Часть 26 (1/2)
— Надо было хотя бы поздно вечером Дамблдору написать и объяснить всё. Что будешь делать, если он скажет, что его такая работа не устраивает? — Спросил Долохов, бодро шагая по утру с Поттер в сторону Хогвартса.
— Ну, пусть увольняется тогда, раз не устраивает. — Девушка невесело хмыкнула. — Где он сейчас сотрудника нового найдет? Не дрейфь, наша легенда прокатит.
Антонин скептически на неё посмотрел, но ничего не сказал в ответ, понадеявшись на русский могущественный «авось». Вид они имели колоритный. Мужчина был одет в длинную меховую шубу и шапку-ушанку, а ещё более крупная на его фоне Поттер топала в меховом пальто, которое умыкнула у жены Джаспера Лестрейнджа, у которых они ночевали после званного ужина. Позади них брёл Рабастан, которого родители забирали по семейным обстоятельствам на несколько дней из школы. Вернуть шестикурсника могли и через камин декана, но Поттер решила, что мучиться на холоде они должны все вместе и вообще, движение жизнь. Поэтому мальчик молча топал за ними. К удивлению Поттер, дети Джаспера Лестрейнджа оказались совсем не такими, какими она их знала в будущем. Рудольфус старался подражать отцу, но было видно, что он ещё очень неопытен и во многом опирается на авторитетных взрослых. Рабастан вообще был котёночком, очень тихим, скромным, вечно краснеющим и смотрящим на старшего брата, как на героя. У них была очень крепкая связь. Сопоставить в голове их образы с убийцами будущего не получалось никак.
— Эй, мелкий... — Окликнула Поттер Рабастана и получила в ответ удивленный взгляд и красные щеки. — Чем планируешь заниматься после школы? — Убивать она им явно уже не позволит.
— Я-я... — Мальчик кашлянул, чтобы прочистить горло. — Я ещё не знаю, наверное тем же, чем и мой брат.
— А своё мнение то у тебя есть? Вообще? В принципе? — Усмехнулся Антонин, смотря с прищуром, как старая бабка, которой наконец-то дали возможность поучить внука уму разуму.
— Я... Да... Я... — Рабастан растерялся. Возможно если бы разговор был с другими магами, то он бы реагировал иначе, но мальчик вчерашним вечером получил метку и знал, что его профессор невеста Тома Реддла, а Антонин его правая рука и самое доверенное лицо.
— Антош, не дави на ребёнка. — Пожурила его Поттер и повернувшись к слизеринцу, мило улыбнулась, понимая, что место того на Пуффендуе. — Кто из девочек тебе нравится?
— А... Н-никто? — Спросил он их неуверенно, не понимая чего взрослые хотят.
— Либо сам скажешь, либо под империо. — Пожал могучими плечами Антонин, на что Поттер закатила глаза.
— Мне нравится Амелия. Амелия Боунс... Она учится...
— Да, знаю, пятый курс Пуффендуя... — Закончила за него Поттер задумчиво.
В будущем Рабастан Лестрейндж так и не женился ни на ком, он всегда работал в паре со старшим братом и очень сильно от него зависел. Амелия Боунс, насколько Поттер было известно, тоже так и не вышла замуж и до самой своей смерти в тысяча девятьсот девяносто шестом году единственной её семьёй была племянница Сьюзен.
— Отец знает? — Спросила она серьёзно, ловя заинтересованный взгляд Антонина, который не понимал, чего она докопалась до ребёнка.
— Нет. — Рабастан опустил голову и говорил тихо. — Не говорите ему пожалуйста. У него с отцом Амелии очень плохие отношения. Если он узнает... Отец хочет, чтобы я взял в жены дочку Селвина.
— Ты шутишь? — Удивился Антонин и пояснил Поттер. — Дочери Селвина сейчас около двадцати пяти и она страшная до безобразия!
— Антонин! О женщинах так нельзя!...
— Ты просто её не видела! Её замуж никто не стал брать. Она как отсталая обезьяна! Так помимо этого ещё и практически сквиб!
— Но вы вроде говорили, что сквибы это не так и плохо? — С надеждой уточнил Рабастан, смотря Поттер в глаза, как побитый щенок, отчего ей стало неуютно.
— Сквибы это действительно хорошо, но конкретно именно сквибы. Их потомки будут принадлежать роду и очищены от всех проклятий. Это благость Магии. Но практически сквибы это слабые маги, вырожденцы по своей сути. Её внешность также об этом говорит. Есть даже мнение, что если в семье рождаются такие дети вместо сквибов, то значит Магия не считает род достойным для очищения. — Сказала она грустно и осознала, что вмешается. — Ты на ней точно не женишься!
— Н-но... Отец...
— Пусть катится в Запретный лес к фестралам. — Послала его Поттер. — Мне плевать на его договоренности с лордом Селвином и на его сложности в общении со старшим Боунсом. Начинай ухаживать за Амелией. Считай, что это моё тебе благословение. С твоим отцом при необходимости сама разберусь.
— Правда? — Спросил обрадованный подросток, смотря на Поттер, как на пришествие Мерлина, но ещё с сомнением.
— Правда-правда. Амелия выдающаяся ведьма, тебе она подойдёт. Если она примет ухаживания и даст добро, то можете рассчитывать на мою полную поддержку.
— Спасибо! Спасибо-спасибо! — Рабастан чуть не сбил Поттер с ног у входа в замок, обнимая её.
«Ну точно, Пуффендуй» — Заключила она мысленно, — «Кто бы мог подумать?»
— Профессор Поттер! — Послышалось от входа строгое. Макгонагалл стояла в своём самом мрачном виде, губы плотно сжатые, фирменные взгляд строгого, не знающего жалости, замдиректора. О-о-о, Поттер было это знакомо. К счастью, у Поттер и иммунитет уже имелся, а вот Рабастан весь сжался под взглядом декана Гриффиндора и аккуратно отступил от профессора Поттер.
— Профессор Макгонагалл! Счастлива вас видеть! — Улыбнулась Поттер лучезарно, напоминая саму себе Гилдероя Локхарта. — Это так чудесно, что вы решили лично меня встретить в столь ранний час, ожидая моего прибытия , стоя в дверях! — Лицо женщины перекосилось от возмущения.
— Я не!...
— О, не стоит смущаться и оправдываться! — Поттер махнула рукой, показывая, что это сущий пустяк и Макгонагалл затрясло от праведного гнева. Не дожидаясь ответной реплики, девушка уверенно и с так и не сошедшей ослепительной улыбкой прошагала мимо, внутрь замка. — Понимаю, от меня все в восторге, как же тут удержаться? — Пока замдиректор хватала ртом воздух, пытаясь придумать что бы ответить, вслед за Поттер прокрался тихонько Рабастан и весело ухмыляясь прошёл Долохов.
— А вы здесь по какому делу, мистер Долохов? — Возмутилась Макгонагалл, резко развернувшись и поспешив за делегацией. — Вы что же, действительно присматриваете за мисс Поттер в отсутствие мистера Реддла? — Вспомнила она минувший день, когда велось расследование.
— Всё верно. — Антонин важно кивнул. — И у меня даже справочка есть. — Он помахал каким-то пергаментом перед ней.
Через несколько секунд Рабастан скомкано попрощался и свернул в сторону подземелий. Взрослые, оставшись наедине, шли молча. Макгонагалл видимо решила оставить вопросы до встречи с директором и не устраивать скандала, а Долохов и Поттер давно всё обсудили. Дамблдор уже ждал их и вид имел крайне недовольный. Это только перед мальчиком Гарри Поттером он представал в образе доброго мудрого наставника, лишь изредка теряя лицо, а вот при взрослых он показывал и своё недовольство, и силу, и холодность, и власть.
— Профессор Поттер, прошу. — Альбус указал рукой на одно из кресел перед ним. — Мистер Долохов, не ожидал вас встретить этим утром, но предлагаю вам также присесть. Подозреваю вы явились вместе и всё равно подробности разговора вам станут известны?
— Всё верно. — Мужчина кивнул в знак подтверждения и приветствия, усаживаясь вместе с Поттер. Макгонагалл встала у окна, не садясь рядом с ними.
— Что же, профессор Поттер, объясните, прошу, ваш самовольный прогул рабочих часов и почему вы об этом не уведомили руководство школы? — Дамблдор вежливо улыбнулся, но улыбка не тронула глаза, они оставались холодными и внимательными. — Я ожидал от вас большей ответственности.
— Есть у меня такая традиция - в рот ебать чужие ожидания. — Сматерилась Поттер без стеснения и пожала плечами, внезапно ловя приступ злости на сидящего перед ней человека. Она тоже от него многого ожидала, чёрт возьми! Как минимум, что ей позволят жить с Сириусом, а не с ненавистными родственниками, но директор всегда принимал решения сам, не считаясь с чужим мнением. Он вёл весь их мир к только ему известному итогу. Итогу, который был лишь в его разуме. Всеобщее благо — мечта. Та самая цель старика, которая убила в итоге весь мир. Дамблдор был опасен. В первую очередь своими идеями всеобщего блага и равенства. Этот якобы великий волшебник относился к магии лишь как к инструменту и какому-то веселому детскому чуду. Вспышка также быстро покинула Поттер и она решила, как и всегда это у нее происходило, спонтанно, необдуманно, что их планы меняются.
— Что вы себе позволяете?! — Возмутилась Макгонагалл.
— В общем-то всё. — Поттер перевела на неё равнодушный взгляд, от которого женщина вздрогнула. — Не стоит обманываться моим возрастом и говорить со мной в подобном снисходительно-поучительном тоне. Я за короткий промежуток времени добилась того, чего многие не могут добиться за всю жизнь. — Она вернулась взглядом к хозяину кабинета, который хмурился, откинувшись на спинку кресла.
— Вы понимаете, что ваше поведение недопустимо? — Спросил Дамблдор. — Я директор школы и Верховный чародей Визенгамота, именно благодаря мне вы так быстро многого добились и признаться, я начинаю уже сомневаться в своем к вам добром отношении... Вам никто не разрешит вести себя подобным образом в стенах этого замка. — Сказал он убеждённо, но Поттер лишь тонко улыбнулась, радуясь, что Антонин, не смотря на смену заранее обдуманного курса, ведет себя естественно, будто так и было задумано.
— Вопрос не в том, кто мне разрешит. — Она сделала секундную паузу. — Вопрос в том, кто меня остановит. — Поттер хмыкнула. — Давайте начистоту, вы прекрасно и сами чувствуете, что я добилась бы своего, потому что я по жизни боец, для которого нет невозможного. — «Твоими стараниями, старик» — подумалось грустно. — И сейчас ваше влияние ничего не изменит. Вы не сможете меня сместить в Визенгамоте, так как вас никто не поддержит, а принимать подобные решения самостоятельно вы не можете. И давайте совсем откровенно... — Она подалась вперёд, глядя Дамблдору в глаза. — Вас в министерстве никто не любит. Тут скорее вас сместят с должности Верховного чародея. Я нравлюсь министру, старой аристократии, всем маглорожденым, сквибам, главам Отделов и имею поддержку нескольких сильных родов. — С каждым её словом лицо Дамблдора всё больше мрачнело. Он понимал, что она права во всём. В конце шестьдесят восьмого Дамблдор ещё не стал самым уважаемым членом общества, так как хватало и других волшебников, прошедших войну с Гриндевальдом, имеющих вес и влияние в обществе, многие рода были сильны как никогда. Он ещё не успел вырастить своих людей, верных ему до конца. — Да и должность профессора...
— Я директор и имею право вас уволить по любой причине!
— Возможно с другим сотрудником у вас бы и получилось подобное, но не со мной. — Улыбка Поттер стала победной. — Видите ли, после вчерашнего обо мне в курсе все родители, меня считают самым заботливым, ответственным и профессиональным педагогом. Общественности не понравится моё интервью про увольнение без причины. — В её голосе послышалась скрытая угроза и она удивилась самой себе. «Когда я действительно стала такой стервой? Женщина из меня получилась слишком безбашенной.»
— Мы дадим опровержение. Это не проблема. — Влезла Макгонагалл, хотя Дамблдор промолчал, понимая, что люди любят сплетни и прессу, они не смогут её заткнуть.
— И к слову, Попечительский совет будет также на моей стороне.
— Чего вы хотите? — Спросил Дамблдор рассерженно. — Потешить своё самолюбие, показать власть? Зачем вам эта должность, если вы не относитесь к ней ответственно?
— Почему же не отношусь? У меня была уважительная причина. Антонин? — Она повернулась к мужчине и дала взглядом понять, что требуется. Долохов без вопросов протянул директору пергамент, на котором Глава Попечительского совета, Абраксас Малфой, уведомляет директора, что всеми попечителями принято решение о принятии Антонина в должность профессора Защиты от Тёмных Искусств в помощь Поттер.