Часть 7 (2/2)
Только вот, судя по хитрой моське моего Поттера, тот что-то успел добавить к уизлевскому заклинанию в довесок… Что-то такое, что тому явно потом не понравится…
— Урок закончен, — я брезгливо смотрел на отрубившееся тело рыжего, — результаты узнаете на следующем уроке. Мистер Лонгботтом, не стойте столбом! Либо позовите сюда мадам Помфри, либо отлевитируйте тело этого бездаря в Больничное крыло!
На мои слова отреагировала лишь Грейнджер. Подняв своего друга? парня? Мобиликорпусом, она рысью выскочила за дверь, таща за собой как на прицепе его бессознательное тело.
Следом потянулись и остальные ученики, как-то странно притихнув. А я наградил своего тигрёнка многозначительным взглядом, от чего он гулко сглотнул. А я вновь залип, только теперь уже на его судорожно дëрнувшийся кадык…
Блять… Если так и дальше дело пойдёт, я просто рискую не дожить до конца этого учебного года… Нужно срочно пересмотреть тот злосчастный разговор с Госпожой, иначе я действительно имею все шансы на то, чтобы либо свихнуться, либо сорваться…
💀💀💀
POV H.D.P.-P.
— Ну и что ты прилепил утром к Круцио этого рыжего? — вот такими словами, сказанными самым моим нелюбимым сухим тоном, встретили меня в комнатах моего любимого некроманта. Донельзя раздражённого и, похоже, даже взбешенного некроманта.
Что-то я как-то не учёл, что Миль психанет из-за моих ночных посиделок с Малфоем… Хотя, мы с Хорем довольно продуктивно провели эту ночь: он многое успел мне рассказать о том, что же именно творится в ставке их «прекрасного Лорда»… Мне на секундочку даже захотелось собственноручно придушить и его и весь его Ближний круг. Вкупе с Дальним, и добавить к ним за компанию всех идейных сочувствующих.
Но это не моя война. Была. Потому что из рассказа Хорька я понял две вещи: во-первых, Волан-де-морт с какого-то перепуга, или, если уж точнее, с чьего-то доброго науськивания, решил, что я его злейший враг и пока он меня не уничтожит — не будет ему счастья… Во-вторых, этот самый «неизвестный советник»… Который охренел настолько, что решил забрать себе МОЕГО Снейпа… Мотивы этой суки мне были не ясны, но мне они и не нужны были: найду и просто убью. Потому что никто не смеет тянуть свои лапки к моему мужчине. Плевать, что пока лишь чисто гипотетически «моему», это просто был вопрос времени.
— Я задал тебе вопрос, Гарри… — вот же ж засада… Похоже, я довёл свою змеищу до белого каления…
Как-то резко зачесалась задница, в предчувствии, видимо. Но я давно уже не маленький мальчик. И волен поступать так, как посчитаю нужным, даже если это не нравится одному конкретному мега-сексуальному в собственной злости мужику.
Поэтому я спокойно прошёл мимо психующего Миля, забрался в уже успевшее приглянуться мне кресло возле камина, вытащил сигарету из пачки и прикурил. Глубоко затянувшись, выдохнул и протянул пачку в сторону Миля-Северуса.
— Будешь? — в ответ мне прилетел злобный фырк, но пачку из моих рук забрали, а через несколько секунд мне в лицо прилетел огромный клуб табачного дыма. Язва…
— Ри… — не знаю, что там собирался мне вчëсывать мой любимый некромант, но всяко мои новости сейчас были важнее. Потому что касались непосредственно наших с ним жизней.
— Миль, подожди! Наорать на меня успеешь потом. У меня важная информация!
Миль побледнел. В душе не ведаю, что сейчас творится в этой черноволосой голове, но оно мне категорически не нравится! Поэтому, испарив остатки сигареты, я мгновенно пересел на подлокотник кресла, в котором струной вытянулся мой мужик. Обняв его за плечи двумя руками, я привычным жестом уткнулся носом в так вкусно пахнущее местечко за его ухом и шумно вздохнул. Ка-а-айф!
Вот за что я люблю эту заразу, так это за то, что он не умеет долго злиться. На меня. Всем остальным проверять правдивость моих слов категорически не советую: мстительнее и злопамятнее этого типа только я. Ну и ещё, наверное, Госпожа, но ей по статусу положено.
Поэтому, когда в ответ меня крепко стиснули за рëбра и прижали к себе ещё ближе, я наконец-то смог немного расслабиться.
Только сейчас понял, что всё это время еле сдерживался, чтобы не взорваться с психу — разговор с Малфоем меня, как выясняется, впечатлил намного сильнее, чем я думал.
Поэтому я уткнулся Милю в шею ещё сильнее и буквально перëтек на его колени, устраиваясь там поудобнее. Плевать, что такой вольности я себе уже давно не позволял — с самого того момента, когда осознал, что люблю эту заразу совершенно не родственной любовью. Сейчас же это казалось совершенно правильным и естественным.
— Так что ты хотел мне сказать, малыш? — бля-я-я… Всё, меня размазало от одного только слова…
Что же ты творишь со мной, родной? Неужели не понимаешь, КАК на меня действуют все эти твои ласковые прозвища?
Так. Стоп. Пора подтереть розовые сопли и решить внезапно назревшую проблему, потому что мой Миль от меня точно никуда не денется, а вот неизвестный придурок может выкинуть что-то такое, что мне может не понравится.
Лично для себя я решил, что кем бы ни оказался этот странный таинственный советник Волан-де-морта, но в живых он точно не останется. Как и сам Лорд Судеб, как он любит себя величать, по словам того же Малфоя.
— Миль, у нас внезапно возникла проблема. Причём весьма глобального масштаба! — всё это я пробурчал, так и не оторвав свой нос от самой вкусно пахнущей шеи на свете. Я не видел, но буквально всем телом почувствовал, как мой мужчина напрягся, и поспешил его успокоить первым пришедшим мне на ум способом — втянув в рот кусочек кожи за ухом, я ласково прошёлся по нему языком, а после несильно прикусил зубами.
Миля аж в кресле подбросило. М-м-м… Какая реакция… Она мне однозначно нравится. Как и то, что после этого руки Миля резко исчезли с моей спины, переместившись на задницу, и до боли сжали поджавшиеся в предвкушении половинки.
— Ты что творишь… — в ухо проник густой бархатный шёпот на парселтанге, заставляя всю кровь резко мигрировать из головы в нижнюю часть моего тела. Хотя это уже давно было совершенно привычным для меня — потому что в моей жизни всё сводится к уравнению «Миль + любые его прикосновения = мгновенный стояк».
— Пытаюсь донести до тебя, что в нашей с тобой скучной и размеренной жизни внезапно нарисовался лютый пиздец, — я нарочито медленно лизнул место укуса, отчего Миль шумно втянул воздух сквозь зубы и ещё сильнее сжал мою задницу.
Однозначно завтра на ней останутся отпечатки его ладоней! А я, как идиот, буду смотреть на них в зеркало и пускать счастливые слюни, вспоминая вкус его кожи…
— Ри, а не хочешь рассказать, чем ты сегодня занимался до утра, раз даже завтракать не пришел?
— Ревнуешь? — я весело хмыкнул ему в ухо, чётко уловив в голосе нотки вновь зарождающегося в нём раздражения. — Не стоит. Ты же ведь и так прекрасно знаешь, что кроме тебя мне никого не надо. Ни в этой жизни, ни во всех последующих, — глубоко вздохнув в последний раз и нежно прикоснувшись к месту своего укуса губами, я отстранился и уже совершенно серьёзно посмотрел на подвисшего от моей наглости Миля.
Слезть с нешевелящегося тела — дело пары секунд, прикурить очередную сигарету — ещё столько же. А вот успокоить терзающую душу боль, наверное, не удастся даже спустя сотни лет. Но всё, что мне пока оставалось — это резко тряхнуть головой, выбивая из неё сим нехитрым действом грустные мысли, и, натянув на рожу улыбочку поехиднее, пробурчать:
— Мне тут Малфой-младший Обет дал. Полный, — видя, как от удивления расширились лисьи глаза, я невольно улыбнулся. Как-то я и сам тогда знатно охренел. — И поведал о странных навязчивых идеях у двух не менее странных личностей в отношении наших с тобой персон…
— Ри, зараза! Понахватался от Нафани… Уши откручу обоим! — недоумение с любимого лица исчезло как по мановению волшебной палочки, а на его место пришли сосредоточенность и крайняя степень заинтересованности. — Не тяни Машу за хвост — говори нормально!
Ну я и рассказал. С подробностями. Про всё, что произошло после нашего с Милем прощания в том злополучном коридоре. Пару раз он меня перебивал, задавая уточняющие вопросы, но в целом выслушал про мои приключения вполне спокойно. Мне даже показалось, что он выдохнул облегчённо, когда узнал, что мы с Хорьком так и просидели в пустом классе до самого подъема, обсуждая происходящий в этой стране бедлам и хоречьи планы на его дальнейшую жизнь.
Ну а когда я наконец-то закончил и, устало выдохнув, откинул голову на спинку кресла, минутную тишину разрезал отборнейший русский мат. Я даже как-то резко забыл, что устал: ведь Миль при мне ТАК ещё ни разу не ругался. Даже когда мы с Сашей и Машей, совершенно случайно, кстати, окаменили двух соседских мальчишек, которые просто не вовремя мимо проходили. Но чтоб вот так… Хотя, не спорю, выглядело это на мой вкус крайне горячо.
Бездонные, чёрные, словно обсидиан, глаза взбешëнного некроманта, которые едва ли искры не метали… Длинные волосы от порывов магии вились вокруг его лица, словно диковинные змеи… Мертвенно бледное лицо, на котором россыпью проступили яркие золотые трещинки, будто вышедшие из-под руки мастера кинцуги… И сила, что мутной тёмной дымкой окутала его с головы до ног… Ну вот как не влюбиться в такую красоту?
Пока я тупо пялился, подвиснув на собственных мыслях о том, как я языком очерчиваю каждую ломаную золотую линию на любимом лице, Миль смог взять себя в руки. Даже жалко стало, когда его внешность приняла привычный глазу вид. Сам он, взмахом руки призвав с полки два бокала, плеснул туда из ткнувшейся в руку бутылки коньяка на два пальца.
— Н-да, не думал я, что всё будет вот так быстро… Ри, а ты уверен, что мелкий Малфоëныш не в курсе, кто скрывается под личиной советника лорда?
— Я же тебе сказал, что он мне полный Обет дал. Так что врать он мне по-любому не может. Что предлагаешь делать?
Миль хмыкнул и залпом опрокинул в себя золотистое пойло явно не менее чем двадцатилетней выдержки.
— Что делать? Устранить проблему, доучиться этот год, послать всех оставшихся нахер и свалить обратно. Или ты хочешь здесь остаться? — встретив мой охреневающий взгляд, Миль лишь пожал плечами и пробурчал: — Тут вообще-то твоя родина. И наследие предков. Да и блондинчик, я смотрю, тебе по вкусу пришëлся…
Глядя на эту ничем не прикрытую ревность, я в душе аж завизжал, словно сопливая влюбленная школьница. Небезразличен! Я ему небезразличен, иначе с чего бы этому взрослому, непробиваемому и вообще малоэмоциональному мужику сейчас так открыто демонстрировать, что он меня ревнует…
Отсалютовав смотрящему на меня исподлобья Милю бокалом, я в два глотка осушил терпко пахнущую дубом и дымом жидкость и весело ответил:
— Хрен тебе, Эммануил Аркадьевич, а не родина! Ты, даже если очень сильно захочешь, избавиться от меня никогда не сможешь. Я — твоё счастье и проклятье в одном флаконе. Смирись с тем, что мы будем с тобой вместе до самого конца! — я улыбнулся как можно более непринужденно и решил подтвердить или опровергнуть одну из своих жутких догадок. — Как там говорится в брачной клятве некромантов? «И даже Смерть не сможет разлучить нас ни в этой ни в последующих жизнях»…
На моих последних словах глаза Миля расширились, и в них отчётливо сверкнули искры страха и обречëнности… Су-у-ука… Да не может такого быть, чтобы сама Госпожа на нас табу наложила… Не может…
Или может?!
Именно в этот момент в душе поселилось яростное желание выбить из этого партизана всё до последней буквы. И что-то мне очень сильно подсказывало, что слова Миля указывали на то, что времени у нас с ним осталось намного меньше, чем я рассчитывал. Потому что, зная сволочную натуру нашей Госпожи, она могла поставить Милю любое условие. А зная своего мужика как облупленного, руку на отсечение даю, что он на это согласился.
Что ж, мой любимый, поздравляю тебя — ты попал! Я с тебя теперь живого не слезу. Да и с мёртвого, кстати, тоже. И хрен с ним, что это уже тянет на самое настоящее помешательство и просто воняет извращением, но я тебя от себя точно никуда не отпущу! Особенно после того, как ты сегодня так чётко и явно дал мне надежду на то, что мои чувства взаимны!
— Миль, я всё понимаю, но теперь ты от разговора точно не отвертишься, — я снова прикурил и, смотря прямо в любимые глаза, протянул: — Договаривайся со своими тараканами как хочешь, но у тебя два дня. Два дня на то, чтобы успокоиться, разобраться с собственными заморочками и дать мне чёткие ответы на мои вопросы.
Миль лишь устало потёр переносицу и, уставившись не мигая куда-то в потолок, прошептал:
— Ты же ведь не отстанешь…
— Нет. Можешь даже не мечтать об этом. Ну а пока давай рассказывай, что у тебя самого ночью случилось.
Ну да, я наблюдательный. Очень. Особенно когда дело касается одного конкретного некроманта. Да и не заметить за целый день явно психующего директора я точно не мог. Ну а сложить два плюс два, особенно зная гипотетическое развитие дальнейших событий, вообще было плёвым делом.
— Старик ночью вызывал меня к себе. Предложил…— далее последовал короткий, но ёмкий и совершенно безэмоциональный рассказ Миля о том, что маги Англии явно все дружно сошли с ума.
— Дурдом… Знаешь, — я перекинул ноги на подлокотник кресла и с удобством развалился на мягком сидении, — что-то во всей этой истории меня очень сильно смущает… Настолько сильно, что я пока даже не могу понять, что именно… Но почему-то есть стойкое ощущение, что всё пойдёт по пизде…
— Не матерись. — Миль недовольно поморщился. — У меня такое же чувство. Поэтому вот что мы с тобой сделаем…
💀💀💀
Следующий день прошёл тихо и мирно. Даже слизеринцы, получившие от меня пиздюлей в первое же наше знакомство, лишь косо на меня поглядывали, но даже дышать в мою сторону старались пореже.
Малфой с постной рожей на занятиях сидел рядом, но с разговорами тоже не лез — видимо, понимал, что одно неосторожное слово с его стороны может вызвать во мне тотальный приступ гнева. Он лишь украдкой кидал на меня странные взгляды, но упорно молчал. И на том спасибо.
Зато вечер «порадовал».
Особенно когда в гостиной факультета, когда я, вытянув ноги к огню, сидел возле камина и читал привезённый из дома «Трактат о магии Времени», появился зачуханный и чумазый домовой эльф Хогвартса и, поклонившись мне так, что лопоухие уши мазнули по полу, пропищал:
— Гарри Поттер, сэр! Вас вызывает к себе в кабинет директор Дамблдор, сэр!
Я же, не глядя на так и стоявшего согнувшись эльфа, проворчал, не особо-то и ожидая ответа:
— Ну и какого рожна ему от меня надо на ночь глядя?!
— К Гарри Поттеру, сэру, приехал его крестный Сириус Блэк и ожидает вас в кабинете!