Часть 16. Зелёные ветви. (1/2)

Канун Рождества в Хогвартсе всегда был непривычно тихим. Большинство студентов разъехались по домам, чтобы праздновать это время с семьями и близкими. Зал оставался полупустым, в воздухе витала нотка ожидания, а у Драко тем временем складывалось ощущение, что он остался один в этом огромном замке.

Зал был украшен с привычной пышностью: сверкающие гирлянды, величественные ели, столы с угощениями, а запах выпечки исходящий из кухни, вызывал жуткий аппетит. Но весь этот блеск раздражал, как будто кто-то без спроса наложил фильтр радости поверх его безмолвной хандры.

Оставшись в замке, он прогуливался по коридорам, слушая, как ветер воет за окнами. Старые картины шептали о давно минувших временах, а Малфой не мог избавиться от чувства, что всё происходит без него. Всё, что он мог делать это разглядывать зимние пейзажи за окнами и завидовать веселым лицам, что собирались на станцию Хогсмид.

Интересно, Поттер уже уехал?

Может, он уже в поезде со своими надоедливыми друзьями, а может, еще на станции, смеясь и предвкушая уютные праздники в доме Уизли. Эта мысль невольно вызвала у него сжавшееся в груди чувство. Честно признавшись: Драко привязался к этому гриффиндорцу. И сейчас, возможно, на мгновение он представлял себе, каково это остаться с Поттером в замке наедине, вдали от обыденной суеты.

Обидно, что он даже не попрощался, не бросил взгляда, не намекнул о том, что его каникулы также будут немного пустыми без слизеринца. Даже если они раньше враждовали, ему бы хотелось, чтобы он знал, что Драко заметит его отсутствие и возможно будет чувствовать себя одиноко.

В какой-то момент он оказался в библиотеке, окружённый свитками и книгами, которые не могли заменить настоящих людей. Он знал, что родители заняты своими делами, и если честно, время от времени до его ушей доходили шепоты о сложных планах и темных делах и Драко совсем не хотелось участвовать в этих зловещих играх, которые, казалось, погружали его семью всё глубже в бездну. Несколько дней назад, собравшись с мыслями, он отправил отцу сову с кратким и чётким сообщением ”Не ждите меня”.

Праздничные вечера в Малфой Мэноре и в роскоши теперь казались такими далекими. Он вспомнил, как когда-то охотно погружался в эту роскошь: изысканные блюда, обилие подарков и теплая атмосфера, но теперь все это обрело лишь привкус горечи. На фоне ярких воспоминаний о смехе и нарядах, мерцающих в свете свечей, сейчас стояли лишь тени и холод, словно сами стены замка осуждали его выбор.

В его голове царило смятение, чувства копились, как противоборствующие силы, сталкиваясь друг с другом. Слова отца звучали в его ушах, словно заклинание, отравляющее его разум: ”Драко, ты обязан присоединиться к нам. Это наша семья, наш долг”.

Каждый раз, когда он слышал эти слова, сердце его сжималось от осознания, что ожидания семьи могут оказаться клеткой, из которой нет выхода. Драко не хотел быть очередной пешкой в игре, в которой каждый ход мог стоить жизни. Он всегда воспринимал мир черно-белым, но сейчас, когда он стоял на краю бездны, ему всё чаще приходила в голову мысль, что всё гораздо сложнее.

Вспоминая о своих недавних встречах с Гарри, он ощущал, как в его душе начало пробуждаться что-то новое. Даже в самые непростые моменты, когда он видел в себе отражение дуг противостояния, рядом с Поттером его терзали другие чувства. Надежда отчаянно сплеталась с сомнением в том, что его путь не единственно верный. Он хотел быть сильным, как его отец, но, взглянув в своё отражение, он видел не только амбиции, он также ощущал гнёт, который тот накладывал на его плечи.

Всё это время Драко опасался того, что станет пожирателем смерти. Он не мог не думать о том, что это значит не просто стать частью этого меньшинства, но и принять их жёсткие идеи, которые, как он теперь понимал, стояли в прямом противоречии с его внутренними убеждениями. Мысль о том, чтобы убивать, видеть смерть и не испытывать никаких эмоций вызывало у него физическую тошноту.

Он вспомнил слова Гарри о том, что выбор это то, что делает людей свободными, и в его сердце вспыхнула искорка надежды. Может быть, если он соберётся с духом и скажет отцу, что не хочет этого, что не согласен, он сможет изменить свой собственный путь и, в конечном итоге, свою судьбу? Но в тот же миг к нему пришел и страх потерять любовь и уважение семьи, страх стать изгнанником.

Драко снова посмотрел на облачное небо, и внутри него разразилась настоящая буря. Он понимал, что должен быть готов к последствиям и к открытой конфронтации с отцом, и к возможности потерять всё, что ему дорого. Но быть тем, кем он есть на самом деле, возможно, стоило любого риска.

На следующее утро, в Рождество, Драко Малфой стоял у окна, глядя на мрачный заснеженный пейзаж, где бескрайние поля были укрыты мягким слоем снега, придающим всему неестественный, ледяной вид. Небо затянуло серыми облаками, и ветер свистел за стеклами, как предвестник бурь, создавая в комнате ощущение замкнутости. Он почувствовал, как серость зимнего утра отражает его настроение, затянутое тенью раздумий о пустых праздниках.

Драко оделся потеплее, натянув на себя мягкий зеленый свитер, который напоминал о доме, который, казалось, издалека смотрит на него, но не может его достичь. Он глубоко вздохнул и, собравшись с мыслями, вышел в коридоры Хогвартса, полные тишины, которая в этот день казалась ещё более подавляющей.

Когда он вошел в большой зал, ёлка в ее центре произвела на него контрастное впечатление. Снег за окном сменился мерцающими огнями рождественской елки, держащей свое величие среди праздничного хаоса. Но среди всех радостей и веселья он чувствовал себя на обочине, краем глаза всматриваясь в тех немногих студентов, которые остались на каникулы в школе. Взгляд ,безусловно, с надеждой искал одну макушку, как вдруг...

Он заметил Поттера, сидящего за столом с газетой в руках. Мгновение, когда их взгляды пересеклись, затмило всё вокруг. Для Драко это было как теплый солнечный свет, пробивающийся сквозь облака. Он был удивлен, почувствовав, как его сердце учащенно забилось. Радость и легкость непривычно накрыли его, словно стало возможным что-то иное. Он не понимал, почему это происходит, но яркие искры в глазах Поттера и его неподдельная улыбка внезапно заставили его забыть о своих сомнениях.

Садясь напротив Гарри через стол, Драко позволил себе выделить это мгновение, когда горечь одиночества растворилась в чувстве связи, которое он никак не мог объяснить. Поттер глядел на него с нескрываемым интересом. Драко не мог сдержать лёгкую и почти неосознанную улыбку. И в этот момент в сердце зашевелилась надежда, что Рождество в этом году станет не просто очередным испытанием, а началом новой главы.

Вдруг губы Гарри зашевелились:

— Рад тебя видеть.

Драко смущенно отвел взгляд, ожидая, что услышит простое «привет», но Гарри его смутил. Он замялся, пытаясь отыскать слова, но, к его удивлению, волнение лишь усиливало его решимость. Он поднял голову и, заметив теплое сияние в глазах Поттера, почувствовал, как его собственные тревоги начинают отступать.

— Я тоже... — наконец сказал он, сглатывая ком в горле.

Гарри положил газету на стол и взглядом показал Малфою на выход в коридор. Драко немного растерялся, его сердце забилось быстрее, как будто предвкушая какое-то важнейшее открытие. Гриффиндорец вышел первым, и Драко потянулся за ним спустя несколько минут, не желая привлекать внимания. Ему не хотелось лишних слухов про них.

В коридоре царила тишина, нарушаемая только еле слышным воем ветра. Холодный воздух наполнил их легкие.

— Не думал, что ты окажешься в замке в эти дни, — выпалил Поттер, вернув его к реальности.

— Я думал, ты уже уехал первым поездом, — поделился Малфой своими мыслями, осознавая, что такие ситуации раньше казались ему невозможными.

— Вот мы и здесь, — Гарри усмехнулся, поднимая изучающий взгляд на слизеринца. — Меня бесит, что ты выше.

— Что? — Драко не сразу понял, голова его была занята другими мыслями.

— Ну, это несправедливо. Мы одного возраста.

— Это потому что я умнее. — Драко вскинул подбородок, не удержавшись от привычной бравады.

— Да как это связано? — Гарри уже в открытую улыбался, и это было удивительно приятно, как будто на снег свалился луч солнца. — Тебе идет свитер.

— Поттер, я что-то пропустил? С каких это пор мы комплиментами обмениваемся? — спросил Драко, нахмурившись.

— С тех пор, как ты начал говорить не как злобная летучая мышь. — Гарри повёл плечами. — Пойдём в кухню? Есть хочу.

Обычно все ученики кушали в большом зале, где еда подавалась с размахом, а атмосфера напоминала о волшебных пиршествах из старинных сказок.

Кухня же место, куда обычно забегали ученики, не успевшие к трапезе. Там всё было по-другому: теплее, живее, без официозной помпы Большого зала. Там шептались, хихикали, ели руками и не боялись быть собой.

Драко замер на мгновение, пытаясь осознать, что только что произошло. Это была не просто шутка, это было приглашение, возможность провести время вместе, без ненужных напряжений, которые столько лет тянулись между ними.

— Хорошо, — наконец согласился он, стараясь придать своему голосу уверенность, хотя внутри всё у него трепетало от волнения.

Они направились по коридору, и когда Драко пытался удержать шаг с Гарри, он заметил, как их разговор становится все более легким. Когда они вошли в кухню, уютное тепло и насыщенные ароматы мгновенно окутали их, заставляя забыть о холоде снаружи. Аромат свежего хлеба и пряных пирогов проникает в ноздри, создавая атмосферу праздника. Теплый свет разливался по комнате, отражаясь в медных кастрюлях и старинных подсвечниках, создавая ощущение домашнего уюта. Эльфы, увидев Гарри и Драко, сразу же принялись накрывать на стол праздничную еду, их движения были юркими и слаженными, словно они танцевали под музыку, которую могли слышать только они. Парни сели за один из деревянных столов с потемневшей от времени поверхностью.

— Ты справляешься с уроками? — спросил Гарри, наливая себе сок. — Амбридж будто делает всё, чтобы мы забыли, что такое волшебство.

Драко не хотел признавать, что он внутренне заколебался, но увидев, как аппетитно Гарри пожирает индейку, страх и неловкость отступили. В конце концов, он решил, что не столкнется с осуждением.

— Ну... у меня не очень получаются заклинания по ЗОТИ, да и практиковать их негде, а в Слизерине буквально все готовы служить этой женщине, — признался он, чувствуя, как внезапная открытость ему даже понравилась.

Драко заметил, как Поттер задумался, его жевание на мгновение остановилось, и это мгновение принесло с собой легкие волны паники. Словно он сказал что-то не так, и теперь ожидал, что Гарри отвернется и уйдет.

— Я могу тебе с этим помочь, — произнес Гарри слишком тихо, и Драко подумал, что его разум играет с ним. Если бы он не увидел, как движутся губы Поттера, он бы решительно заявил, что это всего лишь игра воображения.

— Что? — переспросил он, не веря своим ушам.

— Я говорю, что могу тебе помочь, — продолжил Гарри, но уже громче. — Я, оказывается, неплохо учу.

В его голосе звучала искренность, и в этот момент Драко уловил в нем что-то большее, чем просто готовность помочь. Это было как легкое прикосновение к тому, что они могли сблизится еще больше.

— А где мы будем заниматься? В Большом зале под надзором Амбридж? — воскликнул он, так и не в силах сдержать легкую иронию. Мысли о возможных наказаниях побуждали его поводить взглядом по уютной кухне, где звуки приготовления создавали голосистую симфонию, расслабляя напряженные плечи.

— В Выручай-комнате, — ответил Гарри, глаза его зажглись лёгким азартом. — Это волшебное помещение на седьмом этаже. Она появляется только тогда, когда тебе по-настоящему нужно и меняет форму в зависимости от того, что ты ищешь. Так что у нас есть целых две недели, пока у нас каникулы.

Драко приподнял бровь, и Гарри, уловив его скепсис, добавил с усмешкой:

— Поверь, однажды она стала залом с мягкими креслами, библиотекой и полками с книгами, когда Гермиона искала, где спрятаться от Филча. А потом тренировочной площадкой, в ней есть всё, что тебе нужно, если правильно попросить.

Эта искра в его взгляде заставила Драко затаить дыхание, и вдруг он почувствовал, как его сердце начинает биться всё сильнее, а щеки покрываются розовыми пятнами.

***

Договорившись с Малфоем о том, что они встретятся после обеда на седьмом этаже, Гарри нервно поплелся в свою гостиную. Каждый шаг давался ему с трудом. Мысли о предстоящей встрече со Слизеринцем бурлили в голове, словно стремительный поток.

На самом деле Гарри выругался про себя в тот же момент, когда открыл Малфою секрет о выручай комнате, но он почему-то не смог промолчать. Губы его сами собой разжались, выпуская на волю слова.

Когда он вошел в гостиную, его встретила привычная картина: всего пара учеников, играющих в карты, но даже их веселые крики и смех не смогли развеять его напряжение. Теплый свет огней, отражавшийся от камина, создавал уютную атмосферу, а мягкие диваны и кресла приглашали на отдых, но Гарри не ощущал никакого покоя.

Подарки от друзей он открыл с самого утра. Семья Уизли, как и ожидалось, прислала ему некоторые связанные вещи, которые напомнили о теплых моментах, проведенных с ними. Среди подарков были яркие носки с узорами, которые Поттеру всегда нравились. Гермиона оставила ему книгу по изучению древних магических существ. Он знал, что, прочитав её, сможет пополнить свои знания о загадочных созданиях, которые населяют волшебный мир, но пока ему не до неё.

Рон подарил маленькую деревянную метлу, больше похожую на брелок для ключей. Она была аккуратно вырезана и покрыта тонким слоем лака, что придавало ей особую красоту. Сириус же прислал длинное письмо, в котором он делился своими мыслями и переживаниями, а также семейное кольцо. Он обещал себе бережно хранить этот подарок.

Переодевшись в более удобную одежду, Гарри почувствовал, как напряжение уходит из его тела. Он выбрал мягкий свитер и лучшие джинсы, которые идеально сидели и позволяли свободно двигаться. Устроившись возле камина, он любил слушать треск дров, подпитываемых огнем. Свет создал уютную атмосферу, и Гарри вздохнул с облегчением, наслаждаясь теплым покоем своего любимого уголка. Он достал перо и свиток бумаги, решив переписать некоторые заклинания, которым он хотел научить Драко. На его столе разложились свитки с тщательно записанными заметками, и каждый раз, когда он переводил взгляд на них, внутри появлялось чувство волнения и ожидания. Не исключено, что слизеринец уже знает большинство из них, но всё же ему хотелось быть готовым, чтобы не упустить ни одной детали.

Иногда он прикрывал глаза, представляя, как Драко, с его характерным недовольным выражением лица, сосредоточенно парирует заклинания. Улыбка невольно всплывала на губах Гарри, когда он думал о том, как Слизеринец, с его выдающимися способностями, может превратиться в равного партнера в их небольших «соревнованиях». Каждый штрих на бумаге вдохновлял его, ведь это была не просто учеба, это была возможность провести время наедине.

Поглядывая каждые полчаса на часы, Гарри не мог избавиться от ощущения, что время движется медленно, словно потягивающиеся облака на безоблачном небе. Золотые стрелки на циферблате тикали с неумолимой постоянностью, но для Гарри каждый из этих тиков подчеркивал его внутреннее волнение. Он глубоко вздохнул и отвел взгляд, стараясь сосредоточиться на заведомо подготовленных заметках, но мысли все равно ускользали, как песок сквозь пальцы.

Этот день был особенным, и такое сочетание нервозности и ожидания усиливало напряжение. Они собирались делать что-то вместе, не просто болтать о мелочах или кидаться пустыми колкостями, а настоящим образом учиться и практиковаться, занимаясь магией, которой Гарри хотелось поделиться с Драко. Мысль о том, что они будут вместе, стараясь понять заклинания и обмениваясь мнениями, вызывала в нем прилив энергии и неопределенности одновременно.

Учитывая, что замок остался полупустым, и залы и коридоры напоминали тихую, загадочную библиотеку, Гарри ощутил, что атмосфера вокруг него была на удивление свободной. За коридорами не так тщательно следили, поэтому Гарри, собравшись духом, решил не брать мантию-невидимку. Лишнего внимания он не привлечёт, поэтому сейчас у него была возможность спокойно встретиться с Драко.

Поднимаясь по старым и слегка скрипучим лестницам, он вновь ощутил щемящее волнение. По мере приближения к нужному этажу его шаги становились всё более неуверенными, и он стал ждать Малфоя, переступая с ноги на ногу, как если бы это помогало облегчить его нервозность. Время от времени он поглядывал в сторону коридора, который уходил вдаль, обеспечивая надежду на то, что уже совсем скоро появится знакомый силуэт. В сердце Гарри разгоралось желание, смешанное с ожиданием их совместной учебы. Тишина окружала его, прерываемая лишь редкими звуками шагов вдалеке. Казалось, само время замедлило свой ход, в то время как он ждал появления Драко.

— Здесь же ничего нет, — раздался в коридоре голос Драко, звучащий с лёгким раздражением и недоумением, будто он пытался убедить самого себя в очевидном.