Глава 3. Терраса в Шанхае (2/2)

— Да как можно, — фыркнула она. — Ты же мой единственный брат.

Эйдан рассмеялся, но после серьёзно спросил:

— Мама тебе так и не ответила?

— Нет. До сих пор на меня злится.

— Остынет, не переживай.

— Да, когда-нибудь. Я ведь совершила преступление гораздо серьёзнее занятия картингом.

— Я тобой горжусь, — произнёс Эйдан. — Папа бы тоже гордился, будь он жив.

— Знаю, — тихо ответила она. — Знаешь, я каждый раз вспоминаю о нём, смотря на трассу. Думаю, как он был бы рад оказаться здесь. Представляю, как папа комментировал бы, — слабая улыбка коснулась губ Дани, — в своих кепке и куртке.

— Потом он отдал бы куртку тебе, а кепку — мне. Жаль, что у нас так и не получилось побывать на гран-при.

Дани молчала, прижимая телефон к уху. Ветер трепал тёмные волосы, забранные в пучок. Она почувствовала, как в глазах защипало, и запрокинула голову, зажмуриваясь. Не плакать. Не плакать. Боль от его потери ощущалась особенно остро именно сейчас, когда она присутствовала там, где хотела быть с ним.

— Жаль, — повторила Дани. — Эм, Эйдан, как там твоя девушка? Клара, кажется? — прокашлялась она.

— Да. Планирую познакомить тебя и маму с ней, как ты вернёшься из Китая. Знаешь, Дани, мне кажется, что Клара — та самая, — помолчав, добавил Эйдан.

— Ага.

— Ты мне не веришь?

— Сложновато верить человеку, который особо долго ни с кем не встречается. Какой у тебя долгий срок отношений был? Четыре месяца?

— И что? Ты долго встречаешься, но я тебе не верю.

— Ты не веришь Тому.

— Именно. Я всё жду, когда у тебя на него откроются глаза, но, видимо, этого никогда не случится.

— Не начинай, — вздохнула она. — Это моя жизнь, Эйдан. Я в твою не лезу.

— Знаю, но я просто не мо…

— Пожалуйста. И давай сменим тему, пока не поругались.

— Давай, — согласился Эйдан. — Расскажи мне о гонщиках. Я хочу знать всё. Кто из них приятный в общении? С кем весело? Кто что любит слушать?

— Это непрофессионально…

— Дани, не будь букой. Когда ещё я смогу узнать об изнанке Формулы-1?

Дани улыбнулась. Эйдан всегда умел приободрить. С ним было легко разговаривать, пусть он и был старше почти на восемь лет и казался Дани очень взрослым. Иногда они ругались — в основном, из-за Тома, но быстро мирились. Она не могла долго на него злиться — родители повторяли, что они есть друг у друга, и что они должны держаться вместе. После смерти папы эта фраза закрепилась в сознании.

Она сощурила глаза, думая, чтобы такое сказать брату. Губы растянулись в хитрой усмешке.

***

На вечеринку, устраиваемую в «Bar Rouge Shanghai» Джордж не пошёл, хотя Кими и Алекс настаивали, чтобы он отвлёкся от разных мыслей, лезущих в голову. Диджеем должен был быть Ландо — у него неплохо это получалось, да и Норрису нравилось стоять за аппаратурой и заниматься музыкой, под которую народ с удовольствием танцевал.

Спать тоже не получалось — Джордж лежал и смотрел в потолок.

Кармен.

Кармен.

Кармен.

Чёрт.

Он со вздохом поднялся с кровати и решил прогуляться. Джордж пришёл на террасу, мягко открыв дверь, и увидел, что он не один. В углу террасы, прижав ноги к груди, сидела девушка и смотрела на ночной горизонт. Когда она повернула голову, он понял, кто это.

И она тоже его узнала — карие глаза, подведённые чёрным и накрашенные тёмно-синими тенями, на миг стали шире.

— О, это Вы.

— Можно и на «ты». Я не думаю, что между нами большая разница в возрасте. Присяду?

— Конечно, — Дани спустила ноги с дивана, и, обувшись, выпрямилась. — Я думала, ты пошёл с остальными — слышала слова Алекса о том, что сегодня вы собираетесь в клуб.

— Устал и не захотел, — отозвался Джордж. — Ты тоже не пошла гулять по ночному Шанхаю.

— Устала и не захотела.

Они встретились взглядами. Джордж улыбнулся, и Дани подумала, что его улыбка, наверное, сводила с ума не одну толпу поклонниц. Том растягивал губы в похожей манере — видимо, у британцев это было в крови. Она вежливо улыбнулась в ответ, гадая, что у него на уме.

— Разве «Composure» — это не женский журнал? — спросил Джордж.

— Женский. Мы решили немного изменить формат и добавить новые рубрики.

— Формула-1 для тебя что-то неизведанное?

— Нет. Мои папа и брат — фанаты. Тема не новая, но я никогда не была на гран-при, — призналась она. — Я только по телевизору смотрела, как это бывает. Ну и ещё в детстве папа водил на соревнования, устраиваемые любителями.

Джордж приподнял брови.

— Ты не пошла в «Motor Sport Magazine»? Или в «GP Racing»? Почему «Composure»?

— Когда училась в университете, устроилась туда на стажировку. Там после и осталась. Мне нравится то, чем я занимаюсь, и коллектив.

— Правда?

— Да, — с удивлением произнесла она. — Тебе вот нравится в «Мерседес»? Это не для статьи.

— Нравится.

— Вот и мне нравится, — Дани натянула на ладони рукава тёмной кофты.

— Как журналист, много с кем успевший здесь пообщаться, скажи: какая твоя любимая команда?

Дани усмехнулась.

— У меня нет любимой команды. Я должна оставаться беспристрастной, иначе объективности не будет.

— Это не для статьи. «Мерседес», да? Я так и знал.

— Конечно, а как иначе?

Телефон, лежащий по правую руку Дани, завибрировал. На экране высветилось: «Томми», но Харрис не стала отвечать — нажала на кнопку сбоку и сбросила вызов. Но Джордж уже поднялся на ноги.

— Спасибо за разговор.

— Он останется между нами. Это не для статьи, — вновь повторила она, убирая телефон в карман брюк и беря со стола книгу.

— Конечно, — кивнул Расселл.

Он ей не поверил.

То, что она не стала копаться в его отношениях с Кармен, ещё ничего не значит.