4. Правда ничего не боится (3) (2/2)

— Больше, — рассеянно подтверждает Бенни. — Да ты их видел. Делают команды пятьдесят на пятьдесят. Берут трёх гладиаторов, троих просто кого поздоровее — и пускают друг против друга. Не приходилось? Или шестерых обычных против трёх гладиаторов. Боевых патронов не дают, конечно. Но «титанов» пускают. А где-то и дают. Только вашему брату синхронизацию режут. Процентов десять оставляют. Как птичке крылышки. Подрезают… Чтобы было честно.

— Нет. Не приходилось. Нас в такой сортир не смывали.

— Ну да, — Бенни рассеянно улыбается. — Ты же элитный. Калиброванное «перо». Вас на такое пускать — деньги на ветер. Хотя, в межсезонье можно было бы. Но жалел, вас, паршивцев.

— Был элитным.

— А теперь сталкиваешь местных пьянчуг, чтобы получить назад свою кличку.

Доберман недобро прищуривается, Бенни в притворном ужасе поднимает ладони, будто сдаётся в плен.

— Не-не, я не осуждаю. Я-то помню. Тебе ставить пару в связку — гиблое дело. А парень, наверное, твой бывший фанат, знаешь? Откуда ещё у него такая тяга побыть Доберманом?.. Сам-то ты сейчас где?

— Нигде.

Доберман не помнит, просил ли Дьюка не распространяться про Хайдигера, хотя у Дьюка и своя голова на плечах обычно варила неплохо, должен был бы сообразить. А если так подумать, где он? В тихом пригороде, в котором супермаркет — главное место встреч, свиданок и воскресных прогулок. Один бар, один дантист, одна церковь, один полицейский участок. Бесконечная россыпь коттеджей. Зелёные лужайки с автополивом и жёлтый школьный автобус, собирающий детишек по утрам. Идиллия, мать ее. И он там такой, Доберман готов поспорить, один. Соседки, каждая, купили бы по «глоку»*, знай они, что рядом живёт бывший гладиатор.

— Я хочу в профессиональную лигу. С призовыми побольше.

Времени остаётся всё меньше. Надо возвращаться, иначе Йен будет лезть с расспросами, хуже любого дежурного «пятныша» на КПП. Порезанный был таким же — жадно выспрашивал после боёв, что было на арене, словно пытался дотянуться из своего инвалидного кресла туда.

Бенни вопросов не задаёт. С ним не надо быть любовником, как с Йеном, другом, как с Дьюком или отцом, как с Рори. Доберман должен быть Доберманом. Бенни видит его настоящего с того момента, как в распределительном центре лаборатории Фишборна купил калиброванного геномодифицированного убийцу. Поэтому он ни о чём не спрашивает. Только кивает и говорит:

— Тогда тебе нужен хороший обвес.