I. Честно (1/2)

17:21

– А меня освободить ты не собираешься? – Хосок дёрнулся, но конечности были связаны на славу.

– Зачем? – Чонгу стянул с себя всю одежду и быстро раздел одного из мужчин, облачаясь после в велюровый спортивный костюм. Не забыл он и про тёмные очки. В объёмах Ким чуть уступал местным громилам, но не критично.

Сразу после приветствия с лица юноши спала вся радужная спесь и оно вмиг переменилось. Офицер ощутил холодок мурашек, поднявшийся до загривка, стоило убийце явить свой истинный лик. Нет, на юношу он перестал смахивать в то же мгновение, теперь перед Чоном предстал мужчина с острым взглядом, выдающим в нём хищника. Его прямые брови перманентно были чуть нахмурены, и как Хосок сразу не обратил внимания на мимическую морщинку между ними. Лучший сыщик, как же. Простой идиот, позволивший обвести себя вокруг пальца без особых усилий.

Мужчина вымеренной походкой вернулся к Хосоку и встал совсем рядом, что ботинки его кроссовок чуть ли не упирались в лицо офицера. Полицейский глядел на него зверем, не смотря на то, что тот вообще-то жизнь ему спасал прямо сейчас.

– Не куксись, котёнок, – хмыкнул серийник, нависая чёрной тенью над полицейским и резво перехватывая того поперек тела, чтобы как громилы до этого, закинуть его на плечо.

– Я тебе не котёнок, уёбок, – прорычал сквозь зубы полицейский. Чонгу хохотнул, оставив шлепок на ягодицах полицейского, прежде чем вынести его из подвала. Хосок чуть не захлебнулся возмущениями и проклятиями, но вынуждено заткнулся, когда они вышли в коридор.

Членов синдиката на первом этаже стало куда меньше, а те, кто всё же встречался, не обращали на них должного внимания. Лишь раз Чонгу пришлось заговорить с одним из мафиози. Он подошёл к чёрному джипу и водитель, куривший около него, обратил на них внимание.

– Дон приказал достать дело, над которым этот работает, а после грохнуть его.

Вопросов у бандита не возникло, Хосок одновременно клял Кима на чём свет стоит и продолжал восхищаться. После каждого мысленного восхищения он начинал клясть уже себя. Невозможно быть таким идиотом и гением одновременно, но Чонгу удавалось совмещать в себе две этих диаметрально противоположных ипостаси. Ким закинул Хосока на заднее сидение и уселся туда же, предварительно открыв дверь машины, натянув на руку рукав кофты.

Машина без промедления подъехала к воротам, которые тут же начали открываться. Толпу непрошенных курьеров и им подобных уже разогнали, поэтому джип спокойно покинул территорию пентхауса.

– Куда едем?

– К участку этого.

Водитель кивнул и автомобиль стал удаляться от логова дона. Ким спокойно достал из кармана перчатки, которые до этого положил туда из своего курьерского костюма, и натянул их на руки. Следом он перебрался на переднее сидение и на хмурый взгляд бандита одним чётким движением перерезал ему горло, тут же перехватывая управление машиной.

Хосок тяжело вздохнул.

– И куда мы теперь?

– Ко мне, котёнок.

– Да ты заебал... – Хосок крепко сжал челюсть, пока скидывал ноги с сидения, чтобы занять сидячее положение.

– Ещё не ебал, – спокойно отозвался серийник, вызывая в Чоне новую бурю негодования. Надо же, он уж думал, что какие-либо чувства в нём сдохли ещё в полицейской академии, но рядом с этим ненормальным эмоции так и пёрли. Ким остановился у обочины, чтобы сдвинуть тело с водительского сиденья, кажется, хлестающая из открытой раны кровь его ничуть не смущала.

– И не будешь, – фыркнул Чон, разминая плечи. Руки за спиной уже ужасно затекли.

– Такой смелый, а ведь ты сейчас связан и только мне решать, когда освободить тебя.

Чон поджал губы, пересекаясь взглядом с убийцей в зеркале заднего вида.

– Я хочу сказать тебе кое-что важное, выслушаешь?

– Без проблем, киса, – джип выехал из богатого района, но отнюдь не в сторону центра.

Хосок набрал в грудь побольше воздуха и на выдохе членораздельно произнёс.

– Пошёл нахуй.

Ким недовольно цыкнул.

– Зарываешься.

Чон ничего не ответил, откинувшись на спинку сидения. Нога ныла ужасно, от боли аж перед глазами рябило, но он не показывал этого, уперто хмурясь, не отрывая взгляда от мужчины за рулём. В какой момент всё стало так дико? Ему бы радоваться, что его догадки подтвердились, что он, чëрт подери, наконец нашёл серийного убийцу, не оставившего ни одного следа на месте преступлений. С другой стороны, пришло жуткое осознание, что сам бы он не справился. Если бы этот Ким не был помешан на его персоне, если бы не поселился в его доме, подкидывая подсказки, то с чем бы он остался в итоге? Как бы искал его?

– О чём задумался? – спросил Чонгу, уверенно ведя машину в тот район, где совсем недавно они вдвоём скрылись от преследования Теневых. Ну, конечно, слишком хорошо он в нём ориентировался для того, кто оказался здесь впервые. С другой стороны, у Хосока просто не было времени думать об этом, скорее всего в один момент он бы догадался, что преступник может жить здесь.

– Так я тебе и рассказал.

– Зря, мне очень интересно, как работает твоя голова. Ты невероятен, – с нотками помешательства проговорил Ким.

– Ты тоже, – сквозь зубы прошептал Хосок, не в силах не признать очевидного. И, что уж греха таить, он бы многое отдал, чтобы оказаться в голове Чонгу. Что заставляет его убивать? Чем он руководствуется?

Убийца припарковал джип у каких-то косых гаражей. Надеяться, что здесь есть хоть одна камера, бессмысленно. Ким вышел из машины, заглушив её, открыл заднюю дверь и потянулся к офицеру.

– Прости, киса, – после чего он сильно вжал ладонь в горло Чона, пережимая трахею спереди. Хосок задёргался, по инерции пытаясь вернуть себе возможность дышать, но довольно быстро потерял сознание.

В себя он пришёл издав хриплый стон, тут же вздрогнув от непонимания. Он распахнул глаза, но тьма не прошла, заставив на первых порах его заметаться от внезапного страха. Благо, взял себя в руки он довольно быстро, осознав, что виной всему повязка на глазах, тут же испуг утих, позволив ему анализировать своё положение. Он снова свисал с плеча Чонгу.

– Ого, а ты быстро. Пяти минут не прошло, – хмыкнул тот, почувствовав шевеление пленника. – Ты слишком сообразительный, поэтому смог бы запомнить путь даже с завязанными глазами, ведь так?

Хосок устало выдохнул, расслабляя мышцы. Похоже, ему пора смириться, что сейчас его жизнь в руках Кима.

– Да, – прохрипел Чон, ещё не отойдя полностью от удушения. Конечно, он смог бы воспроизвести их путь от гаражей, сейчас же он совсем не понимал, где они и куда движутся. Судя по звуку из-под обуви Кима, путь их пролегал не по асфальтированной дороге. Если Чонгу не соврал про время, которое офицер провел без сознания, то сильно далеко от гаражей они уйти не могли. Ладно, даже если прямо сейчас Хосок не мог отследить их путь, взглянув на карту он смог бы догадаться, в каком направлении они двигались. Стоит только быть внимательнее, обращать внимание на звуки, запахи и повороты.

Хосок прикрыл глаза, чтобы не отвлекаться на вгрызающуюся в ресницы ткань повязки и сосредоточиться на других органах чувств. Людей было неслышно, возможно они двигались рядом с заброшенными домами, либо в парковой зоне наперекор дорожкам. Внушительный парк, уходящий после в лесной массив, действительно был неподалеку. Как и заброшки. Чон повёл носом.

Пахло свежей травой и цветущими растениями. Хорошо, выходит, шли они всё же через парк. По периметру отследить их передвижения невозможно, но вряд-ли Ким жил в неприметной хижине, таких просто не было в парках. В один момент им придётся выйти в городскую черту. Был шанс, что кого-то из местных жильцов смутит внешний вид Хосока, совсем чудесно будет, если они ещё и полицию вызовут.

– Как ты собираешься пройти со мной до дома? – решил не напрягать себе мозги офицер, прямо задавая вопрос убийце.

– Уже темнеет. Выжду момент и пройду.

– Выждешь момент?.. – Хосок нахмурился, замолчав буквально на несколько мгновений, – значит, твой дом находится у парка? Совсем близко, через дорогу или вроде того.

Ким остановился, ничего не ответив. После Хосок услышал его смешок и они продолжили путь.

– Я вырубил тебя, а ты всё равно понял многое.

– А если я решу закричать, когда услышу гул машин или людей?

– Кричи. У тебя нет никаких доказательств в том, что я виновен в убийствах, а на тебя уже клепают дело. Конечно, люди скорее всего вызовут полицию, за тобой приедут, окажут медицинскую помощь, а после закинут ко мне в приёмник. И будем вместе ждать решения суда. Тебя упекут по указке Теневых, а мне дадут год или два каторжных работ за твоё похищение.

– За похищение дают до десяти лет, – недовольно буркнул Чон, мрачнея с каждой секундой. Кажется, потеря сознания после удушения всё же сыграла с ним злую шутку, некоторые фрагменты прошлого стали серее, как факт того, что мафия настигла его не только физически, но и документально.

– Да, но у меня свои методы. А теперь помолчи, если хочешь получить помощь и не загреметь на пожизненное.

Хосок поджал губы. К чёрту. Сегодня он слишком устал, чтобы сопротивляться лавине трудностей.

Ким какое-то время бездвижно стоял, по напрягающимся мышцам шеи и плеч, Чон понял, что он осматривался. Наконец, тот широкими шагами пошёл прочь, подошва обуви теперь четко издавала звук движения по асфальту. Запищал домофон, заскрипела дверь, но внезапно Ким скинул Хосока на пол, отчего тот зашипел сквозь зубы. Чонгу подопнул его носком кроссовка, чтобы он заткнулся.

– Ох, это ты, Джисон, – старческий, добрый голос раздался с лестничного пролёта.

– Аджумма!

– Опять лампочку выкрутили, ты погляди, помоги, пожалуйста, спуститься, ничего не вижу.

– Конечно! Сколько я ругался из-за света, ничего не меняется.

– Беспредел, Джисон-а, ну спасибо тебе, ещё ноги бы переломала тут, – продолжая что-то бормотать, женщина в возрасте скрылась за дверью.

– Прости, киса, – прошептал Ким, на этот раз поднимая полицейского на руки. Они поднялись на второй этаж, руку из-под колен Хосока серийник убрал, чтоб открыть дверь, но продолжал поддерживать второй за талию, потому что твёрдо стоять на ногах Чон не мог.

Наконец, Ким затащил начальника угрозыска в квартиру и стянул с его глаз повязку. Хосок недовольно проморгался, но сильно радоваться было нечему.

– Развяжи меня, я заебался.

– Пока не поговорим, не развяжу.

– Тогда говори быстрее, – от злости, боли и усталости зубы Чона проскрипели.

– Сначала займусь твоей ногой.

Ким снова подхватил Чона на руки.

– Да хватит таскать меня, – Хосок страдальчески зажмурился, но вопреки прошлым бесцеремонным действам, в этот раз Ким весьма аккуратно положил его на заправленную кровать. Правда тут же взглядом недобро пробежался по телу полицейского. – Я запрещаю тебе думать о том, о чём ты думаешь.

– Хорошо, – Ким протянул руку к голове офицера и взъерошил его волосы, – больше не буду думать о том, как обезболить место раны.

Хосок цыкнул.

Мужчина принёс огромную аптечку и принялся за работу со скурпулезностью, которая присуща профессионалам.

???