13. Приказ. (2/2)

После паузы, показавшейся вечностью, Гарри лишь коротко кивнул. В его зелёных глазах что-то мелькнуло... тень сомнения или понимания, — заставив Гермиону незаметно сглотнуть ком в горле.

— Сегодня в поместье Кэрроу состоится собрание Пожирателей, — Гарри раскатал план операции. — Когда антиаппарационный барьер будет сброшен, ваша команда должна встретить и переместить четыре группы в поместье. Основная задача — захватить Алекто и Амикуса живыми. После операции отправьте патронуса Грюму, они заберут пленников.

— Четыре группы? — Гермиона нахмурилась.

— На каждого слизеринца по команде... — Гарри продолжил, его палочка скользила по карте, оставляя светящиеся следы.

— Я была в этом поместье только в детстве, — резко вставила Пэнси, её голос дрожал от напряжения. — Если там изменилась планировка, это может нас убить.

— Значит, выбери место, которое не изменилось, Паркинсон, — Гарри медленно поднял взгляд.

Воцарилась тягостная пауза.

— Вопросы? — наконец спросил он.

— Точки сбора? — уточнил Малфой, изучая план.

— Малфой — пятая, Заббини — вторая, Нотт — шестая, Паркинсон — девятая, — Гарри посмотрел на Гермиону. — Грейнджер идёт с группой Паркинсон.

— Сколько будет Пожирателей? — Пэнси обвела взглядом остальных, её губы дрожали.

— По нашей информации около пятнадцати, — Гарри протянул им несколько пергаментов. — Вот детальные планы для инструктажа. Через два часа сбор на точках. Свободны.

Он резко свернул карту, и этот звук прозвучал как приговор в тишине комнаты.

Они аппарировали под удаляющиеся шаги Поттера.

— Это, блять, самоубийство! — Блейз взорвался первым, швырнув пергамент на стол. — Он не может отправлять тебя с группой! Вас разнесёт о стену!

Пэнси сжала план в дрожащих пальцах, заставляя голос звучать ровно:

— Значит, вы сейчас мне объясните, где что изменилось, и мы выберем помещение.

Тео, не отрываясь от изучения схемы, пробормотал:

— Насколько я помню, перестраивали только правое крыло с большим залом. — Он резко поднял голову. — Ты была в их библиотеке?

— Да... мы играли там пару раз... — голос Пэнси дрогнул.

— Значит, вам придётся аппарировать сюда, — Теодор ткнул пальцем в отдалённый угол плана.

Гермиона нахмурилась, проводя пальцем по пергаменту:

— Если они передвинули шкафы, то ничего не получится.

— Значит, будем аппарировать к двери, — отрезала Пэнси, её ногти впились в пергамен, оставляя крошечные полумесяцы на краях.

Малфой молча провёл палочкой по схеме, оставляя светящийся след:

— Вам придётся двигаться быстро, чтобы добраться до остальных. — Его голос звучал неестественно спокойно. — Если их расчёты верны, нас будет немного больше. Должно... всё получиться.

Гостиная погрузилась в тяжёлую тишину, нарушаемую лишь шелестом пергаментов и прерывистым дыханием Пэнси.

Гадкая, всепоглощающая пустота снова подбиралась к Гермионе, медленно заполняя сознание, как ядовитый туман. Лишь лёгкая боль в боку цепляла её за реальность, словно якорь в бушующем море.

«Не сейчас. Только не сейчас».

«Нужно собраться. Нужно сосредоточиться».

— Пора! — резкий голос Блейза разорвал тишину, заставив всех вздрогнуть.

Гермиона машинально открыла рот, чтобы сказать: ” Удачи всем нам.”

— Заткнись! Не смей! — Пэнси резко шикнула, притягивая Гермиону в объятия, сжимая так сильно, что боль немного усилилась. — Суеверия или нет, но заткнись!

Болотистая опушка леса встретила их сырым, гнилостным воздухом. Пэнси быстро проводила инструктаж, её голос звучал резко и отрывисто, Гермиона стояла рядом, будто погружённая в воду — звуки доносились глухо, образы расплывались.

«Всё получится. Всё будет хорошо. Они справятся. Они все справятся. Нужно только собраться...»

Они аппарировали за холм, откуда открывался вид на поместье Кэрроу. Замерли в тягостном ожидании, напряжённые, как тетива лука перед выстрелом. Гермиона не чувствовала привычного шума крови в ушах, не ощущала, как скручивает внутренности от тревоги. Только пустота, холодная и безразличная.

Солнце светило неестественно ярко, его лучи безжалостно выхватывали каждую деталь — поблёкшую траву, трещины на старых камнях, бледные лица товарищей. Оно светило, будто не понимая, как неуместна его жизнерадостность в этот миг.

Где-то вдали, за холмом, ждала смерть. А они стояли здесь, под ослепительным солнцем, и смотрели, как возможно последние секунды их жизни утекают, словно песок в часах.

Барьер над поместьем вспыхнул и задрожал, ещё секунда и его бензиновая плёнка исчезла.

Резкий толчок – они грузно посыпались на дубовый пол библиотеки. Двое ударились о массивные шкафы, с полок дождём посыпались фолианты. Пыль взметнулась в воздух, заставляя щипать глаза.

— Все целы? — прошептала Пэнси, её голос дрожал от адреналина. Группа молча кивнула. — Начали!

Двери. Коридоры. Бесконечные повороты. Портреты на стенах вопили, когда они проносились мимо, их крики сливались в жуткую какофонию.

«Быстрее. БЫСТРЕЕ».

За очередным поворотом — Пожиратели. Гермиона рефлекторно вскинула щит. Несколько лучей отскочили от барьера, оставляя на стенах обугленные отметины. Пыль, осколки штукатурки, всё смешалось в удушливую взвесь. Она ненавидела бои в помещениях: ни манёвра, ни простора, только эта вечная пыль, забивающая лёгкие.

Пожиратели уже лежали связанные, их палочки — обломки на полу.

Дальше.

Впереди звуки битвы. Они рванули на шум.

Толпа пожирателей. Тео и ещё несколько своих, прижатые к стене.

«Где остальные?!»

Заклинания рассекали воздух, щиты трещали под градом проклятий. Удар в спину врагам. Уворот. Бросок к Тео.

— Остальные?! — крикнула Пэнси, отправляя в противника багровый луч.

— Их больше! — Нотт едва увернулся от смертоносного зелёного всполоха.

Неожиданная атака с тыла посеяла панику среди пожирателей. Гермиона автоматически вскинула новый щит. Один из врагов открылся для удара.

Она подняла палочку и перед глазами снова возникла та багровая лужа. Заклинание застряло в горле.

Щит. Снова щит.

«Бесполезная. Бесполезная идиотка. Давай же, ты должна!»

Но перед глазами только кровавое зеркало на полу.

«БЛЯЯЯТЬ!»

Её пальцы дрожали так сильно, что палочка вот-вот выскользнет. А вокруг — крики, взрывы.

Вперёд. Всё дальше. Коридор за коридором. Пожиратели выскакивали будто из самих стен, их чёрные мантии мелькали в полумраке. Нотт прикрывал девушек, отбиваясь левой рукой — правая уже висела плетью, манжета пропиталась кровью.

Жёлтый луч.

Тео вскрикнул, схватившись за грудь. Его крик разорвал воздух — нечеловеческий, животный. Он извивался на полу, словно пытаясь вырваться из собственной кожи.

Гермиона втащила его за угол, пока Пэнси с остальными сдерживали натиск.

«Проклятие боли».

— Тео, в госпиталь и оставайся там, — её пальцы уже нащупали ампулу в сумке. Шприц блеснул в полумраке. — Укол и портключ. Держись.

Он исчез, оставив после себя только пятно крови на плитах.

Она рванула обратно в бой, перепрыгивая через тела Пожирателей. Эти проклятые коридоры петляли, как лабиринт Минотавра.

Столовая.

Пустота.

Лишь люди в чёрных мантиях да разбитая посуда.

Гермиона отпрыгнула назад, щит уже вздымался перед ней. Одна против всех — самоубийство.

«Где они? ГДЕ ОНИ?»

Щиты вспыхивали один за другим — за спиной, сбоку, над головой. Лучи проклятий дробили стены, превращая пространство в хаос летящих осколков. Они кружили в воздухе, оставляя на коже мелкие порезы.

Кровь.

Тёплая, липкая, она стекала по виску, заливая левый глаз. Капли попадали на губы, оставляя на языке металлический привкус. Древко палочки выскальзывало из пальцев, липких от крови и пота. Гермиона судорожно перехватывала его, чувствуя, как мышцы рук дрожат от перенапряжения.

«Давай же, сражайся, сука!»

Резкий разворот. Оглушающий удар. Тело пожирателя вмялось в стену. Кнут света — промах. Они наступали, как волчья стая.

Холл.

Перекат. Щит.

«Их слишком много».

Она металась, как загнанный зверь, щиты трещали под ударами.

«Идиотка. Ничтожная, беспомощная идиотка».

Силы таяли. Круг сжимался.

— Не убивать! — взвизгнула Алекто, когда смертоносный зелёный свет едва не настиг Гермиону.