Глава IX (2/2)

В горле ком, в сердце тоска и сожаление. Он бы подсказал как поступить. Джэмисон бы обнял меня, защитил и развесил своими шутками.

Мотнула головой. Гелия — сейчас стоит подумать о нем. Как никак если я соглашусь, то мы станем… парой. В аристократическом смысле, не любовном, но это все равно серьезный шаг.

В комнату постучали. Гелия здесь.

Когда он зашел в комнату, я встала и пошла к нему навстречу.

— Я уже знаю.

Взгляд глаза в глаза. Я, к сожалению, не в силах разглядеть в них ничего, что помогло бы ответить на все вопросы.

— И что ты об этом думаешь?

— Я не против.

Не против? Я что, одна отношусь к браку так серьёзно? Это в конце концов не выбор завтрака или десерта к чаю. И одно дело заключить его после тщательных договорённостей, и другое вот так нахрапом, за какие-то часы!

И ладно у меня из выбора только Торен да Гелия, но почему он так равнодушен? А как же хотя бы Флора? А если не она, то банальная свобода!

Знать редко разводится — слишком долго, дорого и скорее осуждаемо. А даже если представить, что Гелия рассчитывает на развод в случае разлада, то к чему такая потеря времени?

Этот брак — попытка сбежать для меня. И я не видела ни одной причины, чтобы он был выгоден лично Гелии.

Разве что меня и правда обманывали.

— Почему?

— Я с самого начала знал, что женюсь на знатной девушке. Разве плохо, что ей станет та, что мне интересна и симпатична?

— Ты покинешь свой дом.

— Я устал от Линфеи и Магикса, — легко отмахнулся Гелия. Но отчего-то я услышала надрыв в его словах. — Хорошо, я объясню. Мой дедушка известен на все магическое измерение, благодаря команде Света. Но мало кто знает, что он имеет степень магических наук. Ее дают не за хорошие боевые навыки, а за знания и мастерство. Мои родители работали в университете Линфеи. Это не колледж, Диаспро. Это место, где собрались лучшие умы. Теоретики. Изобретатели. Люди, которые разбираются в природе магии и ее законах. Я вырос не на сказках, а на учебниках. Вместо игр с детьми я учился колдовать.

Он наклонился ближе и тихо добавил:

— Я был маленьким гением, пока очередной эксперимент не отобрал у меня родителей и магию. Представь какого мне на Линфее. К шестнадцати я прошел теоретическую программу университета, но я до сих пор не могу пользоваться обыкновенными благами, которые доступны любому человеку. Я не способен даже ездить на волшебном транспорте без посторонней помощи. Да, в Магиксе с этим попроще. Но я все еще ограничен. И я правда устал чувствовать себя неполноценным.

— Ты уверен, что у нас будет проще?

— Вы не привыкли пользоваться магией так как линфейцы. К тому же ни эраклионцы, ни горцы не владеют магией вовсе. На Линфее же зачатки магии есть у всех.

— А Магикс центр Магического измерения, куда съезжаются маги, ведьмы и феи, — продолжила я. — Что ж… Спасибо за честность. Это многое объясняет. Но я хочу сразу обозначить свою позицию.

Гелия согласно кивнул и предложил сесть. Я отказалась.

— Ты хороший и интересный человек, но я тебя не люблю. И скорее всего никогда не полюблю.

— Я понимаю, что наш союз всего лишь политический, и ничего кроме взаимоуважения не жду. И верности, пожалуй.

— Взаимной верности, — растянув улыбку, поправила я. — Если быть верными, то обоим. Терпеть любовниц я не собираюсь.

— Я не Скай, — совершенно серьезно ответил Гелия. — Договорный брак все еще брак, по крайней мере для меня.

Это радовало. Уж слишком часто в наших кругах люди позволяли себе вольности. Для кого-то это, несомненно, мелочь. Но мои родители привили мне совсем другие нормы.

— Ты понимаешь, что делиться Айсисом я не намерена?

— Я вырос на Линфее. Неужели ты предполагаешь, что меня это удивит?

Хорошо. Настолько, что слабо верится. Неужели мне и правда повезло после череды неудач и трагедий?

Я наклонилась к нему. Стало тяжелее дышать.

— Если ты станешь моим мужем, то твоей королевой буду я. Не Кристал, не Рэйчел, не любая другая девушка. Только я. И если я заподозрю хотя бы на миг, что это не так… — под конец мой голос скатился к шепоту.

— То что? — спросил Гелия так же тихо.

Повисшая тишина была почти осязаемой.

— Ты умрешь. Ты устал от Линфеи и Магикса, а я устала подчиняться. Поэтому если ты сомневаешься, что готов к такой жизни, откажись. Другого шанса не будет.

Гелия осторожно, не разрывая нашего взгляда, коснулся моего плеча. Я попыталась сделать вид, что мне все равно — но не вышло. Внутри все сжалось.

— Ты боишься.

Не вопрос, а констатация факта — точная, хлесткая, раздирающая на сердце едва ли зажившую рану.

— Боюсь. А ты бы не боялся? Я потеряла родных. И хотя мне казалось, что я готова принять на себя навалившуюся ответственность, это не так. Я не готова, но отступать некуда. Эрендор в любой момент может передумать и забрать Айсис силой. Сегодня его останавливает возможная реакция других миров, торговля с ними и не желание тратить на войну деньги, но что будет завтра? А что завтра захочет Линфея? — Я сглотнула. Про горцев смолчала, но ведь опасны и они. — А что захочешь ты, Гелия? Мое место? Награду за мою смерть? Вдруг это все ваш тщательно продуманный план, в котором я лишь наивная пешка?

Гелия не ответил — а зря. Подозрения, опаска, банальная неуверенность сковали каждую клеточку моего тела, и мне захотелось, чтобы мир стал проще. Честнее.

Но, к сожалению, он таковым не станет.

— Я могу тебя обнять?

— Можешь, — выдавила я.

И он обнял. Несмотря на разрешение, медленно и аккуратно, не ожидая, что я обниму в ответ. То ли от усталости, то ли от желания, чтобы рядом был хоть кто-то близкий, я опустила голову ему на плечо и закрыла глаза. По щеке побежала одинокая слеза.

— Теперь я уверен в своем решении еще больше. Я благодарен за честность и… Диаспро, я правда ценю ее гораздо больше, чем что-либо. — Гелия погладил меня по спине. — Возможно, мне никогда не заменить Джэмисона, но я сделаю все, чтобы быть тебе достойным мужем.

Гелия коснулся волос, и я вздрогнула. Он отдёрнул руку, замер, видимо, ожидая от меня каких-то действий, но не дождавшись погладил по голове снова.

В храме матери Природы меня обнимал Джэмисон. Он же гладил по волосам, расчесывая пальцами непослушные вьющиеся пряди и тогда мне отчаянно не хотелось его отпускать. Сейчас тоже самое делал Гелия — и от этого больно.

Его присутствие и близость делали больно и одновременно были необходимы.

Хотелось оттолкнуть его и заплакать, упасть на пол и, закрывшись ото всех, позвать Джэмисона. Но я знала, что сейчас со мной не будет никого, кроме Гелии. И от того, не могла его отпустить.

За эту слабость стыдно. Она же пугала.

Я отстранилась. Гелия смотрел все так же внимательно. Заговорит обо мне? Спросит что беспокоит? Если и да, то я не в том состоянии, чтобы это обсуждать. Уж точно не сейчас.

— Я могу задать личный вопрос?

— Задавай.

— Как ты смог объяснить как почувствовать жизнь? Ты до сих пор помнишь это ощущение?

— Не помню. И уже не надеюсь, вспомнить. — Он криво улыбнулся. — Я мог бы процитировать тебе «Основы природной магии» Колиуса Листа, но по правде говоря я рассказал тебе как вижу мир сам. — Заметив мое недоумение, Гелия пояснил: — Я художник. Это мой способ прикоснуться к природе.

Его слова удивили и расстроили одновременно. Сложно оценить, что в понимании Гелии значит быть гением, но одно я знала точно — он помог мне там, где не помогли Палладиум и мастер Цитрин.

— Мне жаль.

— А мне — нет. Я нашел в этом смысл, поэтому не нужно меня жалеть, Диаспро.

Вспомнилась наша встреча в саду у аллеи памяти. Точно. Гелия не из тех, кому в принципе нужна жалость.

— Значит, поэт, художник, специалист и гений? Что-то мне подсказывает, в тебе скрыто еще много талантов.

Слегка порозовевшие щеки и неловкая улыбка выдали его смущение. Я улыбнулась в ответ.

— Хочешь я тебя нарисую?

— Разве королева Рэйчел нас не ждет?

— Думаю, немного времени еще есть. Так что, хочешь?

И хотя разговор с Гелией не только разбередил запертые внутри чувства, но и в каком-то смысле успокоил, в смене темы он нуждался так же сильно, как и я.

Поэтому хватит на сегодня откровений.

— Хочу.