Part 3. Tate McRae – Just Keep Watching (1/2)

Операция «Забота»

На следующее утро Сан проснулся за пять минут до будильника — случай настолько редкий, что он первым делом проверил, не свихнулся ли он окончательно. Но нет, сознание было кристально чистым, а в голове вертелась одна мысль: «Сегодня». Сегодня он начнет свою операцию.

Он даже позволил себе скрипящую от сна улыбку, когда Чонхо с опаской протянул ему стаканчик с кофе.

— Это американо, — макнэ сказал так, будто признавался в государственной измене. — Без дополнительных шотов. Я поклялся твоим вкусовым рецепторам.

— Ого, — Сан с комичным благоговением принял напиток. — Прогресс налицо.

Путь до ангара пролетел в приятном ожидании. Сан мысленно репетировал фразы: «How are you feeling?<span class="footnote" id="fn_40548962_0"></span>» (Слишком формально), «You look better today!<span class="footnote" id="fn_40548962_1"></span>» (А если не выглядит?), «That was quite a fall yesterday<span class="footnote" id="fn_40548962_2"></span>» (Напоминание о провале — не лучший старт). В итоге он решил положиться на свою фирменную тактику — искренность и лисью улыбку.

В ангаре царила уже знакомая суета. Даниэль была на месте, и это был первый позитивный знак. На ней снова был спортивный костюм, но на этот раз темно-синий, и, о чудо, ни очков, ни маски! Правда, лицо ее было бледным, а под глазами лежали темные тени, которые не скрывал даже мастерски наложенный макияж. Она тихо разговаривала с Джошуа, жестикулируя, но без прошлой резкости.

Сан сделал глубокий вдох и направился к ней, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Его план был прост: подойти под предлогом обсуждения вчерашней партии.

— Привет, — его голос прозвучал чуть хрипловато. Он кашлянул. — Эм, я хотел извиниться, если вчера было неудобно из-за моей реакции.

Даниэль обернулась. Ее карие глаза были большими и уставшими, но в них теплился интерес.

— Извиняться? — она удивленно подняла бровь. — Ты спас меня от жесткой встречи с полом. Это я должна сказать спасибо. Еще раз.

— Все в порядке, — Сан заулыбался, и его щеки сами собой залились румянцем. Черт, он хотел выглядеть уверенно, а не как пунцовый помидор. Он еще и без макияжа, черт возьми. — Я... эм... как ты себя чувствуешь сегодня? Выглядишь... более отдохнувшей.

Он мысленно дал себе подзатыльник. «Более отдохнувшей»? Звучало так, будто вчера она была похожа на зомби. К его удивлению, Даниэль тихо рассмеялась. Это был приятный, немножко хрипловатый звук.

— Спасибо, что спросил. Честно? Чувствую себя так, будто меня переехал грузовик, а потом сдал задним ходом для верности. Но это уже лучше, чем вчера.

— Грузовик? — Сан нахмурился, его джентльменские инстинкты зашевелились с новой силой. — Это... это что-то серьезное?

Девушка на секунду заколебалась, ее взгляд скользнул по его лицу, будто оценивая, можно ли доверять.

— Обычная борьба с чемоданом-убийцей на колесиках, — она отмахнулась, но в ее глазах мелькнула тень. — Он атаковал меня в аэропорту, когда я пыталась увернуться от толпы фанатов. Результат — растяжение и парочка впечатляющих синяков. Романтика гастрольной жизни.

В этот момент к ним подошел Уён, с любопытством разглядывая их.

— О, я вижу, вы уже нашли общий язык! — он подмигнул Сану. — Говоришь, ничего интересного, а сам тут с утра пораньше смол-токи заводишь.

Сан сглотнул, чувствуя, как горит все лицо.

— Я просто вежливо поинтересовался, — пробормотал он.

— Да, ваш Сан оказался джентльменом, — вступилась Даниэль, и от этого Сану стало одновременно и тепло, и еще более неловко. — В отличие от некоторых, — она с укором посмотрела на Джошуа, который жестами показывал, что все должны строиться.

— Ой, только не начинай! — застонал хореограф. — Ребята, сегодня работаем без эксцессов! Даниэль, ты уверена, что готова?

— Я буду просто отмечать движения, Джош. Обещаю, — она подняла руки в знак сдачи.

Репетиция пошла совсем по-другому. Даниэль, хоть и двигалась осторожно, была полностью вовлечена в процесс. Она ловила каждое движение ребят, делала замечания, предлагала идеи. Ее английская речь, быстрая и насыщенная , была для Сана одновременно вызовом и прекрасной музыкой. Он ловил себя на том, что слушает не столько смысл, сколько тембр ее голоса — низкий, с легкой утренней хрипотцой, невероятно выразительный.

Во время перерыва она подошла к группе, разминавшейся у стенки.

— Эй, парни, извините за тот спектакль, — она сказала, обращаясь ко всем, но ее взгляд на секунду задержался на Сане. — Джет-лаг — это жесть, а в сочетании с болью я превращаюсь в монстра.

— Да все в порядке, — первым отозвался Хонджун. — Мы сами иногда похлеще бываем после ночных записей.

— О, я не сомневаюсь, — ухмыльнулась Даниэль. — Кстати, капитан, насчет студии сегодня? Все еще в силе?

Хонджун, пойманный врасплох, снова начал заливаться краской.

— А? Да, конечно! В семь? Я... я подготовлю собранный нами материал.