Глава 21. В огне (2/2)

Кол тяжело, с присвистом выдохнул сквозь зубы. Когда же Никки проворно расстегнула его ремень и ширинку и принялась ласкать уже без преграды, он предупредил:

— Будь осторожней, играя с огнём.

— Я не боюсь обжечься. Я давно успела сгореть, благодаря тебе.

Он терялся в пьянящих ощущениях, что дарила эта своенравная девица. Не мог противостоять ей. И, признаться, совсем не хотел. Кол тянул её за собой в пропасть. Или же она его?

— Коснись меня, ну же, — прошептала Николь ему на ухо. Он запустил руку ей под юбку и обнаружил, что под одеждой больше ничего нет.

— Где ты успела потерять бельё? — Кол чуть удивлённо вскинул бровь.

— Может, готовилась к твоему приходу. А может, мне кто-то помог, — подмигнула она. Затем застонала, уже такая влажная, разгорячённая, ощутив его прикосновения. Подавшись ближе, Кол прикусил кожу на нежной коже, оставляя метку, сошедшую уже через несколько секунд. Словно знак, что Николь никогда не будет принадлежать только ему.

— Если кто-то ещё прикоснётся к тебе без моего разрешения, я убью его, — пообещал он.

— А с твоим разрешением, значит, можно? — хитро прищурилась она. Ответа на её вопрос не последовало. Вместо этого первородный сжал её бёдра и резким толчком вошёл в жаждущее лоно. Никки вскрикнула, подаваясь ему навстречу, и вцепилась пальцами в плечи, обтянутые тканью рубашки. Он не сдерживался, толкаясь резко, грубо, но ей и не требовалось нежности.

В какой-то момент барная стойка не выдержала накал страстей и угрожающе заскрипела. Николь подтолкнула Кола, и он, не выпуская её из рук, упал спиной прямо на грязный пол. Она попыталась удержать равновесие и найти опору, скользнула рукой по кровавой луже, натёкшей из-под лежащего рядом тела. Но это ничуть не смутило её. Грин сжала рубашку Кола, оставляя на ней потёки чужой крови, двигаясь в рваном ритме, наполненным дикой, первобытной жаждой и яростью. И ловила его восхищённый, затуманенный желанием взгляд…

*** — Прибраться всё-таки стоит, — заметил Кол, когда всё было закончено, и они оба привели себя в порядок, насколько это было возможно.

— У меня есть вариант, как это сделать. Ты подал мне идею, — заявила Никки и направилась в сторону подсобки. А через полминуты вернулась, неся канистру с керосином и поливая пол, особое внимание уделяя распростёршимся на нём телам.

— Моя девочка, — одобрительно произнёс Кол, наблюдая за ней. Помогать пока не стал, Николь пора было учиться самой заметать за собой следы.

Когда же они вышли из бара, девушка чиркнула спичкой по прихваченному с собой коробку. На кончике появилось пламя. Она перекинула спичку через порог, и пламя весело заплясало по полу.

— Как думаешь, скоро люди обнаружат, что здесь пожар? — повернулась Никки к Колу.

— Учитывая, что сейчас глубокая ночь — недостаточно быстро, — отозвался он. — Пока приедут пожарные, бар выгорит дотла.

— Отлично, — улыбнулась она. Майклсон задержал на ней взгляд. Он верил, что поступил правильно. Видел, что Николь непросто даётся обращение. Хотя нет, со своей новой сущностью она быстро свыклась. Но то, что иногда приходится убивать, ей оказалось сложно принять. За каждую отнятую жизнь она так или иначе корила себя, а произошедшее в том доме едва не убило её морально. Кол не знал, как и почему всё так случилось, и планировал расспросить Николь чуть позже. Теперь эти воспоминания не принесут ей душевных страданий. Но осуждать её в любом случае не стал бы. На его руках было несоизмеримо больше крови, и он научился переживать это, не отключая человечность.

Никки была другой. Более юной, гораздо чувствительней. Хотя последнее отныне — не про неё. И это к лучшему, конечно же, к лучшему.

Они смотрели на пламя, всё сильнее поглощавшее бар. Кол протянул руку и переплёл свои пальцы с её. Но Николь никак не отреагировала на этот жест.