Часть 13 (Андреа) (1/2)

***

(Андреа)

Иногда, в такие вечера как сегодня, я невольно задумываюсь, что если бы не встреча с Эйденом Аверли, то в моей жизни не было бы и его, да и жизни вероятно тоже не было. Но отсутствие Домара было бы особенно печальным.

Мне сложно найти подходящего любовника, аристократов я избегаю, с ними слишком много мороки и требований, простолюдинов вообще не рассматриваю в этом ключе, остаются горожане, но среди них тоже надо еще поискать. За всю мою жизнь, только Кенджи Домар оказался тем, кто соответствовал моим запросам.

Часы показывали десять вечера, а его все не было. В следующий раз надо четко обговаривать время, после рабочего дня и дневной тренировки сил оставалось не много, но боялся, что если лягу — пропущу его приход. А мы и так не встречались около месяца, то я был в работе, то он уезжал по поручениям, поэтому не хотелось упускать и этот вечер.

За полтора часа ожидания я два раза сходил в душ, несколько раз переоделся сменив брюки и рубашку на халат, потом решил снять и белье, не хватало еще на него тратить время. Передвинул большое зеркало ближе к кровати, я не люблю зеркала, вернее свое в них отражение, но это было одним из пожеланий Домара, поэтому почему бы и нет. Если меня не заставляют смотреть, то все нормально.

Наконец постучали, силой воли заставил себя спокойно подойти к двери, а не подбежать. Определенно надо встречаться чаще, что бы потом не вести себя как счастливый щенок.

Судя по румянцу и верхней одежде он только вернулся с улицы, на сапогах стремительно таял снег. Не дожидаясь приглашения отпихнул меня в сторону и вошел, на ходу стягивая обувь и бросая у порога дорожную сумку.

- Заждался? - развернулся, осматривая меня снизу вверх.

- Нет, ты же знаешь, я всегда могу найти чем занять себя, - с людьми которым можно врать, гораздо проще общаться.

- И чем же ты занимал себя? - придвинулся так близко, что я чувствовал запах его дыхания и лошадиный пот.

- Ты с дороги, а у меня чистый халат, - попытался увернуться, делая вид, что не заметил двусмысленности фразы. Послышался разочарованный вздох.

- Я возьму у тебя рубашку и брюки? Не хотел терять время, поэтому сразу сюда, - кивнул на комод, бери все что хочешь, сам сел в кресло, демонстративно читая и не обращая внимания на то как Кенджи раздевается. Лишь, когда он направился в душ, позволил себе посмотреть на него, тонкие, едва заметные полосы расчертившие спину всегда привлекали мое внимание. Сейчас я бы сделал их еще более незаметными, но пять лет назад у меня не было такого опыта, не было доступа к инструментам и материалам, да и саму операцию пришлось проводить в чужой вотчине.

Надо отдать должное Аверли, он заботился о своих людях, договорился, что бы нас пустили в местную больницу и даже предоставили двух ассистентов. Сколько за это было уплачено денег не знаю, но думаю много. Моя оплата тоже была не маленькой, после того как убрал жуткие рубцы со спины Домара, Эйден согласился найти способ устроить меня учиться в медицинский университет. Задача почти невыполнимая, но не для Милорда. И очень надеюсь, что скоро все-таки окажусь там.

Мы никогда не разговаривали, как и при каких обстоятельствах Кенджи получил эти шрамы, единственное, что он сказал мне как врачу — они больше не болят. Про мои старые шрамы он тоже не спрашивал, а вот к новым относился с возмущением, но когда не на ком практиковаться, почему бы не воспользоваться собой. После трех скандалов и двухмесячного бойкота, когда он отказался со мной спать, пока не сниму швы, я все же бросил эту практику.

Надо отдать ему должное, свою злость Домар никогда не переносил в кровать, возможно знал, я такое не прощу.

К моему удовольствию, душ он принял быстро, но вышел одетым, видимо прочитав на лице замешательство ответил:

- Ты предлагал вино, так что я тоже кое-что принес, - достал что-то из дорожной сумки, сначала я удивился цвету — красный, а потом тому, что это была — веревка, гладкая, толщиной с мизинец.

- Отказаться можно сейчас, но не когда я начну, - подошел ближе и коснулся ее, действительно гладкая, но не шелковая, необычная, такие еще не встречал. Слишком длинная, явно не для битья.

- Связывание? - кивнул, хм, альтернатива кожаным ремням, можно и попробовать, - хорошо. Что мне делать?

- Быть послушным, - довольно улыбнулся, притянул к себе и поцеловал. Пока его язык хозяйничал у меня во рту, руки быстро, легко избавили от халата. Слишком большой перерыв между встречами, возбуждение накрыло стремительно, хотя мы только начали. Прижался к нему, какого черта он оделся, попытался расстегнуть застежку на брюках, но мою попытку прервали.

- Нет, Ан, не так быстро. Пойдем, встань на колени, - послушно опустился где указал, я с тоской посмотрел на веревку, длинная, и скорее всего он всю ее использует, а это не быстро. Но к моему удивлению, она обвивалась вокруг меня как живая, мягко сдавила грудь, затем Кенджи переместился за спину. Боли не было, веревка не врезалась в кожу, но с каждым новым узлом и витком подвижность моя ограничивалась, связанные за спиной скрещенные руки были тому наглядным доказательством.

Сердце забилось сильнее, так всегда бывает, когда я оказываюсь в беспомощном положении и только сейчас понял разницу между ремнями или даже цепями, и этим связыванием. Там я мог все равно двигаться, хоть немного, но сгибать руки, здесь же трудно пошевелить даже пальцем. Попытался сделать глубокий вдох и не смог, плотные кольца мешали.

А Домар продолжал плести свою сеть спускаясь все ниже, с талии веревка обвилась через пах вокруг бедер, застонал, когда его рука мимоходом коснулась так и не опавшего члена.

Но он не стал останавливаться, фиксируя бедра к голеням, я даже не мог свести вместе колени, при попытке это сделать веревка врезалась в пах. Ни встать, ни пошевелиться. Кенджи поднялся на ноги отошел на несколько шагов, оглядывая свою работу, довольно улыбнулся.

- Я знаю, что ты не любишь зеркала, но посмотри как восхитительно смотришься, - сказал переставляя зеркало напротив, - чудесный, как подарок.

Сочетание белого и красного, действительно, было красивым, веревка скрывала старые шрамы, выписывая на теле свой собственный узор, красные линии разбегались от лобка к паху словно обрисовывая член, но больше всего меня удивило собственное выражение лица, оно выглядело испуганным. Это из-за того, что не могу двигаться? Отвернулся, таким себя видеть мне тоже не нравилось. Домар убрал зеркало обратно, сел на корточки напротив.

- Боишься? - мы слишком давно друг друга знаем, чтобы он не распознал мои эмоции, но все-таки было неловко, промолчал, - Того, что я могу с тобой сделать в таком положении? - при этих словах его ладонь скользнула вдоль члена, и когда только успел нанести на руку смазку, а потом ушла дальше. Два пальца легко проникли внутрь, сделав несколько ритмичных движений и вызывая стон.

- Или того, что я могу не сделать? - при этих словах он убрал руку, наблюдая за реакцией, - так что?

- Первое, - это и правда было первое, даже после стольких лет, я боялся, что моей беспомощностью могут воспользоваться и причинить вред, что договоренности ничего не будут значить. Но в то же время передавать кому-то контроль над происходящим было возбуждающим опытом, когда человек, который имеет власть над тобой, доставляет удовольствие.

И каждый раз, будучи лишенным возможности принимать решение, я ждал, что именно выберет Кенджи.