — и не причинил. Пожалуйста, не беги от меня.
По щекам Криви текли слезы, и Геланор почувствовал себя полным дерьмом из-за того, что заставил его плакать.
Колин обнял его, судорожно цепляясь за плечи, как будто боялся, что он снова убежит и пропадёт где-то в дебрях Запретного Леса. Как бы погано себя ни чувствовал Геланор, объятия внушали надежду — или иллюзию — на то, что все ещё может быть хорошо.
— Прости, — прошептал он. — Прости меня, пожалуйста…
— За что ты извиняешься? — так же тихо спросил Колин.
— Не знаю… За то, что я Волан-де-Морт?
Геланор выдавил из себя нервную улыбку. Глаза защипало, он и сам был в шаге от того, чтобы расплакаться.
— Если тебе это надо, я прощаю тебя за то, что ты Волан-де-Морт.
Геланор прижался лбом к плечу Колина. Едва ли тот действительно понял, в чем дело. Геланор почти не сомневался, что ещё увидит полный отвращения взгляд, через какое-то время, когда Криви до конца осознает, кого обнимает сейчас, но пока он хотел только одного — не разрывать объятия так долго, насколько это возможно.