Часть 7 (2/2)

— Проблем как раз очень много. И одна из самых стрёмных — это её папаша. Мать… ещё ладно. Думаю, она всё поймет и примет нас, но он нам жизни точно не даст. И я не против взять всё на себя. Ребёнок — это же какое счастье! Но Лорен плачет постоянно. А я успокаиваю. Ей же нервничать нельзя. А я не знаю, что мне делать. Боюсь поговорить с её отцом. Прежде всего за неё боюсь. Себя мне вообще не жалко. Хотя нет, уже жалко. Я же будущий отец. Но она… она не заслужила этой грубости. А он зверюга настоящий. Выгонит её из дома.

— Если прогонит, уйдете с ней вместе, — констатирует Ким, — Хотя я уверен, что Чонгук вас не оставит. Поможет. Джеф, в любом случае тебе придется поговорить с её отцом. Какой у нее сейчас срок?

— Четыре недели или чуть больше… — Джеф сидит теперь сгорбившись, и мало походит на того разбитного парня, что постоянно смешил Тэхёна.

— Ты сам-то что думаешь… готов стать отцом? — недоумение Кима сменяется чувством жалости. Джефу не позавидуешь. У них действительно разные жизненные ситуации. Даже сравнивать не стоит.

— Конечно! Мы очень хотим ребенка. Хотим жить вместе до самой старости. Я вижу рядом с собой только её. Мне даже, знаете, сон приснился, внуки наши… — тараторит парень.

— Значит, так оно и будет. Но для начала надо решить проблему в лице её отца. Думаю, тебе стоит сперва рассказать всё её матери и Чонгуку с тётушкой. А потом, заручившись их поддержкой, поставить в известность его.

— Понимаю я это. Извелся уже весь. А на Лорен вообще смотреть страшно. Она так похудела, есть отказывается нормально. Плачет постоянно. Это я во всём виноват. Довел её до такого. Видите ли, захотелось мне, а она не остановила. Но она меня ни в чем не винит. Чёрт! А я себя очень.

— Джеф, я предложил тебе вариант, который, на мой взгляд, будет самым верным. Так что прислушайся. Ты же за советом ко мне обратился?

— Да. За советом, да… — отвечает он едва слышно. А Тэхён смотрит на него потерянного. Хочет не только словами поддержать. Но что он может? Разве только…

— Вот, возьми, — он извлекает из бумажника несколько крупных купюр и протягивает парню.

— Что это? Деньги? У меня есть! Зачем это? Я коплю и вообще… — возражает тот, отнекиваясь.

— Это хорошо, что они у тебя есть. И эти лишними не будут. Это не тебе, а Лорен и будущему ребенку, — предлагает Ким, вынуждая принять.

— Спасибо. Но я не за этим к вам. Мне просто надо было выговориться. Голова скоро треснет от мыслей. Вот поговорил с вами и как живой воды напился, — улыбается парень, — Так бабуля моя всегда говорила. Её бы сейчас сюда. Мировая была. Всё, что хочешь, могла разрулить, — мечтательно произносит тот, глядя на небо.

— Я бы, конечно, тоже мог вмешаться и поговорить с её отцом. Но кто я такой? И станет ли он меня вообще слушать… — предполагает Ким, не лукавя. Он мог бы. Вполне мог бы поговорить, убедить, будь они хотя бы знакомы с этим Матисом.

— Нет, конечно. Не станет, — соглашается Джеф.

— Тогда делай всё сам. Бери на себя ответственность. Лорен, возможно, и плачет оттого, что видит твои метания. Считывает твой страх и понимает, что не может на тебя опереться. Ты же должен её защищать. А что делаешь ты? Прячешься от проблем. Не хочешь довериться Чону. Кстати, как он там? — переводит тему Тэхён. Делает это намеренно, чтобы хоть как-то отвлечь парня от негативных мыслей. А тот и не против. За обе щеки жуя принесенную еду, он немного отвлекается и становится снова тем болтливым Джефом.

— Да всё нормально. Работает как обычно… лошадки, дети, панды, чтение по вечерам, споры с дамой Чон и мятный чай два раза в день, — хмыкает Джеф.

— Мятный чай? — Тэхён не знает, почему из всего перечисленного цепляется именно за этот факт.

— Ага. А я вам про это не говорил? Хм, да его мясом не корми, дай только чашечку чая. А бабка моя всегда говорила, что травы женского рода глушат мужскую силу. Типа, нельзя мужикам этим злоупотреблять. И ему я про это не раз говорил. Но разве он кого слушает? Отмахнулся от меня и только. Для него день начинается и заканчивается с чашки мятного чая. Сам, между прочим, её на заднем дворе выращивает и сушит потом на зиму.

— А что ещё он любит? — не останавливается Тэхён. Ну, раз зашла тема о Чоне, то почему бы не развить.

— Ну-у, не знаю… работу свою любит, детей, животных. Читать! Читать он очень любит. Мне как-то раз повезло побывать в его комнате. Мы к нему туда заносили стеллаж новый для книг. Основательный такой. Я тогда ему помогал его собирать и книги расставлять. А там сто-олько книг… Пресвятые панды! Я обалдел. Мне жизни не хватит это прочитать. Я ещё тогда его спросил: зачем столько? А он говорит: это ещё мало. Люблю, говорит, перед сном почитать.

— Интере-есно… И что же у него там за книги? Ты рассмотрел? — Тэхён цепляется за новые факты. Ему хочется знать как можно больше.

— Ох, всякие есть… Что-то про животных, лекарские разные. Энциклопедии толстенные. Фантастику я там видел, детективы, стихи, романы даже.

— Чтение, говоришь… Это всё? — уточняет Ким. Чтение — это хорошо. Тэхёну нравится читать, особенно перечитывать своё, удивляясь тому, неужели он сам это всё написал… И в этом они тоже с Чоном похожи. Чтение перед сном успокаивает разум.

— Как же! Спорт ещё любит. Занимается с утра по часу в своей комнате. Огромная она у него. Как моих три. У него там приспособления всякие для отжиманий, турник имеется, еще какой-то тренажер. Я в этом не понимаю. Но шеф железо тягает исправно. А как без этого? Ему же тогда панд своих не поднять! Сильным надо быть. А ещё он любит даму Чон. Хоть я ни разу не слышал, конечно, чтобы он в этом ей признавался. Но частенько так, со спины подойдет и чмокнет её в макушку. А как он на неё иногда смотрит…. С такой теплотой. Но спорить с ней не забывает. И очень смешно принимает её затрещины. Как мальчишка, весь сжимается, руками прикрывается и хихикает. Не обижается ведь. Когда с неё гнев сходит, он подходит, берёт её руку и целует. А та в слёзы. Целует в ответ и называет «сыночком». Смешные они. Люблю их. Понимаете, я как семью обрёл, которой у меня толком и не было. Поэтому я даже не представляю, как уйти оттуда в случае чего. А как Лорен? Это же её дом… Эх, ладно… Спасибо, что выслушали меня. За советы спасибо и за деньги. Куплю Лорен что-нибудь обязательно. Кстати, забыл вам сказать, что скоро в клубе праздник будет. Шеф каждый год его проводит. Отмечает день рождения клуба. Вас обязательно пригласят менеджеры. Думаю, что Шен туда приедет. Он каждый год приезжает. Там и сможете собственными глазами его увидеть. А как ваша книга?

— Пишу понемногу. Слушай, я же обещал тебе дать почитать… — вспоминает вдруг Ким, но понимает, что снова не готов. Не окончательно у него всё. Знает, что может править, поэтому сырые варианты не показывает никому. Даже Намджуну.

— Нее… не надо. Не до того сейчас. Я уж лучше потом, когда допишете, — отмахивается от него парень.

Тэхён согласно кивает ему. Но сам даже не знает, когда её допишет и чем закончит. В этом смысле у него не всё так однозначно. Возможно, в этой жизни он впервые в чём-то настолько не уверен. И речь здесь идет не о факте завершения работы. В том, что он закончит её, сомнений нет. Но вот окажется ли она доступной к прочтению читателями — это сложный вопрос. И Джефу об этом знать пока не обязательно. Парню действительно не до того. Однако эта незапланированная встреча с Джефом позволит многое дополнить, расписать пристрастия Чона, улучшить некоторые эпизоды и максимально развить сюжет. О чём он и сообщает тому, прощаясь с ним уже затемно.

Они долго стоят у авто Кима. Джеф будто не решается ехать назад. А Тэхён его приободряет, напоминая, что теперь на нём огромная ответственность. Тот слушается. Обещает, что не подведёт Лорен, и желает Киму легкого пера, на прощание, пожимая руку так, словно они видятся в последний раз.

Может, это Киму только кажется. Но мысли об этом не покидают его по дороге домой и уже дома, сидя за ноутбуком в тишине комнаты. Он тщетно пытается что-то писать, но не выходит. Размышляет о том, что ему очень не хватает Бёля, его звонкого голоса, спонтанности в действиях, его шепелявых шуточек, улыбок и того заряда энергии, которой он делится с Тэхёном. А между тем встреча с племянником состоится уже завтра. Хосок возвращается на службу. А эти две недели промчались, кажется, словно и не было их вовсе.

И ночь эта накануне возвращения в дом сестры проходит незаметно, а уже утром Тэхён вновь собирает чемодан, торопясь к Бёлю. Ведь озорной мальчишка очень его ждет и поторапливает. Уже звонил и интересовался, когда же дядя приедет. И дядя приезжает вовремя, где на пороге квартиры сестры оказывается в объятиях ребенка. С Хосоком они даже не успевают толком поговорить. Тот торопится перед отъездом к Мэй. И Тэхён не задерживает его, понимая, как это важно обоим супругам. Он переключается на ребенка, распаковывая вместе с ним подарки, что привез ему из Пусана. Вместе они разбирают чемодан Тэхёна, и мальчишка с видом инспектора, смешно заключает:

— А вот это фто-то новенькое. Не видев я у тебя такой лубашетьки. Тозе такую хотю, — он почесывает свой высокий лоб и смотрит деловито, вызывая у Кима поток неконтролируемого смеха.

— А фто такое? Фто такое-то? — вновь смешно вопрошает он, применяя словечки отца.

— Да всё нормально, Бёлли. Поищем мы и для тебя такую же! — обещает ему Ким, поражаясь тяге ребенка к модным тенденциям. Естественно, мальчику он говорить не станет, что эта вещь из последней коллекции его любимого бренда. И на детей они не отшивают. Бёль хочет выглядеть так же стильно, как и дядя. Значит, Ким обязательно что-то придумает.

В ответ на слова дяди тот беззубо улыбается, продолжая выкладывать на полочки вещи Тэхёна. И пусть делает это не так ровно и кладет не туда. Зато старается помочь. А это самое главное.

— Чем вы тут занимались с папой? Расскажешь? — усаживает его Тэхён на колени и прячет от мальчика свой нос, ведь тот постоянно норовит оттаскать за него.

— Мы евдили к маме кавдый день. Много гуляли. На занятия евдили. Тёнгук катал меня на новой лофадке. Она так-аая блефтясяя… Уф. Квассная. Зовут её Фэн, — с трудом выговаривает слово мальчик.

— Как зовут лошадку, Бёлли? — Тэхён заостряет на этом внимание неспроста.

— Фэн… ну пелвая буква как у фоколада, — уточняет малыш, объясняя всеми доступными способами.

— Шен? — поняв, о чем тот говорит, Ким не может скрыть удивления.

— Во-во! Ага, — поддакивает мальчик.

— А почему у лошадки такое имя? — выпытывает у него Тэхён, хотя вряд ли тот в курсе.

— А фто не так с именем? Имя как имя, — растопырив пальчики, доказывает ему мальчишка. И Киму бы улыбнуться этим его жестам, а не улыбается.

— Действи-ительно… имя как имя, — задумчиво произносит Ким, проводя параллели. Имя как у человека, который Чону не просто знаком. Вероятно, их связывает не только дружба. Возможно, этого коня подарил ему Шен. А Чон дал ему имя в честь дарителя. Странный, конечно, выбор. Но всё же… Это гу-гу неспроста! Как сказал бы его сынишка Тэо. И оказался бы прав. А о чём там упомянул ему при встрече Джеф? Скоро в клубе состоится праздник, а значит, не исключено, что Шен приедет на него. Тэхён надеется увидеть этого человека воочию и многое для себя понять. Тэхён очень на это надеется. Хотя их с Бёлем пока туда не приглашали.

— Значит, новая лошадка… Да, Бёлли? А что ещё новенького было у вас на занятиях? — не перестаёт расспрашивать Тэхён.

— Тёнгук постоянно меня хвалит. Говолит, фто я нафтоясий вфадник! У меня бо-ольфое будуфее! Я хотю стать как он, — мальчишка подбегает к зеркалу и начинает перед ним крутиться, играя мускулами, которые пока только в его мечтах. Видимо, дает этим понять, что хочет быть таким же сильным, как и Чон.

— И какой же он, по-твоему? — всё же не удержавшись, спрашивает Тэхён. Ему интересно мнение ребенка.

— Он фильный, фмелый и о-отень класивый… Как думаефь, Тэ, я буду таким класивым? — с надеждой в голосе и взгляде обращается к нему Бёль.

— Ты уже красивый, Бёлли, — ничуть не лукавя, сходу отвечает ему Тэхён.

— Да, но не такой, как Тёнгук! — протестует мальчик, крутясь у зеркала.

— Не такой. Ты лучше, Бёлли, — убеждает его дядя, искренне любуясь своим пока ещё маленьким племянником.

— А фто, ты ститаефь его не класивым? — вопрос ставит Кима в тупик. О Чоне в этом контексте он думал мало. Вернее, думал только когда описывал в книге его внешность. Возможно, ещё, когда впервые увидел того в деловом стиле. А тут ведь действительно есть о чём задуматься. О привлекательности этого мужчины не поспоришь. Всё при нём, безусловно. Особенно Кима поражает его крепкое телосложение и взгляд, что способен вмиг менять настроение. Вообще, в отношении Чона можно многое вспомнить и оценить. Но зачем? Этот странный вопрос хочется оставить без ответа, но мальчику же интересно, поэтому Тэхён отвечает честно.

— Нет, Бёлли. Думаю, он красивый. А вообще все люди по-своему привлекательны. Нет смысла сравнивать, — объясняет ему Тэхён.

— Уж покласивее твоего этого Джинхо, — кривится вдруг мальчишка, выдавая собственное мнение.

Тэхён, до этого сидевший спокойно, взрывается от смеха. Он вновь не в состоянии его сдержать. Но, вмиг собравшись, задумывается. Джинхо и Чона даже сравнивать бессмысленно. Те в разных весовых категориях, рост тоже значительно не совпадает. У Джинхо какая-то липкая привлекательность, непритягательная. С Чоном же всё наоборот. В особенности, если лицо инструктора озаряется улыбкой… Но Киму думать об этом не хочется, поэтому он мысленно закрывает тему. Но Бёль снова её открывает.

— А он пло тебя сплашивал, — сообщает мальчик как бы невзначай.

— Кто он? — Тэхён не сразу включается, перебирая своё бельё.

— Тёнгук. Снатяла сплосил, куда ты девся. А я сказал, фто ты пока живешь у себя дома… пока со мной папа… А потом сплосил, не скутяю ли я по тебе… А я сказал, фто очень скутяю… Ты зе у меня самый лутьфый на свете! — и честность мальчишки на лице. Он любит дядю, поэтому готов говорить об этом всем подряд.

— Так и сказал? — на лице Кима расцветает яркая улыбка. Ему приятно, что ребенок так искренен в своих чувствах.

— Ага, — подтверждает ребенок, возвращаясь к разбору вещей.

— А что он тебе на это ответил? — конечно же, Киму интересно, чем завершился тот разговор о нём.

— Ничего. Улыбнувся только и фсё. Он, навелно, тозе по тебе скутяет, р-раз сплашивает, — по-профессорски так заключает мальчишка, вгоняя Кима в размышления.

Тэхён не стремится переубедить его в обратном. Вероятнее всего, Чону параллельно до того, кто сопровождает Бёля на занятия. А спросил так, просто из обыкновенного любопытства.

— А пойдем-ка, мы с тобой пообедаем, м? А потом, может и сладеньким слегка побалуемся… — предлагает ему Тэхён, наблюдая за тем, как загораются глаза Бёля.

— Эт мовно… Хотя мы с папотькой вчела та-ак набаловались… я съел тли моложеных.

На это Тэхён лишь тягостно вздыхает. Видимо, Хосок таким образом желал порадовать сына перед отъездом. И хорошо, если это мороженое позже не даст о себе знать. Потому что три — это слишком для ребенка. Но сожалеть о сделанном уже поздно, поэтому он не заостряет внимание на случившемся. Зато уже под вечер становится ясно, что не ошибся в своих предположениях. С мороженым Хосок явно перестарался. Укладывая мальчика спать, Тэхён замечает, что тот шмыгает носом. Трогает его лобик, но тот прохладный. И остаётся только надеяться, что эти шмыганья от пыли, которая скопилась в комнате, где явно давно не прибирались.

Однако утро следующего дня его новостями не радует. Тэхён будто чувствует неладное. Просыпается без будильника, как только рассветает и идет в комнату Бёля, где застает того полностью укутанным в одеяло, как в кокон, с влажными от пота волосами и всего огненного. Мыслей нет. Он просто хладнокровно действует. Но разве можно оставаться беспристрастным, когда Бёль, проснувшись отказывается смерить температуру и выпить микстуру? Тот отнекивается и плачет. Вынуждает Кима действовать хитростью. А в изворотливости Тэхёна не упрекнуть. Он придумывает тому такие запредельные истории, что мальчик соглашается на всё и даже Пуфа просит для верности полечить. Но проходит час после приема лекарства, а температура не снижается. Ребенок жалуется на головную боль и весь дрожит, прося укрыть его потеплее. Но теплее нельзя. Тэхён это понимает, а Бёль — нет. Проходит ещё полчаса, но ничего не меняется и тогда уже он решает вызвать врача. Перестраховывается. А как иначе? Кто не переживал бы в подобной ситуации?

Но добрый доктор с жиденькой седой бородкой успокаивает Тэхёна, назначив другое жаропонижающее, а заодно и ещё несколько препаратов. И отправляет Кима в аптеку, что находится в их доме на первом этаже. А сам тем временем сидит со своим знакомым с пеленок пациентом и не уходит до тех пор, пока не снизится температура. А уходя, доктор просит Тэхёна соблюдать режим приема лекарств и оставляет их обоих в покое. Бёль, наконец, засыпает. Тэхён вместе с ним тоже, кажется, вот-вот. Но его планы рушит телефонный звонок, врывающийся в умиротворяющую тишину комнаты. И Ким бросается к телефону, что звучит в тишине детской слишком громко, а нажав на «ответить» и грубо рявкнув: алло, не сразу верит тому, с кем находится на связи.

— Доброй день, Тэхён? — звучит неожиданно вкрадчиво. И Киму думается, что вот этот голос ну никак не может звучать из динамика его телефона. С чего бы?

— Да. Это я, — осторожно отвечает он, думая, что всё-таки ослышался.

— Это Чонгук, — сообщают ему доброжелательно. Чонгук и вдруг вот так доброжелательно? Киму в такое не верится. Но он слышит это сам, поэтому к чему сомнения.

— Здравствуйте, — произносит он, больше ничего не говоря. Ожидает следующих слов инструктора.

— Отец Бёля рассказал мне, что с сегодняшнего дня вы на «посту», — смешливо подмечает Чонгук.

— Это точно. Пост сдал! Пост принял! — в той же манере, отвечает ему Тэхён, передразнивая Хосока, который любит козырять своими специфическими фразочками на военную тематику. А Чон смеется на другом конце. Видимо, у Кима отлично получилось изобразить команду по смене караула.

— Хм, забавно, да… Поэтому, собственно, и звоню именно вам, чтобы узнать, почему сегодня не приехали на занятия? Что-то случилось? — интересуется Чон, уже сменив тон на более серьёзный.

И тут Тэхёну вмиг становится всё ясно. Конечно! А для чего же ещё ему может звонить Чонгук? Очевидно, не для того, чтобы поздороваться.

Ким перебирает в голове числа и дни недели. Ведёт нехитрый подсчет, понимая, что сегодня как раз понедельник. И сейчас уже три часа дня, а это значит, они пропустили занятие и даже никого не предупредили о причине отсутствия. Он безжалостно бьёт себя по лбу, торопясь покинуть детскую, чтобы иметь возможность поговорить спокойно, не разбудив ребёнка. А что, в принципе, тут сказать? Снова придется оправдываться. Других вариантов нет. И в данном случае Чонгук будет прав безоговорочно. А Киму придется в случае чего терпеть его язвительные замечания и оправданный гнев. Поэтому он растерянно подбирает слова. Поэтому голос звучит уже менее уверенно. А на другом конце ожидают объяснений.

— Чонгук, да… у нас тут… в общем Бёль приболел. С утра затемпературил. Я закрутился с ним. П-пришлось врача вызывать. Признаюсь честно, про занятия и не вспомнил. Простите, я должен был предупредить, позвонить менеджерам или вам, но… — пытается объяснить всё Тэхён, но его перебивают.

— Ничего страшного, — говорит Чон успокаивающе. А Тэхён в лёгком ступоре. Не этого он ожидал. — Бывает. Я всё понимаю. Действительно, про всё забудешь, когда ребенок недомогает. И как Бёль сейчас себя чувствует?

— Температура снизилась. Он уснул, — устало выдыхает Ким, и голос его отчего-то в эту минуту тоже слегка хрипит.

— А вы что, тоже приболели? Улавливаю у вас дисфонию, — интересуется неожиданно Чон, применяя странные слова. Хотя чему удивляться, он же доктор, пусть и не совсем человеческий… И всё же Ким удивляется.

— Что улавливаете? Я-я не расслышал… — переспрашивает Тэхён.

— Дисфония… Иными словами, нарушение голосовой функции. Проявляется хрипотой, осиплостью… — поясняет ему Чонгук и снова смеется. Видимо, понял, что применил обозначение недуга не в той компании. Ким в этом не смыслит, ровно также, как и Чон в стилистике, словоформах, построении и проработке сюжетной линии. Хотя, как знать… Если тот является настоящим книголюбом, то вполне возможно, и в этих вопросах неплох.

— Гм… Меня миновало… нет… я в норме… — бодро заявляет Ким, прокашливаясь. А вообще, это уже который раз, когда Чон подозревает его в болезни. А Тэхён ведь так и не сдал анализы. Ему же рекомендовали когда-то провериться. Хотя, скорее всего, у Кима сейчас дефицит отдыха, душевного спокойствия и, возможно, немного любви… совсем немного.

— Хорошо. Вообще обидно болеть в такую тёплую погоду. Как же Бёля угораздило? — задаёт вполне резонный вопрос инструктор. И говорит настолько буднично, словно они с Кимом нередко вот так запросто общаются.

— Насколько я понял, всему виной три мороженых, съеденных им накануне, — усмехается Тэхён. — Так они отмечали папин отъезд, — хмыкает Ким, думая о том, что обязательно позвонит Хосоку по этому неприятному поводу и выскажет всё, что думает.

— А-а, ну тогда всё понятно… — заключает Чон. — Хм… вообще это всё так странно… — продолжает он, а Тэхён не понимает, о чём речь. Он вообще не совсем понимает, к чему этот звонок… Почему он звонит сам, лично… Почему, выяснив причину неявки, тут же не прекращает разговор, а наоборот, развивает другие темы… Возможно, над столицей сегодня сгустится снежная туча. По крайней мере, для Кима эта ситуация сродни фантастической.

— Что именно? — недоумевает Ким, присаживаясь в кресло. Он чувствует легкую усталость. Сказываются полдня, проведенные на ногах и на эмоциях. А смех Чона на другом конце действует отчего-то успокаивающе.

— Глядя на Хосока и на вас я скорее подумал бы, что это вы настоящий отец мальчика, — признается Чонгук.

— Откуда такие выводы? — усмехается Ким.

— Вы и внешне с ним очень похожи. Как две капли воды, можно сказать. Да и общение ваше с ребенком больше походит на родительское. Хосок ему скорее как друг. Это мои личные наблюдения за две прошедшие недели, — Чон говорит то, что Тэхён и сам прекрасно понимает. Здесь Ким полностью солидарен с мнением инструктора.

— Да, про внешность — это вообще удивительно. Видимо, мои гены оказались сильнее. А про общение… что тут сказать… Хосок же постоянно на службе. Некогда ему Бёля воспитывать. Вот и вышло так, что они как друзья с ним. А мне роль родителя не в новинку, — говорит Ким, осекаясь на последней фразе.

— То есть, у вас есть дети? — неподдельно изумляется Чонгук.

— Да, сын. Они с Бёлем почти ровесники. Но он с бывшей женой живёт в другом городе, — признается честно Тэхён, меняясь в лице и в голосе. Для него эта тема болезненная. И, похоже, Чон эти нотки улавливает.

— Эм. Понятно… — мнется тот. — Наверное, сложно вам сейчас совмещать заботу о Бёле и сестре. Он сказал мне, что вы ездите к ней каждый день. Вы же ещё работаете, наверное… Когда всё успеваете? — участливо интересуется Чонгук. Любопытный он, однако. Но зато теперь действует открыто. Узнаёт всё лично у Тэхёна.

— С работой проблем не возникает. Она у меня удаленная. И с Бёлем сложностей нет. Мне это только в радость, — убеждает его Тэхён. — Лишь бы не болел.

— Да, пусть выздоравливает. Передавайте ему привет. Ну что же… Значит, лечитесь тогда. Думаю, в среду вы тоже пропустите. Да, скорее всего, и в пятницу, — предполагает вслух Чон и звучит это слишком сочувственно.

— Думаю, да… пока сложно сказать. Но вы, пожалуйста, не удаляйте нас из графика. Он поправится, и мы сразу же вернемся, — убеждает его Тэхён.

— Конечно. Место обязательно сохранится за вами. Не переживайте. Лечите ребенка. Не торопитесь приступать к занятиям. Ему надо восстановиться. Физические нагрузки в этот период вредны, — строго предупреждает его Чонгук.

— Я понимаю. Да. Спасибо, — теперь и сам Тэхён уже не находит подходящих слов. Он до сих пор не может поверить в то, что Чон сам набрал ему.

— Чуть не забыл, — раздается вдруг громкое. — Тэхён, у нас в это воскресенье в клубе состоится ежегодный праздник. Менеджер сегодня вручил бы вам приглашение. Но раз вышло так, что временно вы вне доступа, то я приглашаю вас с Бёлем лично. Приезжайте в воскресенье в клуб к 15.00. Будет интересно. Бёлю точно понравится. Вообще программа по большей части детская, но и взрослых должно заинтересовать.

— Да? Как интере-есно… — радуется Тэхён, делая вид, что впервые слышит об этом мероприятии. — Праздники мы любим! Обязательно приедем. Правда, сперва Бёлю надо выздороветь.

— Вы уж постарайтесь, — смеется Чонгук.

— Будем стараться изо всех сил, — улыбается Тэхён, чувствуя облегчение. Его пригласили. И сделал это сам шеф Чон. А это значит, что он сможет, если повезет, увидеть того таинственного Шена. И тогда, возможно, работа его продвинется. Ведь сейчас вместо пары для главного героя — пробел. Эта тема вообще никоим образом им пока не затронута.

— Кстати, у меня есть квалифицированный педиатр. Если надо, могу дать контакт, — предлагает вдруг Чон, чем снова удивляет.

— Н-нет, спасибо. Доктор у нас уже был. Назначения оставил. Я купил всё необходимое. Так что будем выполнять предписания, — благодарит его Тэхён, святясь отчего-то ярче полуденного солнца. Естественно, участие этого человека ему приятно и приглашение тоже… если задуматься, то и звонок…

— Хорошо. Тогда больше не отвлекаю. До встречи, — теперь уже сухо прощается с ним Чон, а на заднем фоне у него слышатся голоса. И снова эта сухость и сдержанность. Этого человека вряд ли можно понять и привыкнуть к его неоднозначности.

— До встречи, — растерянно отвечает Ким. Он с радостью поговорил бы с инструктором подольше. А о чём? Непонятно. Да просто так. К примеру, как с Джефом, о разном. Но, видимо, этот мужчина проявляет дружелюбие лишь дозированно. И на этот день с Кимом лимит был исчерпан.

И пусть даже так, но Тэхёну понравилось говорить с ним. Пусть это не в первый раз. Зато впервые вот так непринужденно. Это было что-то новое и несомненно приятное. Чон изменил к нему свой настрой, и это радовало. Возможно, проникся тем, что Тэхён заботится о племяннике. А может, толчком выступило что-то другое. На самом деле причина Тэхёну не так важна. Важен сам факт. И это воодушевляет. Хочется, даже позабыв об усталости, усесться за ноутбук, добавив несколько новых мыслей в портрет шефа.

Но вместо этого Ким останавливается у окна, размышляя о предстоящем событии. Болезнь Бёля… Праздник… Приезд Шена… Всё это очень некстати. Как же не вовремя! И Тэхёну придется приложить массу усилий, чтобы за неделю поставить Бёля на ноги. Ведь без него на этот праздник он не попадет. И если так, то и Шен, вероятно, останется лишь в его писательском воображении. А это станет для Тэхёна огромным упущением.