Часть 3 (2/2)
– Ну не знаю я… Как-то всё слишком быстро. Познакомиться нужно для начала, что за мальчик, привыкнуть к нему, прикипеть… А что я тебе так сразу скажу?
Тихон хотел что-то ответить, но в двери постучали. Он с женой сразу же обернулись. Мужчина встал, и Екатерина следила за ним. Оба они направились к выходу.
– Кого там нелёгкая принесла? – закатив глаза, спросил Тихон, открывая дверь и встречая на пороге незнакомого парня, одетого в чёрный костюм. Нетрудно было догадаться, кто это так настойчиво ломился в дом Рогожиных. – Чего тебе, молодец?
Парень снял шляпу и обратился к хозяевам дома.
– Прошу прощения за вмешательство, но у меня приказ. Мне нужно поговорить с Рогожиной Анной Тихоновной.
Тихон и Катя переглянулись. Они не стали перечить, несмотря на то, что втайне глава дома очень хотел это сделать. Всё же, впустив парня в дом, они наблюдали за его действиями.
– Я должен или передать письмо от Анны Тихоновны Дмитрию Павловичу, или же привезти её саму. Где она, кстати?
Рогожин чуть ли не закатил глаза.
– Подожди здесь, я её выведу.
Видя кивок от парня, Тихон направился вверх по лестнице в комнату дочери.
Та к тому времени уже перестала трезвонить и усмирилась, сидя на полу и прижимаясь спиной к двери. Она всё слышала, что происходит и кто к ним в гости пришёл, поэтому просто ждала. От кипевшего внутри гнева Аня сжимала свои пальцы до побеления костяшек. Вдруг послышались шаги. Она с надеждой подняла голову, ожидая, когда её выпустят. Щелчок, и дверь открылась. Девушка встала, чтобы дать тем возможность отвориться.
– А ну тихо! – приказал Тихон, прижимая палец к губам, входя внутрь.
Аня наклонила голову набок, покорно и молча ожидая дальнейших указаний.
– Значит так… Ты сейчас выйдешь и скажешь тому умалишённому, что никуда не едешь. Поняла?
Девушка спокойна и отрицательно покачала головой.
– Нет. Я не буду врать, отец. Я знаю, что это пришли за мной, и отказывать князю в встрече я не собираюсь… Неизвестно, как это отразится на моей карьере. Я не настолько смелая, чтобы идти по такой дороге.
Тихон вновь разозлился неповиновению дочери. Ему хотелось накричать и устроить скандал, но не смел. Там внизу находился человек, который мог всё это донести, кому не надо об этом знать. Стиснув челюсти, мужчина всё же проговорил:
– Ты ещё пожалеешь, что отца не послушала! – грозно и расстроенно ответил он, прежде чем выйти из её комнаты, хлопая дверью так, что Аня подпрыгнула на месте. Тихон ушёл и дал ей время на сборы. Спускаясь по лестнице, Рогожин не спеша сказал:
– Она сейчас соберётся. Подожди.
Этот парень повернулся и сделал шаг к двери, стоя ровно, как по струнке, и ожидая девушку, ради которой сюда прибыл.
Аня собралась довольно быстро. Она привела заплаканное от слёз лицо в порядок и подобрала платье, как всегда нежное и очень неприметное. Украшения она решила не надевать, кроме серёжек. Закончив с этим, балерина ещё раз взглянула в зеркало, вдыхая и в уме придумывая отмазку, что скажет Дмитрию о такой неудобной ситуации…
Спустившись вниз, она улыбнулась приехавшему за нею парню. А вот лица родителей были не очень довольные. Сделав вид, что всё хорошо, она помахала им на прощание рукой и вышла за стены родного дома.
– Вот дура! – воскликнул Тихон про дочь, когда двери закрылись за ними. – Кого ты только родила? – обратился мужчина к своей жене.
Всю дорогу Аня молчала. Боялась что-то сказать, да и, честно говоря, этой грядущей встречи она тоже побаивалась. Вдохнув на всю грудь, балерина поправила ткань на своём платье. Её взгляд ловил встречных людей, мимо который ей приходилось проезжать, казалось она могла видеть их устлалось и радость, и конечно же разные магазины, что сверкали на улочках.
Рогожина была зла на отца, ведь именно из-за него она в такой неудобной ситуации! Вот что теперь говорить? Как объяснить своё поведение перед князем? Ей ещё повезло, что второе предложение было максимально спокойным и терпимым.
Наконец, спустя какое-то время, она добрались до того самого кафе. Девушке помогли стать на землю, придерживая её за руку. И как только Аня оказалась перед дверями кафе, то тут же остолбенела. Страх или паника, возможно, даже некая агония поджигала и так взрывной вулкан внутри.
Внутри этого кафе она никогда не была и не знала, куда надо идти, но благо специально обученные люди уже знали о ней и привели девушку к человеку, который её так долго ожидал.
Великий князь Дмитрий Романов встретился с нею взглядом и встал, поправляя свой вверх одежды, а также при встрече протянул руку, чтобы поцеловать и поприветствовать. Аня поклонилась, улыбаясь ему, и приняла его предложение присесть.
– Прошу, моя дорогая, – он подвёл её к стулу рядом с собой и усадил. – Без балетного костюма вы ещё прекраснее.
Аня улыбнулась, кивая.
– Спасибо… Это очень мило с вашей стороны.
Дмитрий усмехнулся, усаживаясь на своё место. Он взглядом дал понять, что те, кто находился с ними из слуг в одной комнате, должны поспешить удалиться.
Аня, заметив это, улыбнулась, но слегка начала волноваться. Как-то всё весьма уединённо получилось. Князь, заметив её легкое волнение, сразу же попытался всё разъяснить.
– Не нужно бояться. Я не кусаюсь… Просто так будет более комфортно, вам не кажется? Зачем лишние уши и глаза?
– Тут вы правы, – ответила робко девушка, выдыхая. – Я бы очень хотела извиниться за своё опоздание. Прошу меня простить.
Дмитрий сразу же поднял на неё свои глаза, когда она продолжала говорить, а он в это время наливал и себе, и ей в бокалы вино.
– Извинения приняты. Не гоже на столь очаровательную даму держать зло.
Рогожина улыбнулась ему, но эта улыбка быстро прошла.
– Почему же вы решили позвать меня в такое…, – она оглянулась.– Уединённое место?
Романов протянул бокал вина, не отвечая ей, наоборот, он ждал, пока та возьмёт в руки то, что он ей так любезно отдавал.
Аня посмотрела вниз и тут же вернула на него свой взгляд. Девушка приняла бокал, кивая ему.
– Извините… но я не пью, – балерина поставила бокал рядом со своей тарелкой. – Не употребляю алкоголь вообще, ни в каких дозах.
– Так дело не пойдёт, моя хорошая…, – Дмитрий преподнёс свой бокал, серьёзно посмотрев на неё. Ане показалось, что общаться с Алексеем и Марией куда приятнее, чем с Дмитрием. – Каждая уважающая себя девушка, которую князь приглашает посидеть в дорогом кафе, просто обязана выпить это чудесное вино. Поверьте, Анна… оно вам очень понравится.
Рогожина нервно сглотнула, поглаживая ножку бокала. Ей было неприятно, но всё же она не решилась продолжать гнуть свою линию. Излишнее показание характера тоже не очень хорошо.
– Как скажете, – она великодушно улыбнулась спустя несколько секунд молчания.
Романов довольно усмехнулся. Он отпил вина, не сводя с неё своего непроницаемого взгляда. Аня последовала примеру князя и медленно поднесла чашу бокала к своему рту, слегка прокидывая и немного отпивая. Противный вкус. Она не оценила. Аня тут же поставила бокал на место, приветливо улыбаясь своему собеседнику напротив.
– Понравилось? – усмехнулся Дмитрий.
Рогожина слабо ухмыльнулась. Она сглотнула остатки вина на своём языке не могла ответить на вопрос Дмитрия положительно, но решила сделать это в среднем темпе.
– Впечатляет...
– Я же говорил! – он расслабленно опёрся на спинку стула позади него. – Вот скажите мне, Анна Тихонова, у вас много поклонников, ведь так?
– Не думаю, что это так, но... бывает. А в чём дело? – вежливо поинтересовалась девушка. Она всё ещё не знала, по какой причине её вызвали сюда, но не решалась задавать этот вопрос второй раз.
– Я уверен, что вы скромничаете, и у вас весьма обширное количество мужчин, которые к вам неравнодушны.
– К моему таланту, – отозвалась она очень аккуратно. Дмитрий тут же приподнял брови, желая рассмеяться, но сдержал себя. – К моему таланту они неравнодушны.
– К таланту? Надо же... Действительно некрасиво с моей стороны... Простите, – говорил он это с явным сарказмом. Тут не нужно было быть знатоком, чтобы это понять.
Аня почувствовала себя глупо и очень неуютно. Она всё время бестолково улыбалась и начинала думать: может, отец всё-таки прав? Может, стоило подумать сто раз, прежде чем идти в подобное место? Чёрт...
– Это насмешка с вашей стороны? – тонко спросила она.
– Ой! – он махнул рукой. – Анна Тихоновна, прошу вас, не надо меня бояться. Не собираюсь я вас тут убивать. Чего вы там в своей головушке понапридумывали? – он демонстративно сузил глаза.
Аня уже не знала, когда он шутит, а когда нет.
– Ничего я себе не придумала. Просто... как-то неудобно, что ли.
– Вам со мной неудобно? – он изобразил удивление, хотя прекрасно всё сам знал, но будто специально загонял её в такую яму. – Странно. А я думал, что наоборот, со мной проще всего завести разговор, – одарив девушку улыбкой, он не мог не заметить, что все его старания только делали хуже. Немного помолчав, князь добавил: – Давайте, Анна Тихоновна, лучше расскажите мне про себя. Я вижу, вы очень зажаты. Думаю, нам нужно растопить эту рутину между нами. Как считаете?
Великий князь Дмитрий Романов был прав. Трудно вести диалог с человеком, о котором практически ничего не знаешь. Может, он всё-таки не такой страшный, как она думала?
– Вы правы... Что же вы хотите от меня услышать? Можете задавать мне любые вопросы.
– Ну... самое банальное: что же вас всё же подтолкнуло заниматься балетом? Как отреагировали ваши родители? Расскажите мне побольше про ваш, так сказать, путь на большую сцену.
Аня тяжело вдохнула. Ей пришлось вспомнить всё с самого начала: как она поступила в балетное училище, как родители её поддерживали – всё, абсолютно всё до мелочей. И казалось, что их разговор начал понемногу завязываться.
Под конец вечера Аня чувствовала себя намного смелее, чем в начале. Это заметил и Дмитрий. Он часто ей улыбался, следя за её эмоциями и реакциями на его вопросы.
Перед завершением Дмитрий встал из-за стола, он подошёл к девушке сзади и достал из подарочной коробки кулон. Балерина с удивлением сидела, она уже поняла, что тот хотел сделать. В эту секунду она почувствовала, как к коже её шеи прилегла прохладная подвеска. Аня одним лишь касанием дотронулась до неё, поглаживая.
Дмитрий довольно усмехнулся, отходя.
– Не очень красиво такой молодой и привлекательной даме, как вы, ходить без украшений. Люди могут подумать, что их у вас нет.
– А если бы я сюда уже пришла с кулоном на шее, вы бы всё равно мне его подарили?
Романов рассмеялся, удивляясь глупости сидящей рядом с ним девушки.
– Нет, я бы на себя его надел, а перед вами похвастался бы, – сарказмом ответил мужчина. Он не сел на своё место, а стал напротив неё, глядя на балерину сверху вниз.
– Спасибо. Это очень щедро и великодушно с вашей стороны, – она встала, чтобы поклониться перед ним, но он коснулся её плеча, заставляя посмотреть на него.
– Не надо лишних поклонов, моя дорогая. Это не красит дам. Лучше поберегите свою осанку для балетных выступлений.
Аня тут же выпрямилась по его желанию. Этот кулон был прямым знаком внимания, и она не знала, как вообще полагается ответить на этот жест.
После всего Дмитрий вывел её на улицу. Уже стемнело, и она обеспокоенно вдохнула.
– Да, моя дорогая, мы с вами провели много времени. Но не переживайте, вас отвезёт домой тот, кто и привёз сюда, – напоследок он вновь поцеловал ей руку и помог забраться в конную повозку.
Всю оставшуюся дорогу назад Аня не могла не улыбаться. Она летала в облаках и, поджимая губы, сдерживала своё явное весёлое и приподнятое настроение. Балерина вновь погладила подаренный ей от князя кулон. Скорее всего, отец будет очень не рад такому сюжету, но что же теперь делать? Или всё же нужно было не принимать подарок и отказаться? Но тоже неизвестно, как Дмитрий бы отреагировал. Как бы там ни было, Аня ни о чём не жалела.
Добравшись домой, она весёлая и счастливая вошла вовнутрь. Тихон уже был зол. Он ждал её как цветение роз после снегов.
– Вернулась? – с порога начал он говорить в грубой манере.
Аня тут же подпрыгнула от испуга и, прислонив руку к шее, невнятно пробормотала:
– Господи... Отец, что случилось на этот раз? – вроде бы всё хорошо: она добралась назад домой, ничего не стряслось. Что могло злить Тихона, она не знала.
– Случилось? Случилось? – закричал он и бегом направился на кухню.
Екатерина металась от угла к углу, пытаясь успокоить мужа.
– Тихон... ну не метушись ты так... Не нужно усугублять всё!
Рогожин вернулся с кухни с ещё каким-то букетом лилий в руках и буквально пихнул их в лицо Ане. Его не остановило даже то, что Катя просила этого не делать.
– Вот что случилось! – закричал он. – Прочти, от кого это!
Аня, расстроенная поведением отца, посмотрела на него. Она снова начинала злиться и обижаться, но стерпела, сглатывая это и просто отпуская. Девушка видела, как её мать чувствует себя словно на иголочках. Балерина достала записку, и её глаза округлились от удивления. Вот тут даже ей стало не по себе. Цветы как подарок были присланы от Алексея Романова – так он хотел поблагодарить её за вчерашний вечер.
Она медленно, словно под гипнозом, оторвалась от записки, опуская руку вниз, а голову повернула в сторону, будто бы искала поддержку у мебели дома и цветов, посаженных её матерью.
– Ну что? – продолжил Тихон. – Что скажешь на это? А дальше мне от кого эти цветы поганые ждать? От Колеванова?
На этой фамилии Аня со злостью посмотрела на отца; её щеки от гнева даже покраснели.
– Не смей…, – начала она, но отец её заткнул.
– Не смей... что? Что? В кого ты превращаешься? В кого? Мы тебя с матерью вырастили. Никогда ни в чём не отказывали, а ты теперь такое вытворяешь? Или ты решила по рукам всей Империи поскакать, чтобы слухи были весьма радостные?
– Тихон! – закричала Катя, ударяя мужа сзади по спине своей рукой. Тот отшатнулся, поворачиваясь к жене. – Что ты несёшь? Она же наша дочь! Как у тебя, бестолкового, только язык на это поворачивается? Чёрт старый! – она снова ударила его уже по плечу.
– Катерина! Угомонись! – Тихон отошёл в сторону, пытаясь отбиться от ударов собственной жены, которые прилетали куда попало; она уже не смотрела, куда бьёт. Аня разозлилась, и, придерживая цветы от цесаревича, бросилась к лестнице, поднимаясь по ней наверх. – А ну, куда? – закричал Тихон бросаясь к ней, но споткнулся о коврик и чуть не упал; благо, рядом были перила, за которые он ухватился.
– Паразит! – не унималась Екатерина, и, взявши вазу, вылила воду на голову мужа, а вслед за нею и цветы ему в лицо бросила. – Спать будешь на кухне! – закричала она. – Не пущу в комнату!
Анна благополучно добежала до своей комнаты и закрыла её на ключ. Ломиться к ней вряд ли будут, а если и будут, то она не откроет.
Балерина села на кровать, стараясь отдышаться и прийти в себя после только что пережитой сцены. Она сжимала в руках эти несчастные лилии и не знала, что теперь с ними делать… Лишь ночь была верным спутником в этой, на данный момент, непростой ситуации. Да и как с отцом вновь завести хорошие и добрые отношения? Она и подумать не могла, что этот сегодняшний день перевернёт всё с ног на голову, уничтожая её когда-то отличные отношения с Тихоном.