Разыграть себя (2/2)
Ацуши резко встал и быстро снял верхнюю одежду, надев чистую футболку. Дома было ещё хуже, чем на улице, направленный вентилятор хоть немного облегчал эту жару. Несколько дней вся квартира в духоте без открытых окон, конечно будет паршиво. Странно ещё что он в самом начале в обморок не грохнулся, хах.
Расслабляться ещё рано. Хоть Кёка тоже была приставлена к нему и Достоевскому, ещё не значит, что позволит Ацуши близко приблизиться. Она может быть общительной и дружелюбной, во всём помогать как другу, но может и держаться особняком... Нельзя выкидывать этот факт, иначе ему не добиться успеха на этом поприще.
Первый секрет – если хочешь сделать хорошо, сделай сам. Но это весьма сомнительно, не всё всегда зависит от одного человека. Не позволять другим людям на тебя влиять само по себе требует предельного внимания к речи оппонента, Ацуши не настолько умён и осторожен, попадётся в любой момент. Если дать человеку шанс, становится легче предугадать его поступки – это может сработать... Нет, шансы меньше половины.
Остаётся только ждать озарения в пустой квартире, попутно готовясь к тестам и не забывая хоть что-то есть. Насчёт последнего туго: в холодильнике просроченная покупная дрянь.
***— Ваш заказ, хорошего дня.
Рюноскэ кивнул и закрыл дверь, позвав сестру. Вечером она не вылезала из комнаты, делая домашку, и выглядела крайне вымотанной. Пряди волос выбивались из хвоста, сколько не заправляй за ухо.
— Спасибо, Рюноскэ, - она кивнула, откусив пиццу.
— Всё хорошо?
— Да.. - устало протянула Гин. - Осталась только математика и можно спать.
Сколько не отнекивалась, эту неделю после каникул выглядит она не очень. Косметикой Гин ещё как-то поправляла положение, но физическую усталость она скрывать долго не могла. Рюноскэ на её месте таких проблем не испытывал: всё время ходил с неизменным выражением на лице, граничащим с безразличием и холодом в глазах. Да и физической усталости по-настоящему никогда не ощущал.
— Скоро выходные, отоспись как следует. А то, ну...
— Не волнуйся, - она хихикнула и слегка погладила его по волосам.
Он всё чаще представляет фигуру Накаджимы рядом. Чтобы он сказал и сделал в каких-то ситуациях, хотя по факту его тут и близко нет. Это не праздный интерес, который исчезнет стоит ему узнать, нет. Что-то более прозаичнее, что можно описать на бумаге.
Малость странный и чудаковатый молодой человек: скиталец в неприглядных одеждах и очках.
По утрам в пятницу обычно приходит почта с одним письмом о напоминании отчёта Рюноскэ. С того дня Чуя больше не связывался с ним, значит он пока держится.
Он описывает Ацуши как обычного школьника со своими проблемами, но который вдобавок не знает где сейчас его отец. А сделать с этим что-нибудь не представляется возможным из-за проблем в школе с успеваемостью. И так, для десятиклассника важнее оценки, нежели поиски отца.
Бред блять. Такой как Ацуши не пойдёт против близких людей, но Чуя то его не знает. Удивительно как для исполнителя человеческая жизнь может означать лишь цифру на бумаге.
Акутагаве ещё предстоит получше его узнать, не торопясь и с самого начала. Да и к тому же он не помнит каким Ацуши был ребёнком, начинать с нуля тоже бывает полезно.
— Акутагава-кун, кажется у меня есть прогресс с Кёкой. Сегодня она прям почти не отходит от меня, на каждом уроке садится рядом и даёт списывать. - он улыбнулся, кивнув мимо прошедшему Рюсукэ.
— Много узнал?
— Не то чтобы. Расскажу позже.
Ацуши схватил рюкзак и побежал по лестнице на следующий урок. Буквально через несколько секунд прозвенел звонок и Рюноскэ вернулся в кабинет. У них тоже мало народу, меньше чем у Накаджимы в классе, но видимо из-за того что они приходятся старше. Через два года у них выпускные экзамены, самое время для последних прогулов.
И само собой, эти дети пока не думали о профессии в будущем. Та профориентационная реклама которую им раздавали студенты, с марта валяется где-то в глубине рюкзаков. В тот день он чуть не взбесился от пропагандирования мысли ”живите дальше”. Кем Акутагава будет после? Сменит имя на Юань Дао<span class="footnote" id="fn_40768186_0"></span>.
— Привет, я сегодня пораньше закончила, у тебя ещё есть уроки? - Гин увидела его в коридоре перед кабинетом и успела окликнуть.
— Да, иди домой без меня.
На улице жара немного спала и сегодня как по мановению ока ученики выбежали поиграть в школьном дворе. Гин подошла к знакомой однокласснице Хигучи.
— Откуда толпа? Что там?
— Ты не знаешь? Кто-то из старшаков бросил вызов параллельному классу и теперь они играют с мячом. Сейчас решают кто первее будет бить.
Какой-то высокий парень собирал со всех ставки и люди платили чем могли. Гин сразу воздержалась, она ведь даже не знает этих ребят, а ставка 50 на 50 всегда сомнительна для неё. Хигучи и Луиза наоборот воодушевились, поставив на одну команду.
— Устроили блин тотализатор посреди школы...
Гин обернулась на тот голос и сразу увидела говорящего:
— Исаги-кун, я хочу домой...
Хакуя тащил Ацуши вперёд за руку, посмотреть на это зрелище. Вместе с ними были ещё несколько пацанов, громко смеющихся на всю эту толпу, у него так уши заболят..! Не успел он подумать об этом чуть больше, как Исаги остановился перед футбольным полем.
— Ставки будете делать?
— О да, - Хакуя записал их и ткнул Ацуши в ребро: - Среди них мой старший брат, уж он точно победит!
— Откуда знаешь, может быть второй окажется лучше? - Танизаки вклинился между ними, положив ладонь на плечо Ацуши, <s>а ну пошёл вон!!</s> - Кто это вообще?
Школьный двор был размером с автомобильную стоянку, но везде растущие трава и деревья значительно уменьшали эту территорию. Итого, свободного пространства хватает на небольшое поле с разметкой и воротами, вкупе с несколькими тренажёрами для подтягивания. И учитывая такую толпу, некоторые то и дело наровили наступить друг другу на ноги.
— Того высокого и с бинтами на руках зовут Кай Хакуя, мой брат. Второго с тёмными волосами и бледной кожей – Такуичи Аоки, он, кажется, из местной стенгазеты. - подсказал им Исаги.
Ацуши вроде как понял в чём суть: надо с расстояния попасть мячом в ворота. И первым на попытку вышел Кай, отдалившись от ворот до максимального конца поля, смельчак.
— А есть какие-нибудь условия? Или при каких обстоятельствах победу не засчитают? - Ацуши посмотрел на Исаги, за ним и остальные.
— Нет, ничего такого. Иначе бы ведущий сказал, - он указал в сторону старшеклассника, проводящим этот самый тотализатор. И действительно, тот молчал, только в начале свиснув для броска.
И тут Кай со всей силы ударил мяч, зрители аж ахнули. Не успел Ацуши толком подумать сквозь этот гвалт, как мяч приземлился.. вообще перелетел через ворота. Общую толпу охватили потрясённые вздохи, но по правилам переигрывать нельзя. Хакуя-старший развёл руками и уступил место Аоки, демонстративно улыбаясь.
Хоть тот и не победил, с того расстояния с которого он пнул мяч, вряд ли Аоки вообще дотянет его до ворот, не говоря уже о более дальнем расстоянии. Некоторые рано начали праздновать победу, кто поставил на него...
Обычно после этого тот человек, у которого мало шансов, выкидывает какой-нибудь фортель и побеждает, Ацуши это кучу раз видел.
Такуичи будто последовал тому, о чём он только что подумал: взял мяч и переставил на середину поля с лёгкостью забив в ворота. Ну, вот и оно.
”А чего вы хотели, тут даже правил нету.”
— Ну вот, я же говорила что он победит!
Он услышал сзади радостный девчачий голос и обернулся, не обращая внимания на печальные голоса ребят.
— Олкотт, да ты уникум! Гин, видела? - Хигучи приобняла Луизу за плечо и чуть не прыгнула от радости. Акутагава стояла и тоже улыбалась, пару раз похлопав её за плечо. Что ни говори, а она во многом понимает больше остальных.
— Чёрт, потратили деньги на воздух, - пожаловался Исаги. - Парни, простите. Обещаю врезать по яйцам этому дятлу.
Ацуши лишь покачал головой, улыбнувшись. В этой толпе он разглядел Гин: теперь половина мыслей занимали она и её старший брат. Ну и зрелище он пропустил, конечно... Бедняга, ещё на уроке.
Ещё одна деталь, почему ученики любят здесь собираться: даже при большом желании с окон школы нельзя разглядеть кто здесь находится. Прогульщики или же ученики с физкультуры, никто проверять не станет, ибо просто потратят время.
Так и сегодняшнюю проделку никто не остановил. И надо же было ему оказаться рядом с местом события, Ацуши готов благодарить Исаги вечно.
Кёка и другие девушки ушли на побегушки старосты, а парни, оказавшись на «свободе», слиняли с урока по труду домой. Жаль что этот побег стоил ему денег, те были последние на всю неделю... Интересно, если он попросит, Акутагава будет его обеспечивать?
Уже у ворот школы несколько человек отсеялись, вернувшись обратно, и осталось всего ничего... Вскоре и другие разошлись кто куда, Ацуши всё ещё стоял около Хакуи, иногда поглядывая в сторону Гин. Те о чём-то беседовали и смеялись, он ещё сначала не особо вслушивался.
Хигучи активно трясла Луизу, которая уже покраснела от смущения и жары, Гин также как и он, стояла в стороне, изредка кивая и улыбаясь. Они втроём стояли всего в нескольких метрах от них, пока не собираясь уходить.
”А если она меня узнала, стоит ли подойти..?”
Макото, ещё один его одноклассник, стараниями Всевышнего привёл остальных в чувство, наказывая успокоить нервы хоть немного. Танизаки взял слово с Исаги плюнуть братцу в лицо и, к сожалению Ацуши, приплёл и его...
— Ацуши-кун, скинешь домашку потом пожалуйста? - он частенько так его просил, и уже привык молча кивать в ответ. - Спасибо. Садао-кун, не ной попусту, на тебя так ни одна девчонка не позарится. Всем пока!
— Пока-пока... - пробормотал он.
Они втроём прошли чуть дальше ворот и попрощались: Макото повёл Хакую под слёзы последнего домой. Поправив лямку на рюкзаке Ацуши обернулся: девочки тоже прощались до понедельника. Он достал телефон и посмотрел время: до конца урока ещё двадцать минут, а у Рюноскэ по пятницам ещё и долгий день, освободиться только через час.
— Ацуши-кун..? - он обернулся на её голос и слегка улыбнулся. - Думала не узнала тебя. Привет.
— Привет.
Гин стояла напротив него, в идеально отглаженной форме, и сжимала лямку рюкзака двумя руками.
— Ты не будешь его ждать?
— Ну нет, брат сегодня долго...
— Ладно, - он сглотнул и посмотрел в сторону. - Пошли?
Гин кивнула, надев рюкзак на плечи.
Ацуши сразу начал разговор про тех споривших игроков. Кай Хакуя наверняка был очень зол, вот почему почти сразу ушёл после победы Аоки. Но тот хитёр: поставил мяч прямо по центру не выёбываясь, как Хакуя.
— Нам идею подсказала Ичиё, а на кого ставить – Луиза. Что можно ожидать от пари, где даже правил толком нет, - Гин развела руками. - А ты на кого поставил?
— Исаги-кун сделал это за всех, - он закатил глаза.
— Сочувствую.
— Спасибо.
”Оплачивать счета это не поможет.”
— А ты не голоден? У нас дома со вчерашнего дня пицца осталась, правда холодная...
— К..
Он чуть не выдавил «конечно, пошли!».
— Прости, мне надо домой, - улыбнулся он. - В следующий раз?
— А, хорошо.
Проблемы пустого желудка его волновали 70% времени, но идти прямо в дом Акутагавы? Гин ему конечно симпатизировала, но вот получить по шее от её старшего брата не очень-то хотелось. Будет выглядеть как вломиться без приглашения.
Но есть то по идее надо.
— Николай-сан, милостивый господин, этот достопочтенный смеет просить помощи, заранее извиняюсь.
— Ацуши-кун, внимательно слушаю, - на другом конце провода заметно впечатлились, и Ацуши продолжил в той же манере:
— Позвольте наведаться к вам в гости, дабы повидаться задаром.
— Конечно, буду ждать.
Он и так сел на шею Дазаю, просить денег которых и так у него мало, на дополнительные нужды он бы не осмелился. Но даже если у Гоголя они не особо водятся, еда должна быть само собой! Ещё бы не помешала свободная койка...
***Хм, так у него проблемы.
Этого мальчишку надо в психушку, он причиняет вред самому себе. Мазохиста в целях перевоспитания надо засунуть в одиночную камеру и надеть смирительную рубашку, тогда уж точно это сработает.
Крики, ссоры, скандалы – всё бесполезно, вместо кнута пряник – тем более. Но все люди в какой-то степени сумасшедшие, те кто оказался в психушке просто спалились. Мало ему было криков отца, он пытался отучить его от этого, но так и не вышло. Раз он до сих пор на свободе, значит его считают нормальным, нейротипичным.
Не надо врать, всё с тобой нормально. Скажите ему, что значит это ваше «нормально»? То, что он ходит кругами по комнате и не может выбраться из несуществующего мира или то, что он причиняет себе вред ежеминутно? Сколько раз были к этому предпосылки, почему Фёдор не обращал внимания? Почему...
Он кричит только у себя в голове о неумолимом ужасе существования.