Запись №155: ТХШ (1/2)
Я очистил свою память от давивших на меня проблем. Чистота мышления крайне важна, когда именно ты отвечаешь за жизни членов экипажа. Близость дорогих людей повлияла на мое сознание крайне положительно, и я с энтузиазмом взялся разгребать свалившиеся на нас странности. Первым делом я собрал совещание.
— У нас есть ряд проблем, которые, как мне кажется, связаны между собой, и мы должны попытаться выяснить, в чем именно заключается эта связь, — огласил я повестку дня. — Итак:
1) Шепот в моей голове — я практически уверен, что он не связан с роем черных дыр.
2) Шепот в голове Льюиса и его темные видения, скорее всего, имеют отношение к рою.
3) Мы все помним, что Льюис еще до того, как мы узнали про рой, предупредил нас об опасности нашего исследования. Мы все еще не понимаем, почему черные дыры хотят, чтобы мы остановили эксперимент.
4) Мы летим прямо в центр роя, и я не знаю, можно ли что-то с этим сделать. Если мы попадем туда, нас, скорее всего, разорвет на молекулы, и черные дыры засосут наши остатки.
5) Мы выяснили, что в нашу загрузочную память встроены кванто-органические чипы. Судя по всему, у них достаточно большие возможности, но я не знаю, как мы можем их применить по отношению к хотя бы одной из описанных выше ситуаций. Предлагаю всем выступить и высказаться, что думаете по каждому пункту.
— А почему нет вопроса «Как вообще стало возможным, что Льюис начал общаться с черными дырами?» Где тут наука и обоснованные объяснения? Потому что, если их нет, то первые два вопроса вообще теряют смысл.
— Как это теряют? Тебя не интересует психическое состояние твоего Капитана? Ладно, если бы это была только моя проблема, но у нас есть еще один член экипажа, который подвергся той же напасти.
— А что насчет книги, которую пишет Льюис со слов своего шепота? — вмешалась Инженер. — Я много раз просматривала его записи — они нечитаемы, но не лишены смысла. Я выделила 137 уникальных… букв, если их можно так назвать, и они повторяются, а также множество дополнительных символов, использование которых явно подчиняется какой-то внутренней логике.
— Я бы еще добавил, что меня беспокоит возможность наличия в нас скрытых алгоритмов, что-то вроде алгоритма Маркушевича. Не встроили ли в нас что-то наши создатели, чего мы не видим и что может быть причиной некоторых наших странностей?
— Я не думаю, что создатели знали о рое черных дыр, и что они могли предугадать столкновение с частицами колец Сатурна, которые привели к появлению Льюиса. Это какая-то теория заговора получается, а, как ты помнишь, главный принцип разумности гласит: истинно то, что имеет наиболее простое и логичное объяснение. Не будем усложнять. Keep it simple!<span class="footnote" id="fn_40568494_0"></span> Я уверена, что решения всех проблем, которые ты озвучил, лежат в плоскости нашего «незнания», и, по сути, очень просты.
— Красиво рассуждаете, леди! Вот только как нам разорвать эту плоскость нашего «незнания»?
— Давайте поговорим об эксперименте. Какие есть идеи относительно того, почему он «не нравится» рою, если предположить, что он действительно в той или иной форме ему неприятен. На что он вообще может влиять с научной точки зрения?
— Да ни на что он не влияет, просто бредни этой мелюзги. Я даже не хочу это обсуждать!
— Мы можем закрывать собой свет от звезд и пульсаров. В условиях постоянного голода и отсутствия материи рядом с черными дырами им нечем питаться. Но это может быть актуально только при условии, что черным дырам действительно нужна какая-то подпитка. Может, они миллиард лет могут прожить и без подпитки. Мы слишком сильно их очеловечили в последнее время, сделали из них каких-то монстров, а ведь это просто природное явление.
— Почему они вообще объединились в рой? Какова форма этого объединения? Что говорят данные?
— Ничего они не говорят. Ни слова больше не скажу, пока вы не дадите мне обещание, что не остановите эксперимент!
Я и Инженер переглянулись. Я не мог поверить, что Навигатор так трясется за свое детище!
— Я еще ничего не предлагал по поводу остановки твоего исследования...
— Еще! Именно! Но я вижу, к чему ты клонишь.
— Но на кону наши жизни, наша глобальная миссия, а ты трясешься из-за своего эксперимента. Так нельзя...