Глава 9. Сеанс принудительной психотерапии (2/2)

— Так, стоп! — проговорил я, сплёвывая песок. — Так не пойдет. Нужно что-то вроде плана. Синхронизация между нами.

Синхронизация с паразитом? Я скорее отгрызу себе ноги!

— Отличная идея! — подхватил я. — Нет ног — нет проблем, но, может, не будем сразу переходить к радикальным решениям?

Ощущая ее недовольство и раздражение, я попытался придумать, как нам не мешать друг другу при передвижении.

Можно поделить ноги между собой и управлять каждый своей половиной, но это тупо, и проблема-таки как раз во мне, так как я не знаю, как ходить на четырех ногах.

— Слушай, давай так, — говорил я непривычным высоким голосом. — Ты должна показать мне, какие именно мышцы ты используешь и как, я попытаюсь подстроиться.

В ответ я ощутил волну чистого, незамутненного презрения. Но она не возразила.

Прислушиваясь к изменениям, я пытался подстроиться и дублировать соседку.

Встать получилось без особых проблем, мне просто надо было чуть подстроиться.

А вот как она начала идти, то ее ноги начали дергаться то не в том направлении, то не под тем углом.

Сосредоточься, вещь.

Слушай, это не так просто. Я бы хотел посмотреть на тебя, как бы ты прошлась на двух ногах!

Но стоило отдать должное, что научиться ходить на четырех ногах в любом случае было проще. Банально больше опор. Да и мне главное — научиться не мешать Кризалис, а не самостоятельно передвигаться.

После еще нескольких минут взаимных упреков и неуклюжих попыток мы наконец-то достигли прорыва. Я научился не «помогать», а просто отпускать контроль, позволяя ее инстинктам вести тело, и лишь изредка подстраиваясь. Мы смогли сделать десяток шагов, не упав.

— Ха! Это не так уж и сложно, — вырвалась у меня мысль вслух. — Почти грациозно.

Не обольщайся, вещь. Ты просто перестал быть якорем.

А я-то думал, это называется “командная работа”. Запишу в свой словарик токсичных отношений.

Как только мы смогли более-менее уверенно стоять на ногах, я остановил нас. И мы чуть опять не упали мордой в песок. Я уже сбился со счета, в который раз.

— Так, отлично. Просто прекрасно. Ходить умеем. Но это не решает главной проблемы, которую нам надо решить. Желательно побыстрее.

Я почувствовал, как ее раздражение сменилось напряжением.

Какой еще проблемы?

— Ты серьезно? — недоумевал я. — Неужели ты уже привыкла ко мне и жить без меня теперь не можешь? — почувствовав выросшее недовольство, я пояснил. — Ладно-ладно, только спокойствие. Как нам, блин, разделиться?

Повисла тишина. Ментальная тоже. Я ощутил ее растерянность, быстро сменившуюся глухой злобой, направленной… на саму себя?

Я… я не знаю.

— Не знаешь? Это как если бы хирург в середине операции сказал: «Ой, а я забыл, что дальше».

Это ты тут аномалия, а не я!

Я замолчал, прокручивая в голове все, что произошло.

В голове возникло воспоминание из тронного зала: вспышка зеленой энергии, погружение в ее ногу, а после ее приказ «ВОН!» и резкая, обжигающая боль.

Я почувствовал заинтересованность Кризалис. В ней вспыхнула надежда, смешанная с решимостью. Я уже хотел поинтересоваться, что она придумала, как…

Точно, моя магия! Я просто… изгоню тебя!

Не успел я ничего возразить, как почувствовал, что она начала что-то делать. Вокруг нас начал собираться знакомый гул магии. Я ощутил, как по всему телу пробегает легкое покалывание, которое быстро нарастало.

Эй, стой! Подожди! В прошлый раз было чертовски больно! Давай обсудим! Тайм-аут!

Молчать, вещь! Я знаю, что делаю!

Давление нарастало. Я чувствовал, как ее воля пытается буквально выдавить мою сущность из тела. Это было похоже на то, как пытаются выжать воду из камня. И да, это начинало припекать и причинять боль.

К черту! Раз ты по-своему, то и я буду по-своему!

Я закрыл «наши» глаза и сосредоточился на другом. На своем призрачном режиме. На том чувстве погружения в воду, которое я тренировал с резиновой курицей. Если я могу сделать свое тело нематериальным, то смогу просто… выскользнуть из нее. Наверное? В любом случае у меня не было выбора.

Началась безумная гонка. Она пыталась вытолкнуть меня силой, причиняя все большую боль. Я же отчаянно пытался «разжижить» свою астральную форму, чтобы пройти сквозь ее плоть, как призрак сквозь стену.

Тело налилось свинцом. Магия Кризалис трещала вокруг, а я чувствовал, как моя собственная природа начинает меняться.

Ощущения притуплялись, контуры мира смазывались.

— ВЫХОДИ! — прорычала она.

ДА ПЫТАЮСЬ Я, ДУРА!

Напряжение достигло пика. С одной стороны — ее грубая, выталкивающая сила. С другой — моя попытка стать неосязаемым. Две противоположные концепции столкнулись в одной точке.

И что-то щелкнуло.

С громким, похожим на хлопок, звуком мир для меня взорвался белым светом.

Следующее, что я осознал — я лежу на песке. Песке, который я чувствую своими руками. Я резко сел, судорожно ощупывая себя. Мое прекрасное лицо, руки, ноги, футболка, шорты, кроссовки… Я снова был собой.

Выдохнув с огромным облегчением, я упал назад на спину, раскинув руки в стороны. Наслаждаясь чувством свободы.

Снова я — это я. Снова моя привычная двуногая тушка. Никаких тебе крыльев, никакого хитина. Скука. Зато могу снова нормально почесать нос, не рискуя выколоть себе глаз копытом. Уже плюс.

В нескольких метрах от меня, тяжело дыша, стояла Кризалис. Она осмотрела себя, после кинула взгляд на мое довольное лицо. Окинув меня презрительным взглядом, она помотала головой, после чего села на песок.

Мы молчали с минуту, пытаясь отдышаться.

— Ну что ж, — наконец сказал я, приподняв ближайшую руку к Кризалис и показав палец вверх. — Веселый эксперимент получился, мне понравилось, как на американских горках. Надо будет как-нибудь повторить.

Она медленно подняла на меня взгляд, полный чистой, незамутненной ненависти. Но под ней я впервые почувствовал что-то еще. Неохотное, почти невидимое… я не мог разобрать. Даже ее чертовы эмоции на фоне были чистым хаосом.

— Если ты еще раз окажешься в моем теле, вещь, — прошипела она. — То я найду способ, как сделать твое существование невыносимым.

— Что угодно, — все так же лыбясь, просто ответил ей, посматривая на заходящее солнце.

Ну, я теперь выяснил многое для себя. Теория подтвердилась: я привязан к Кризалис, а именно к ее телу. Мы теперь две половинки одного целого, хочу я того или нет. Как же весело. Нет.

Про Селестию, наверное, не стоит спрашивать. Слишком личное, а у нас не те отношения, чтобы даже пытаться.

Но я хотя бы теперь знаю, в каком направлении стоит двигаться. И самое главное препятствие сидит рядом со мной.

Мои социальные навыки не сильно вкачены, но даже я понимаю, что с ней лучше начинать со стороны. Там вроде у нее контры с Флай. Как бы подойти? Может, сначала прояснить чуть лучше ситуацию?

— Слушай, я буду говорить начистоту, — начал я. — Можешь отрицать и говорить, что все это ложь и тому подобное, но мы сейчас связаны. Да, есть куча вопросов: почему, как и зачем. Но главное — сконцентрироваться на настоящем, а не “что если”. Капиш?

Я не видел ее морды, так как она отвернулась, но прямо сейчас в эмоциях у нее был хаос. Я просто надеялся, что мне удастся донести мысль.

— В начале я думал, как бы быстрее сбежать, мне была безразлична и ты, и все, что с тобой происходит, но теперь все по-другому, — продолжал я свой спокойный монолог. — Твое собственное тело сейчас является в некотором роде теперь и моим тоже. В моих же интересах будет тебе помочь, чтобы у тебя было достаточно любви и ты ни в чем не нуждалась.

— Ты просто пытаешься найти момент, чтобы ударить. — Голос Кризалис был тих.

Вздохнув от разочарования, я занял сидячую позу.

— Эй, повернись, пожалуйста. Я тебя не укушу, обещаю, — с усмешкой ободряюще сказал я, пощелкивая пальцами.

Дождавшись, когда она соизволила повернуться ко мне лицом. Я мог заметить, что она боролась сама с собой, будто я заставлял ее противоречить самой себе.

Продолжим нашу психологическую дискуссию.

— Посмотри мне в глаза и скажи, что я вру, — сказал я максимально серьезно, поймав ее глаза своими. — У меня нет ни единой причины причинять тебе какой-либо вред.

Она несколько секунд смотрела мне в глаза, чтобы с раздражением фыркнуть и отвернуться.

— К чему я все это сейчас говорю? — спросил я, чувствуя по ее эмоциям, о чем она думала. Выхожу на новый уровень. — Знаешь, почти всегда любому нужен другой взгляд со стороны, чтобы видеть картину целиком. Почти у каждого правителя есть свой советник и не только, который помогает увидеть то, что другой не видит. Предложить идею, которая может быть куда лучше, но опять же все решения остаются за самим правителем. И прости, может прозвучит немного грубо, но ты тот самый правитель без советника, без того самого голоса со стороны. Ты не видишь картинку целиком. Я не так много провел в этом мире, но отчетливо это вижу.

Я уселся поудобнее, обняв свои колени. Кризалис вываливала кучу негативных эмоций, явно понимая, о чем я говорю, но не спорила.

— По истории моего мира есть просто уйма примеров, когда из-за невозможности видеть дальше своего носа многие правители или начальники разваливали даже то, что у них было на руках, просто напросто не пытаясь услышать, что им говорят другие. В твоем случае кто-то другой — это Флай. Судя по настроениям в твоем улье.

— Флай то, Флай се. — как-то слишком нервно подскочила Кризалис, выплевывая слова и повернувшись на меня в гневе. — Почему все так слушают Флай?!

— Не знаю, может тебе стоит у нее спросить? А не пытаться придушить любое инакомыслие еще в зародыше, — пожал я спокойно плечами, смотря без впечатления в ее гневные глаза.

Ее глаза вспыхнули. Она вскочила на копыта, ее хитин заскрипел от напряжения.

— Инакомыслие?! — прошипела она, делая шаг в мою сторону. — Ты называешь это инакомыслием? Это — слабость! Пораженчество! Она предлагала… — Кризалис резко замолчала, будто осеклась. Она смерила меня яростным взглядом, в котором, однако, проскальзывала неуверенность.

Я остался сидеть, лишь чуть склонив голову набок.

— Предлагала что? Сдаться? Поднять белый флаг и пойти просить у пони милостыню?

Она сверлила меня взглядом, но я мог отчетливо видеть ее неуверенность. А в эмоциях проскальзывала даже беспокойство.

— Я… — осеклась она, наконец перестав бурить меня взглядом и отвернувшись. — Я не знаю.

Опа. Критическое пробитие.

— Ты… не знаешь? — переспросил я тихо, но настойчиво. — То есть, она начала говорить, а ты… что? Просто заткнула ее?

Кризалис не отвечала. Она стояла ко мне спиной, но я видел, как напряглись ее плечи. Я чувствовал бурю эмоций, бушующую в ней: гнев, упрямство и совсем капельку, но стыда. Я даже дважды перепроверил, чтобы убедится в правильности моих ощущений.

Надо давить, пока она не восстановила защиту.

— Так и было, да? — продолжил я, поднимаясь на ноги. — Она начала предлагать что-то, что шло вразрез с твоим «великим планом», и ты даже не дала ей закончить. Просто оборвала и наказала за «инакомыслие».

Я подошел ближе, остановившись в паре шагов от нее.

— И знаешь, что самое смешное? Ты наказываешь своих солдат за то, что они ее поддерживают. А ты сама даже не в курсе, что именно она сказала! Ты борешься с призраком, с идеей, которую сама же себе и придумала. В нашей с тобой ситуации это даже иронично.

Она резко развернулась. В ее глазах плескалась ярость, но это была ярость загнанного в угол зверя, а не всемогущей королевы.

— Ее тон! — выплюнула она. — В ее голосе было сомнение! Сомнение в моей силе! В моей власти! Этого достаточно!

— Сомнения в власти? — грубо переспросил я. — Что есть власть, Кризалис? Какая власть может быть у того, у кого нету подчиненных, которым он может доверять? Какая может быть власть без самих подчиненных?

Я сделал еще один шаг, сокращая дистанцию до минимума.

— Как насчет посмотреть реальности в глаза и переступить через свое ЭГО, смирившись с тем, что не все твои идеи могут быть лучше других? — хмуро поднес я указательный палец к ее носу. — Лучший правитель этот тот, кто слушает своих подданных, а они в ответ пытаются сделать все для него. Не тирания.

Ее глаза потеряли первоначальный запал, и она опять смотрела на меня неуверенно.

Пора ставить точку.

— И пока ты боишься, — увидев ее сузившиеся глаза от шока, я повторил. — Да, именно боишься. Твой рой будет слабеть, а ты так и останешься Королевой голода и поражений.

Мои слова повисли в наступившей тишине. Ветер лениво перекатывал песок у наших ног. Кризалис стояла неподвижно, как изваяние. Ее ярость испарилась, оставив после себя лишь звенящую пустоту, которую я отчетливо ощущал. Она не смотрела на меня, ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, сквозь меня, сквозь эту пустыню, возможно, в свое прошлое.

Солнце выбрало этот идеальный момент, чтобы почти моментально спрятаться за горизонт, а ему навстречу с другой стороны резко поднялась луна.

Кризалис резко очнулась, отбив мою руку своим копытом, уставившись на меня.

— Ты… — указала она на меня своим копытом, пыталась говорить грозно, но голос был лишенный всякой силы и власти. Просто тихий, надломленный шепот. — Что ты можешь знать о страхе, вещь? Ты — всего лишь эхо. Дух. Призрак. У тебя нет ничего, что можно было бы потерять.

В ее словах не было привычного яда. Только горькая, выстраданная правда.

Я горько улыбнулся, скрестив руки на груди.

— Ты думаешь? — говорю я печально, вспоминая свои моменты из жизни, особенно Реки. — Поверь, я терял многое, до того как очутился тут. Жизнь эта несправедливая штука, но если ты не попытаешься встать после очередной подножки от нее, то это исключительно твоя вина.

Она отступила на пару шагов назад, опять отвернувшись, надеясь спрятать от меня свои мысли. Но ей не повезло, что я могу все чувствовать. Ее неуверенность. Ее растерянность. Ее сомнения. Ее страх.

Она ходила по кругу, пока ее уши и хвост недовольно дергались.

— Слушай, хочешь совет? — кидаю я спокойно. — Просто собери Флай и других подменышей и ВЫСЛУШАЙ их. Ты все еще Королева, ты можешь решить делать как они говорят или нет. Но если ты даже не знаешь, о чем они хотят сказать, то как ты можешь их честно оценивать?

Я смотрел на нее, ожидая взрыва, очередного обвинения, чего угодно. Но она просто молчала, остановившись, и не смотрела на меня. В эмоциях были только растерянность и, возможно, крошечная искра чего-то еще. Моего уровня все еще не достаточно, чтобы понять это.

Наконец, она медленно кивнула. Один раз. Резко и почти незаметно.

А потом развернулась и, не сказав больше ни слова, побрела в сторону скалы, к потайному входу в Улей.

Что ж, кажется, я только что стал психотерапевтом для деспотичной королевы пони-жуков.

Моя жизнь определенно свернула куда-то не туда.

Усмехнувшись своим мыслям, я поднял желтую курицу.

Поглядывая на восходящую луну и посвистывая про себя, я поплелся за Кризалис.

Только я не заметил силуэт лунной пони на самой луне…