Заклятый враг, сестра и брат (1/2)
Глава ветви Алой Звезды лежал на холодном каменном полу без движения. Слуга настороженно смотрел на замершее тело от входа, не решась переступить порог. Солнечные лучи падали на бледное лицо и запутывались в алых прядях.
– Хозяин? – неуверенно позвал старик и решился войти. На пару секунд его сердце возликовало, поверив в неожиданное избавление. Неужели его господин, самый ужасный, бесчестный и отвратительный человек из всех, кого он знал, наконец оставил этот бренный мир, безусловно сделав его чуть лучше своим уходом?
– Мм… – угольно-черные ресницы затрепетали, являя миру кровавые глаза. Если не всматриваться, то цвет радужки мог вполне сойти за карий, но старик знал их суть. Кровь невинно загубленных им жизней навсегда окрасила эти два ледяных озерца на его лице. Ходили слухи, что раньше глаза Мастера Алой Звезды были цвета теплого летнего заката. Но сейчас в них застыла лишь кровь да ненависть ко всему миру.
– Что… – с трудом распрямив затекшие в неудобной позе конечности, пробормотал мужчина, – какого…
Наблюдая за растерянно переводящим взгляд по стенам хозяином, слугу посетило дурное предчувствие.
– Хм… где я?
Вопрос застал старика врасплох. Он уже решил было что хозяин со сна запамятовал, где он изволил почивать, но следующий за этим новый вопрос заставил вздрогнуть и испугаться уже не на шутку.
– Кто… я?
– Хозяин?.. – осторожно произнес, пытаясь уловить изменения эмоций на его лице слуга. Пока там читалась лишь растерянность и озабоченность.
– Как меня… зовут? – мужчина встал с пола со второй попытки. Пошатываясь, он, морщась, принялся растирать виски тонкими бледными пальцами.
– Хозяин… побудьте здесь, я должен сообщить… Мастеру Юйи…
Слуга попятился к выходу. Кейн не препятствовал, лишь чуть удивленно смотрел вслед скрывшемуся за дверями с небывалой для такого возраста прытью слуге. Мотнув головой, ощущая, как гулко кровь стучит в висках, заклинатель неуверенно направился к зеркалу, стоящему в тени одной из колонн.
Оттуда на него глянул красивый молодой человек, чей возраст застыл между отметками 25 и 30 лет. Бледное лицо выглядело слегка болезненно, что подчеркивали темные, отливающие алым глаза. Длинные волосы сейчас растрепались, алым ореолом обрамляя лицо и завершая облик сумасшедшего заклинателя.
«Я что с горы катился головой вниз?» – оторопело подумалось мало что понимающему в происходящем Кейну. Обрывки мыслей и чужих воспоминаний выплывали из глубины подсознания, заставляя мужчину морщиться, словно они были острыми осколками, ранящими его до крови. Уцепиться же за какой-либо отголосок воспоминаний никак не удавалось. Плюнув на это – голова разболелась еще сильнее – мужчина сел прямо на пол там, где стоял. Сложив руки на груди и снова окинув помещением взглядом, Кейн пришел к неутешительному выводу. Мало того, что он ровным счетом нихрена о себе не помнит, так еще и что теперь предпринять не знает. Взгляд зацепился за лежащий под окном меч. Хотелось его поднять и рассмотреть, но идти было лень – все тело до сих пор ныло от неудобной позы сна. Стоило мысли заклинателя свернуть в сторону желания подобрать меч, как тот, словно послушная собачонка, скользнул к нему и ткнулся в руку. Кейн подивился, но пальцы привычным отточенным движением обхватили рукоять.
«Мой меч!» – восхитился, поднимая клинок в воздух и любовно разглядывая его в свете солнечных лучей мужчина. К сожалению, имени своего духовного меча Кейн не вспомнил. Честно говоря, и его собственное имя с трудом припоминалось – в затуманенном мозгу всплывали только отдельные буквы, словно в супе с алфавитом.
«Суп с алфавитом?..»
Зацепиться за эту мысль ему не позволил настойчивый перезвон колокольчиков, который раздался прямо в его голове. Поморщившись, мужчина встал на ноги, продолжая сжимать меч в руке. В следующую секунду он ощутил, как по босым ступнями пронесся ледяной порыв ветра. Поежившись, Кейн открыл было рот, но его опередил ледяной голос, прозвучавший одновременно снаружи и, как показалось самому Магистру Алой Звезды, – прямо у него над ухом:
– Магистр Алой Звезды изволит выйти для дуэли? Или мне выбить все дерьмо из него прямо в его собственном доме?
Кейн нахмурился и пошел к выходу. На площадке перед крыльцом сложив руки на груди стоял высокий статный красавец. Мужчина был одет как воин, но по ткани его одежды было ясно, что он весьма богат. Серебряная вышивка вилась по темно-фиолетовым одеяниям причудливым узором ветвей. Собранные в высокий хвост волосы были заколоты искрящейся на свету заколкой из неизвестного материала. Взгляд был направлен в лицо, словно два острых кинжала. Кейн даже пошатнулся от такой явной враждебной ауры. У незнакомца были иссиня-черные волосы, но у правого виска, словно мазок кисти выделялась серебряная прядь. И хотя она была убрана в хвост, Кейн невольно подумал, что было бы более интересным выпустить ее из общей прически и, скажем, заплести тонкую косичку. Может, даже пару украшений повесить…
Додумать ему не позволил резкий порыв ледяного ветра, отбросивший магистра Алой Звезды на пару шагов. Прикрывшись лишь руками, мужчина оторопело взглянул на пришельца. И только сейчас заметил еще одну яркую деталь его внешности. Правый глаз незваного гостя был серебристо-голубоватым, в то время, как левый оставался угольно-черным. Невольно засмотревшись на такое диво, Кейн снова пропустил удар сырой духовной энергией в грудь. Согнувшись пополам, магистр Алой Звезды упал на колени. Пришелец выгнул изящную бровь и все так же, не меняя позы спросил:
– Вы решили придуриваться до самой смерти, Магистр?
– Магистр Шингэ! Немедленно прекратите!
От моста через рощу к ним спешила девушка в развивающихся одеждах золотистого цвета. С трудом восстановивший дыхание от удара Кейн поднял на нее слезящиеся глаза. На искаженном страхом прелестном личике глаза тем не менее метали молнии.
– Разве вы не видите, он не в себе! – девушка взмахнула рукавами и встала между ним и так и не поменявшим позы и выражения лица магистром Холодной Звезды.
– Он… болен? – помолчав вопросил все так же с бесстрастным выражением лица Шингэ.
– Это нам и предстоит выяснить, – перевела дух, видя, что грозный магистр оставил попытку напасть, девушка развернулась и опустилась на колени перед пострадавшим.
– Кейн? – тихо позвала она, осторожно положив ладонь ему на плечо, но в ту же секунду отдернув.
– Что не так? – сделал шаг вперед, увидев ее реакцию на прикосновение Шингэ.
– Он горит… кажется, у него лихорадка, – тихо произнесла девушка и снова схватилась за плечо.
– Кейн! Ты слышишь меня, Кейн?!
Но молодой мужчина, согнувшись в пополам, не слышал ее. Он бездумно смотрел в землю, по его вискам текли струйки пота, а голова, казалось, сейчас расколется от горячки, накрывшей все его тело удушливой пеленой.
В сознании сотни образов раскалывались и снова складывались в гротескные картинки. Словно мозаика, выстраиваемая капризным ребенком, – общий рисунок разваливался, пытаясь снова сложиться во что-то удобоваримое. Но раскаленные иглы боли вонзались в мозг, не давая уловить ничего в мельтешении осколков. Лишь голоса на разные лады повторяли ругательства и звали по имели. Вскоре Кейн слышал лишь это – в кромешной тьме больше не было разорванных образов его жизни, осталась лишь удушливая тьма и крики, поносящие его на чем свет стоит. Стоны агонии гибнущих людей, проклятия в его адрес и громкие рыдания, вопрошающие за какие же прегрешения им такие муки – все это сливалось в агонизирующий хор, что давил на сознание и душил.