Два Реддла (часть 7) (2/2)

Их бормотание слилось в один сплошной гул, от которого Геланора клонило в сон. К счастью, минут через пять их вниманием завладели Уизли. Мистер Уизли был в восторге от знакомства с ещё одной парой магглов и тут же принялся засыпать их множеством вопросов.

— Давайте в поезд, пока они отвлеклись, — шепнула Тонкс, которая, похоже, отлично понимала чувства подростков, вынужденных торчать рядом с болтающими взрослыми. Все поспешили последовать её совету.

— Пойдём искать свободное купе? — спросил Колин.

— Мне нужно в вагон старост, прости. Но я постараюсь побыстрее отделаться и найду тебя.

— А, точно, — Криви сник, но тут же улыбнулся. — Удачи!

Геланор неспешно направился в переднюю часть состава, где располагался нужный вагон. По дороге он слышал шепотки, встревоженное бормотание, приветствия и прочие неприятные вещи. Кивая и держурно улыбаясь здоровающимся и отмахиваясь от остальных, он кое-как преодолел весь этот сложный путь по прямой и добрался до двери нужного вагона.

— Как я мог забыть! — схватился за голову Рон, чьи надежды на спокойное путешествие не оправдались.

Вагон старост был разделён на четыре больших купе, в которых сидения различались по цвету соответственно факультетам. В отличие от других вагонов, здесь купе располагались не последовательно в ряд, а в два коротких ряда — одно напротив другого, и слизеринцы имели удовольствие наблюдать гриффиндорцев через прозрачные двери. В каждом купе сидело по шесть человек, вернее, должно было сидеть, потому что многие ещё не пришли.

В купе Пуффендуя Геланор увидел Билли Аркор и Гектора Джонса, новыми старостами Когтеврана стали Майкл Гиббсон и Сьюзи Бёртли. Коротко кивнув однокурсникам, он вошёл в купе слизеринцев.

— Привет, Элеонора. Так и знал, что выберут тебя. Поздравляю.

— На твой счёт я даже догадок не строила, все было очевидно, — улыбнулась однокурсница, пожимая ему руку. — И тебя с новой должностью.

Вскоре собрались все старосты: семикурсники Эдвард Пул, который был еще и старостой школы, и Офелия Селвин, шестикурсники Драко Малфой и Панси Паркинсон. Пул, увидев Геланора, состроил презрительную физиономию, Селвин, наоборот, вежливо улыбнулась, а Панси сидела с каменным лицом. Больше всего занимала реакция Драко — он отвёл взгляд и принялся пялиться в окно, сделав вид, будто вообще не заметил новичков, но от него так и разило страхом и раздраем. Учитывая положение его семьи — неудивительно. Хорошо, что обязанность ввести новых старост в курс дела лежала на ком-то из семикурсников, а не на нем, иначе он вряд ли смог бы связать пару слов, при этом не расплакавшись.

— Сейчас мы вам все объясним, — преувеличино дружелюбным голосом сказала Селвин, разворачивая огромный свиток.

Пул набрал побольше воздуха в лёгкие и разразился речью.

***

Геланор смог вернуться к Колину только через два часа. Речь Пула, объяснения и распределение обязанностей длились часа полтора, после чего старосты отправились на обход вагонов. Старосты-пятикурсники отвечали за первый и второй курсы, шестикурсники — за третий, четвёртый и пятый, а семикурсники — за шестой и седьмой. Такое распределение относилось к процедурам вроде выдачи расписания, проверки спален и уведомлений о выговорах, отработках и прочем. В целом же старосты имели право штрафовать учеников своего факультета независимо от курса, изымать подозрительные предметы и просто действовать на нервы.

Обход занял от силы полчаса, после чего Геланор со спокойной душой пошёл искать Колина. Тот сидел вместе с братом, который что-то эмоционально ему рассказывал, жестикулируя с активностью ветряной мельницы.

— Как прошло? — подскочил Колин, увидев Геланора.

— Сносно. Малфой позабавил своей реакцией.

— Что он сделал?

— Абсолютно ничего. Сидел, прикидываясь мебелью, и боялся даже громко дышать.

Деннис с такой жадностью слушал их диалог, как будто они делились как минимум секретами Отдела Тайн. В его присутствии темы для разговора были несколько ограничены — нельзя было обсуждать ни крестражи, ни Люка, ни что-либо серьёзное.

Пушистик Колина катался по сидению, исследуя поверхность и то и дело высовывая длинный язык, чтобы подцепить какую-то крошку. А Долорес отползла подальше от Геланора и забилась в угол, только маленькие глазенки сверкали настороженно и недоверчиво.

— Кажется, меня ненавидят все животные, кроме змей, — вздохнул Геланор, когда пушистик на его попытку погладить шарахнулся в сторону.

— Думаю, они чувствуют, что ты их считаешь материалом для опытов, — предположил Колин.

Мелкий Деннис в ужасе округлил и без того огромные глаза.

— Что? Геланор, так нельзя! Животные — это друзья, а не материал!

Находясь рядом с Деннисом, сложно было сохранять терпение, но Геланор очень старался.

— Поверь, если бы люди не проводили опыты на маленьких друзьях, у нас не было бы медицины и многих нужных зелий и заклинаний.

— Но им же больно!

— Больным людям тоже больно, но благодаря экспериментам на животных есть лекарства, чтобы их вылечить.

Деннис насупился, явно обидевшись.

— Он прав, Деннис, и нечего делать недовольное лицо, — строго сказал Колин. Впрочем, строгий тон ему почти не давался.

— Ты изменился, — обиженно бросил мелкий и вскочил. — Пойду поищу своих друзей. Увидимся.

Геланор вздохнул. До чего же глупым был этот мальчишка, а ведь сам он в таком возрасте уже написал научный труд.

— Ты не злишься на него? — встревоженно спросил Колин.

— Нет, конечно. Ты же знаешь, у меня ангельское терпение.

— Ага, — фыркнул Криви и прикрыл дверь, которую не захлопнул за собой его брат. — Ну, зато мы остались наедине.

— А я нашёл в библиотеке Блэков заклинание для затемнения стекол. Самое время его испробовать.

— Не возражаю, — хихикнул Колин.

***

Когда поезд прибыл на станцию Хогсмид, начался мелкий дождь. Школьники высыпали на платформу, с ворчанием накидывая капюшоны и толкая друг друга локтями.

— Вьен, Аркор, отведите первокурсников к проводнику, — приказал Пул.

Косматая грива Хагрида отлично просматривалась над толпой школьников. Геланор взмахнул волшебной палочкой и призвал Патронуса прямо на головы окружающим — те шарахнулись в стороны.

— Первокурсники, следуйте за мной, — надиктовал он медоеду. — Медленно лети к Хагриду.

— Вьен, ты должен проводить их лично! — Пул возник за его спиной и протиснулся вперёд, отпихнув Колина.

— Мне лестно, что ты считаешь меня сиятельнее Патронуса, но я уверен, что и его яркости хватит, чтобы малышня не заблудилась.

Лицо Пула из темно-бронзового стало каким-то болотным.

— Есть правила, Вьен. Я староста школы, и ты подчиняешься мне.

— Не бойся, Пул, я прекрасно знаю правила, — улыбнулся Геланор. — Ты можешь вносить изменения в графики наших дежурств и давать поручения, но ты не вправе диктовать методы работы. Каждый староста сам решает, как ему работать с подопечными, пока это не выходит за рамки школьных правил. Назови мне пункт, в котором говорится, что я обязан вести детей лично.

Пул вытащил огромный рулон, который в развёрнутом виде свисал до его щиколоток, и зажёг огонёк на конце палочки.

— Пункт шестнадцать и восемь. По прыбитии на станцию Хогсмид двое старост указывают первокурсникам путь к месту встречи с проводником.

— Вот именно — указывают. Не сопровождают. Я им указал путь при помощи Патронуса. Ещё претензии?

На них уже пялилась половина окружающих — всё-таки не каждый день старосты спорят прилюдно. Пул со злостью окинул взглядом толпу уставших школьников и, стиснув зубы, кивнул.

— Ладно, Вьен, будь по-твоему. Я не собираюсь с тобой постоянно ругаться. Только не переходи грань.

— Не такой уж и дурак, — вынес вердикт Геланор, когда Пул удалился.

Ребята расселись по каретам, и фестралы привычно поскакали по размокающей под дождём дороге. За окнами карет ничего толком не было видно, только обрисовывались неясные силуэты деревьев, да вдалеке мерцали огни школы.

— Интересно, кто будет в этом году профессором Защиты, — задумчиво спросил Колин, глядя на возвышающийся на скале замок.

— Ставлю на Снейпа, — с уверенностью ответил Геланор. — Судя по пособиям, преподаватель знаком со слабостями прошлых программ, поэтому включил все то, что мы должны были пройти, но не прошли.

— Думаешь? — усомнился Колин. — Слишком адекватно для Снейпа. Все какое-то… продуманное, что ли, структурированное. Прямо как ты любишь.

— Снейп урод, но свое дело знает. Он опытный боевой маг.

— А мне всё же кажется, что это не он. Поспорим?

— На желание.

— Договорились.

Они пожали друг другу руки, и Геланор уже принялся продумывать, что же попросит сделать Колина.

На входе стоял Филч, держа в руках детектор, которым махал вокруг каждого ученика в поисках опасных предметов. За его спиной уже выросла целая гора изъятых вещей, большую часть из которых составляли волшебные вредилки и подобная относительно безобидная ерунда. Из-за того, что пункт контроля был единственным, у ворот выстроилась огромная очередь, и школьники задержались ещё на час. В итоге они, злые и уставшие, наконец прошли на территорию замка и добрались до Большого Зала, где сели за пустые столы в ожидании церемонии Распределения.

Однокурсники-слизеринцы поздравили Геланора и Элеонору с новой должностью, но ни один из них и словом не обмолвился об убийстве Уокеров, хотя Геланор был уверен, что они в курсе. Он посмотрел на стол преподавателей, но не увидел там никого нового. Слизнорт, который должен был занять пост преподавателя зельеварения, не явился на пир.

«Я совсем отупел, — с досадой подумал Геланор. — Дамблдор уже получил доказательство существования крестражей, ему не нужны воспоминания Слизнорта… Но кто же тогда займёт свободное место?»

Тем временем церемония завершилась — первокурсников в этом году было рекордно мало, что никого не удивляло, учитывая то, какие тёмные времена грозили наступить. Немало полукровных семей, способных платить за обучение своих детей в иностранных школах, свалили за границу от греха подальше.

Дамблдор поднялся, чтобы произнести речь. Геланор не мог не отметить, что с их последней встречи старик изменился: похудел, осунулся и выглядел нездоровым. Видимо, уничтожение крестража Адским Пламенем далось ему нелегко.

Директор, как обычно, вкратце описал, чего в школе делать нельзя, чтобы не умереть страшной смертью, а затем сделал пару глотков из кубка с водой, переводя дыхание.

— Также я должен сообщить о некотором изменении в преподавательском составе. Как вы знаете, в прошлом году мы трагически лишились профессора Амбридж…

— Туда и дорога, — громко шепнул кто-то за столом Когтеврана.

— В этом году сей предмет преподавать буду я, — Дамблдор коротко поклонился залу и сошёл с трибуны. Среди школьников пронёсся возбужденный гул.

— Ну охренеть, — пробормотал Геланор. — Я проиграл желание.