Часть 14 (1/2)

POV S.S

Широкое, почти бескрайнее поле белёсой рваной раной рассекала на двое узкая пешеходная тропа, по которой студенты еженедельно неспеша брели в Хогсмид за покупками и приятным времяпрепровождением.

Осеннее утреннее солнце уже припекало не так яро, как делало это летом, но с каждым пройденным по тропе километром я понимал, что всё равно денёк сегодня выдастся жарким. И не только из-за солнца.

Я ещё глубокой ночью был доставлен странно притихшим Нафаней в эту мирно спящую деревушку, и несколько часов просто бродил по пустой и единственной в ней улице в попытке собраться с мыслями и расставить приоритеты в предстоящей работе. Но тонкая алая полоска на горизонте оповестила, что совсем скоро наступит рассвет, и было бы неплохо поторопиться, чтобы потом не бегать в запаре.

Я наугад подошёл к первой попавшейся мне на глаза двери и лёгким щелчком пальцев снял с неё слабенький охранный контур. Зайдя внутрь, в ту же секунду был атакован миленьким и, похоже, совсем ещё молоденьким книзлом. То, как умиленно котейка заглядывал мне в глаза, выпрашивая то ли ласку, то ли вкусняшку, живо напомнило мне совершенно другого кота, который всегда так же пристально смотрел своими изумрудными глазищами мне прямо в душу, выворачивая её наизнанку.

— Потерпи, малыш… Я скоро верну тебя…

Второй этаж. Спальня. Сладко спящая парочка на кровати совершенно ни о чём не подозревает. Ритуальный кинжал. Два удара. Влитое в раскрывшиеся в немом крике рты рубиновое зелье. Длинный, но совершенно простой катрен. И передо мной стоят два свеженьких зомби, готовые исполнить любой мой приказ.

Как всё просто…

Тьма внутри ликует. Она почти вырвалась на свободу. Всё, что её ещё сдерживает — это память о единственном человеке, которого я любил. И люблю. И буду любить несмотря ни на что.

Гарри Поттер будет жить!

И совершенно не важно, сколько сторонних людей мне сегодня придётся принести в жертву Бледной Госпоже. Мой котёнок снова вернётся в мир живых.

На улице всё ещё довольно прохладно, но тело, укутанное в мягкое длинное пальто сливочного цвета, словно горит изнутри.

Короткий взмах руки — и мои свежесделанные мертвяки с грохотом вваливаются в следующий дом, чтобы пополнить ряды моей маленькой армии.

Всё, что от меня требовалось — это вовремя накладывать Полог Тишины на те дома, где мои модифицированные, ядовитые и крайне заразные творения с энтузиазмом создавали себе подобных.

И вот уже меньше чем через два часа я расслабленно шагал по тропе в сторону Хогвартса, а в десятке метров позади меня молча, нестройными рядами тащилось чуть больше трёх десятков мёртвых тел.

Со стороны, наверное, на любого увидевшего эта картинка должна была навевать ужас. Ну ещё бы. Видок у меня сейчас тоже был, мягко скажем, не самый свежий — не сильно-то я и отличался теперь от тех, кого создал. Впалые щеки, круги под глазами, нездоровый синюшный оттенок лица. Волосы, которые полностью стали седыми, развевались за моей спиной, словно божественный нимб…

Только вот от Бога во мне больше не было ничего. Скорее всего, в ближайшее время для всех вокруг я стану живым воплощением дьявола. Ну и хрен с ними. Нечего было бесить некроманта. Сами виноваты.

А на границе защитного контура Хогвартса меня встретила целая делегация аж из пяти магов, ощерившихся в мою сторону волшебными палочками. Вид помятых со сна, с трясущимися ручонками и бегающими по сторонам глазками волшебников вызывал в моём организме единственное желание — прекратить побыстрее все их бесполезные мучения.

Они непонимающе смотрели на меня — я скучающе пялился на них. Торопиться мне больше было некуда. Контракт подписан.

Вот так мы молча и стояли несколько минут друг напротив друга, разделённые лишь тонкой и невидимой глазу защитной завесой.

— Кто ты такой, и что тебе здесь понадобилось? — Дамблдор в весёленьком цветастом халате и в тапочках на бо́су ногу мрачно сверлил меня взглядом, изредка поглядывая на стоящих рядом профессоров. На вид старик был абсолютно спокоен и уверен в собственных силах, но его нервозность с головой выдавали мелко подрагивающие кончики пальцев, которыми он сжимал рукоятку Бузиной палочки.

Кстати о палочке. Не мешало бы забрать артефакт, всё-таки раритет — самому Певереллу когда-то принадлежал, так что нечего всяким там Дамблдорам его своими потными ручонками обтирать…

— Дайте мне доступ к алтарю Хогвартса и обещаю, что лишних жертв не будет, — я криво усмехнулся уголком губ, а про себя добавил: «Наверное»…

— А немного ли вы на себя берёте, мистер… — директор от такого заявления, кажется, немного подрастерял своё красноречие. — Эта школа — неприкосновенная твердыня, созданная самими Основателями! Даже Волан-де-морт не смог пробиться сквозь её защиту! Возвращайтесь туда, откуда пришли — мы уже вызвали авроров и совсем скоро они будут здесь!

Мара свидетельница, я честно пытался сократить число будущих жертв до необходимого минимума. Но раз уж пошла такая пьянка…

— Я не Волан-де-морт, Альбус, — мой презрительный злобный фырк был адресован не старику, а ныне безвременно почившему Лорду, и то лишь потому, что будь у меня свободное время, я бы сам с удовольствием расправился с этим уродом. — Не заставляй меня применять силу. Вспомни, что в школе полно детей, а мои создания очень и очень голодны…

— Ты не сможешь пройти сквозь щиты Хогвартса! — вот и МакГонагалл проснулась до конца и тоже начала возмущаться, видимо, чувствуя себя под защитой замка в полной безопасности. Зря, кстати. — Убирайся! И не смей угрожать детям!

Похвально, конечно, что она так печётся о своих подопечных, но где ты, драная кошка, была, когда мелкого Снейпа гнобила кучка зарвавшихся подростков? Почему закрывала глаза на то, как два богатеньких ублюдка и их дружки самоутверждались за счёт затюканного жизнью пацана?

Аг-ррр… Как же бесит…

Разводить политес у меня не было ни малейшего желания — я и так прекрасно осознавал, чем всё это закончится. Знал, мысленно переварил и смирился с собственной судьбой. Так что к дьяволу всех — они сами виноваты. Именно их бездействие в прошлом повлекло за собой то, что я сейчас собирался здесь устроить.

Без лишних спецэффектов — да кому они вообще нужны — замысловатым пасом обеих рук я просто уничтожил остатки защитного контура над замком. Со стороны могло показаться, что я разрываю руками в воздухе что-то плотное. Ну да и хрен с ними.

Зомбаков за моей спиной было не так уж и много, но даже этого вполне хватило на то, чтобы массой мёртвой плоти завалить четырех истошно визжавших и яростно отбивавшихся профессоров. Не учли они только одного — мёртвому телу совершенно насрать на все ваши светлые заклинания. Мёртвое тело боится лишь магии Смерти. И ещё раз умереть, уже окончательно, оно может лишь от руки своего создателя…

Обречённые крики из-под медленно шевелящейся груды тел уже еле слышались, когда мне в спину прилетело Круцио. Да что они здесь в Англии, кроме Непростительных больше никаких заклинаний не знают?! Вот Дамблдор — ведь глубокий старик и явно далеко не дурак… Так какого хрена он пытается остановить тёмного колдуна тёмной же магией? Или он надеется на то, что эффект будет как в математике, где минус на минус даст плюс?

От впившегося в меня заклинания я даже не поморщился — щекотно, конечно, но в бросании Круциатусов старик явно мастером не был: ему ли не знать, что сила Непростительного напрямую зависит от внутренней ненависти насылающего проклятие? А наш Великий Светлый всегда был слишком правильным — если, конечно, не считать морально-этических сторон некоторых вопросов.

Палочки у меня в руках не было — она и раньше мне была не нужна, а сейчас и подавно. И, видимо, именно этот факт выбивал Дамблдора из колеи — ведь даже его дражайший Волан-де-морт пользовался проводником Силы, а тут какой-то левый колдун свободно владеет невербальной беспалочковой… И это замешательство старика сыграло мне на руку.

За пару секунд преодолев разделяющее нас расстояние, я просто и без затей отправил светлейшего мага здешней современности в нокаут. Присев рядом с неподвижно распластавшимся телом на корточки, я двумя пальцами подцепил легендарный Дар Смерти и сунул себе в карман пальто.

Со стороны моих мертвяков больше не раздавалось никаких звуков, и я, скосив на них глаза, отметил, что мои создания, замерев на месте, стоят и ждут дальнейших приказов. Что ж, тогда продолжим.

💀💀💀

И снова я иду во главе своей маленькой армии, таща за собой по воздуху бессознательное тело почти бывшего директора почти уже бывшей школы Магии и Волшебства.

Заходить через парадный вход не стал — какой смысл тащиться потом кругами через весь замок, если можно было пройти через потайной ход сразу к Тайной комнате?

Да и жертву я нашёл почти идеальную — старик силён, так что он один вполне сможет заменить троих. Всё таки не настолько я тварь, чтобы вести на заклание ни в чём не повинных детей. Да и контракт предусматривал выброс определённого количества Силы, не оговаривая при этом количество народа, принесённого в жертву.

Привычный глазу полумрак, гулкое шипение из дальнего угла — это Сссал приветствовал старого друга. А у меня на душе было пусто. Эмоции ушли в глубокий минус — хотя, может, это и к лучшему, ведь в здравом уме я бы никогда не смог сделать то, что собирался.

— От тебя сса километр нессёт магией Сссмерти… — исполинская голова василиска с любопытством разглядывала мой новый внешний вид с высоты трёх моих ростов. — И печать её сссветитсся, сссловно зссвезда…

— Прости, друг. Но я должен уберечь Тигрёнка… — наверное, это должно было быть произнесено извиняющимся тоном, но… Сожаления не было. Никакого. Только чёткая цель, к которой я шёл с грацией носорога.

Мне показалось, или змей облегчённо вздохнул?

— Я готовсс… Что мне сссделать?

— Ничего. Просто когда этот, — я кивнул в сторону болтающегося в воздухе тела, — отдаст свою силу алтарю, замок умрёт. И ты вместе с ним.

В глазах реликтовой змеи не было ни намёка на страх. Даже ни малейшего осуждения своим действиям я в них не заметил. Лишь какая-то странная тихая грустная радость растекалась вокруг старого Змея, заставляя на секундочку всколынуться в груди жгучую тоску.

Но мысль о том, что это моя единственная и абсолютно точно последняя возможность спасти Ри, задвинула её на самые дальние задворки души — может быть даже, когда всё закончится, я буду оплакивать смерть старого друга, и, может быть, даже пожалею тех, кто попал в эту мясорубку не по причине собственной дурости и жадности… Может быть, когда-нибудь… Но точно не сейчас.

То, что в школьном пособии было описано как «огромный булыжник, укрытый истлевшими шкурами», на деле же являлось алтарным камнем Хогвартса. Салазар, связав защиту замка с собственным фамильяром, буквально принудил того стать для него бесплатной батарейкой — спя в этом месте, змей невольно делился собственной энергией с защитным контуром, последние года фактически в одиночку подпитывая его. Ведь «умные» английские маги запретили все ритуалы, которые проводились бывшими директорами для поддержания замка в рабочем состоянии.

А нет подпитки — нет и магии, которая не только держала закрытыми границы замка, заставляла двигаться лестницы и оживляла портреты, но и давала Силы здешним домовым эльфам. А Сссал уже далеко не молод, и его силёнок попросту больше не хватает. Поэтому и лестницы сбоят, и портреты перестали друг к другу в гости ходить и эльфам едва хватает магии на поддержание в замке минимального порядка.

Через сколько Хогвартс полностью остался бы без магии — дело времени, но по прикидке Поттера ещё лет пятьдесят и всё — волшебный замок превратился бы в самый обычный. И оживить его уже не смогло бы ничто.

— Миль… Всссё хорошшшо… — Сссал аккуратно лизнул мою щеку кончиком своего раздвоенного языка. — Не бойссся… Я уже давно готов уйти… Уссстал… — огромная голова змея резко закрутилась из стороны в сторону, словно в поисках чего-то. — Вот. Возьми. Наберешшшь яда — пригодитссся.

Старый добрый друг… Как жаль, что я так и не смог тебя отсюда вытащить. А теперь тебе придётся умереть из-за блажи какой-то дохлой псины…

Но сантименты прочь — Мара хоть и дала неограниченные полномочия и времени отвесила с запасом, но не стоит испытывать терпение этой неадекватной местами сущности.

Взмахом руки испепелив гору шкур, покрывавших алтарь, я с интересом уставился на огромный кусок обсидиана, который Основатели приспособили для сбора магии на нужды школы. Интересное решение — до этого момента я считал, что камнем Рода может стать лишь драгоценный или полудрагоценный материал, а эти гениальные волшебники, видимо, решили не заморачиваться и взяли первый попавшийся под руку булыжник, чтобы создать из него сердце Хогвартса.

Еще один пас рукой, и тело директора аккуратно опустилось на отшлифованную веками и змеиным телом чёрную поверхность. Не надо быть великим магом, чтобы, глядя на то, насколько редко по камню проскакивали тусклые серые искры, понять, что он тоже был на последнем издыхании. Так поможем же друг другу.

Бедный алтарь настолько изголодался, что вцепился в свою жертву мёртвой хваткой — запястья и лодыжки старика в доли мгновения окольцевали каменные кандалы, намертво распяв тело по всей поверхности. Я же, огладив на прощание огромный нос василиска, простым шлепком по лицу привел директора в чувство.

Он резко дёрнулся, но, поняв, что встать уже не сможет, близоруко прищурившись, пристально уставился на меня своими блёклыми голубыми глазёнками — его легендарные очки-половинки сейчас болтались на цепочке где-то за краем алтаря. Не стал издеваться над стариком ещё больше — просто напялил их ему на нос.

— Кто ты? — неужели это единственный вопрос, который на данный момент интересовал старика?

— Приглядись повнимательнее, Альбус, — я, криво усмехнувшись, убрал со лба мешающиеся седые пряди. — Узнал?

— Северус… — на лице светлейшего читался полнейший шок — всё-таки узнал. — Но как?

— Что «как»? Как я стал таким красавцем? Или как я вдруг оказался некромантом, которого ты под собственным носом не замечал много лет подряд? Или, может быть, как я докатился до жизни такой? — язвительности и сарказма в моих словах сейчас было столько, что с ними не сравнился бы даже собранный у Сссала яд.

— Но ты же говорил, что у тебя нет метки…

То ли старик чего-то не догонял, то ли просто зациклился в собственном старческом маразме на одной точке, но отчего-то он умудрился провести параллель между моим Даром и своим безумным врагом. Хотя как одно связано с другим, я так и не понял.

— Твой Лорд мёртв. Сдох позавчера вместе со всеми своими Пожирателями, — у старика неверяще округлились глаза. — Твоё идиотское пророчество всё же сработало, пусть и через жопу, — я злобно рыкнул, вспомнив на мгновение, КАК именно оно сработало.

— Тогда зачем всё это, Северус?

— Ну а как ты хотел, Альбус? Волан-де-морт мёртв, Поттер мёртв, а ты всё ещё жив… Не порядок… — я, видимо, как-то слишком уж маньячно улыбался, потому что, судя по выражению лица Дамблдора, он сейчас очень сильно хотел испариться из поля моего зрения. — Ты же всегда пропагандировал всеобщее благо и любовь… Вот и послужишь напоследок благому делу: поможешь мне вернуть обратно любимого человека.

На лице светлейшего уже была чистейшая паника — он дёргался в каменных путах в попытке вырваться, и предсказуемо у него ничего не получалось ни с магией ни без. Голодный алтарь точно не отпустит такую жирную жертву.

— Северус, одумайся! Лили уже не вернёшь — она давно мертва…

— Альбус, ты идиот? — я даже подзавис немного от таких слов — хорошо же псина обработала за прошедшие годы старика, раз он до сих пор думает о таких абсурдных вещах. — Нахрена мне эта мелкая вертихвостка?

Мне под задницу упёрлось что-то большое и упругое и я, благодарно вздохнув, уселся на предоставленный Сссалом хвост. Всё таки вся эта беготня, нервотрёпка, перекачка магии и её экстренное восстановление ударили по моему физическому состоянию намного сильнее, чем хотелось бы.

Я устал. Хотя устал не столько физически, сколько морально. Устал каждую секунду думать о том, что моего любимого мальчика больше нет со мною. Устал сомневаться сам в себе. Устал понимать, что это конец…

И как бы там сегодня ни сложились звёзды, но мой котёнок будет жить.

Спустя долгие пару минут молчания, я всё-таки нашёл в себе силы и снова заговорил. Правда, голос мой был глух и совершенно безэмоционален, что, похоже, впечатлило старика ещё больше.

— Мне нахрен не сдалась твоя Лили, Альбус. И я тебе об этом уже говорил. А вот её сын… Гарри Поттер… Единственный человек во всех мирах, которого я когда-то любил. А он любил меня в ответ… Но твоя безумная псина предала тебя и отдала моего мальчика в лапы Лорда… За что и сдохла… Не смотри на меня так! Поверь, в отличие от тебя, умирал он очень долго и мучительно, — я криво усмехнулся. — И да, Альбус, это я в тот день, когда Блэк впустил к твоим Поттерам Тёмного Лорда, забрал малыша с собой. Это я растил его все эти годы, обучил всему, что знаю сам, и научил пользоваться своим Даром.

Ты ведь не знал, что твой такой долгожданный Избранный — рождённый некромант? По глазам вижу, что не знал. Его родители хорошо постарались, скрывая этот секрет ото всех, даже от его же крёстного. И да, крёстную связь между Блэком и Поттером тоже я разорвал.

Глядя в наполненные шоком и болью голубые глаза, я хмыкнул про себя: да, Альбус, хреново осознавать, что даже близкие люди тебя предают… Особенно те, кому ты сам доверял.

— А сейчас я сделаю всё для того, чтобы вернуть Гарри обратно. Чтобы обезопасить его и не допустить повторения того, что уже произошло.

— Северус, даже если ты воспользуешься хроноворотом, ты всё равно уже не успеешь… — старик сейчас казался настолько сломленным, что у меня закралась подозрительная мыслишка, что он смирился. Хотя так даже лучше — добровольная жертва всегда намного ценнее вынужденной. Запишем потом ему плюсик в карму на следующую жизнь.

— Спасибо, учитель, я так-то в курсе. Пробовал уже, — я прикурил сигарету, возможно даже, последнюю в этой жизни, и улыбнулся. — Хроновороту, даже тёмному, такой скачок не под силу. А вот Госпожа в обмен на маленькую услугу дала мне карт-бланш, и насрать мне, что бы ты там мне сейчас не зачёсывал про любовь и прощение, но этот шанс я не упущу.

— Что с тобой случилось, Северус? Ты ведь всегда был таким тихим и спокойным мальчиком… — сдаётся мне, что кое-кто сейчас дико сожалеет о собственном пофигизме и об упущенной выгоде.

— Оборотень со мной случился, дорогой директор. Всего лишь самый обычный оборотень… — сзади громко на кого-то зашипел Сссал.