Опасные статусы (2/2)
В тот вечер Джин-Ву был особенно восхитителен: не сводил глаз с Джин-Чоля, показывал фотографии, снятые на первых совместных рейдах с Джин-Хо, и они вместе выбирали три самых дурацких образа мистера Ю в кричащих доспехах.
Вспомнив об этом, Джин-Чоль замер: сегодня он и сам облачился в броню. Неброские, но мощные, проверенные десятками боев, его доспехи разительно отличались от несуразных лат Ю Джин-Хо, но наверняка вызывали у Сон Джин-Ву такую же реакцию. Все вопросы, связанные со странным поведением у врат, тут же отпали.
Джин-Чоль вздохнул и постарался переключиться на наблюдение — в конце концов, именно за этим он сюда и пришел. Как и ожидалось, теневые солдаты Сон Джин-Ву действовали идеально: один отряд разил монстров, пока другие собирали магическую руду, мана-камни и трупы. Безукоризненно отлаженная система, которой могла позавидовать любая опытная гильдия.
— А вот и босс, — усмехнулся Сон Джин-Ву, кивая на выползшего на свет огромного нага. — Отменить призыв всех солдат, кроме добывающего отряда.
— Они могли справиться и сами, — нахмурился Джин-Чоль, на рефлексе принимая боевую стойку. Наг был чудовищен — полноценный «А»-ранг.
— Если буду все время посылать теневых солдат, заржавею, — усмехнулся охотник, закатывая рукава. — К тому же… — Сон Джин-Ву бросил на Джин-Чоля нечитаемый взгляд: — Мне необходимо отвлечься…
Сон Джин-Ву взлетел к сводам подземелья, и Ву Джин-Чоль замер: так же, как и в тот раз, когда охотник в одиночку бился с гигантским орком. Джин-Чоль с трудом отслеживал его молниеносные атаки — настолько быстр и точен был новый корейский «S»-ранг. «Национальный», — подумал он, завороженно наблюдая за схваткой. — «Сон Джин-Ву поднялся на уровень национального…». Он не мог не любоваться Сон Джин-Ву. Да что там — был просто не в силах отвести взгляд. Джин-Ву был безупречен. Совершенен.
— Сколько у нас времени до закрытия подземелья? — пробормотал Джин-Ву, когда босс с грохотом свалился на землю, а его тень успешно присоединилась к армии. — Ты бывал в «А»-ранговых вратах чаще меня.
— Думаю, около десяти минут, — прикинул Ву Джин-Чоль. — Не больше.
— Отлично, этого хватит, — кивнул Джин-Ву и повернулся к Джин-Хо и теневым солдатам: — Идите, мы вас догоним.
Ю Джин-Хо хотел было возразить, но, встретившись с Джин-Ву взглядом, послушно засеменил к выходу.
— Что-то случилось? — нахмурился Джин-Чоль, проводив глазами мистера Ю.
— Да, — вздохнул Сон Джин-Ву. — Если я не поцелую тебя прямо сейчас, случится что-то страшное.
Джин-Чоль замер: такого он ожидал в последнюю очередь. Но Джин-Ву был истинным мастером, знающим сто и один способ перевернуть мир.
— Я при исполнении, — пробормотал Джин-Чоль, чувствуя, как заливается краской до кончиков ушей. — Это непрофессионально.
— Если ты не планировал этого… — Джин-Ву медленно приближался своей грациозной опасной походкой. — То зачем надел эти доспехи?
— Доспехи? — Джин-Чоль нервно сглотнул, переводя взгляд на блестящие наручи. — Я не вполне тебя понимаю…
— Ты не знаешь, да? — прошептал Джин-Ву, невесомо проводя кончиком пальца по кирасе. — Даже не догадываешься, как выглядишь?
Ву Джин-Чоль окончательно впал в ступор: они стояли посреди пещеры, своды которой могли рухнуть в любой момент, но вместо подземелья рушился сам Джин-Чоль.
— Я ни за что не отдам Джин-А твой снимок в этих доспехах, — ладонь Сон Джин-Ву поднялась к шее, и у Джин-Чоля остановилось сердце. Где-то на периферии с шумом упали перчатки. — Никому не отдам.
Сон Джин-Ву определенно был охотником магического класса, потому что творил страшную магию: руки Джин-Чоля обретали собственный разум и беспорядочно бродили под безразмерной толстовкой, прямо по теплой гладкой коже, по которой тут же пробегали восхитительные мурашки; пальцы перебирали мягкие черные пряди, а сердце грохотало так, что по темной пещере разносилось гулкое эхо. Джин-Чоль плавился под металлом и бормотал в губы Джин-Ву какую-то бессвязную чушь, а тот отвечал неуловимым шепотом. Они целовались, пока над головами не затрещало.
— Мы здесь погибнем, — такая перспектива не то чтобы пугала, но Джин-Чоль все же нашел в себе силы осторожно высвободиться из объятий Джин-Ву. — Нам пора.
— Да, — Сон Джин-Ву спрятал под капюшоном красные зацелованные щеки. — И правда пора.
Джин-Чоль глубоко вдохнул и, благодаря доспехи за возможность скрыть явное возбуждение, быстро двинулся к выходу. Сон Джин-Ву шел рядом: совершенно спокойный и собранный. И Джин-Чоль наверняка бы поверил в это внешнее равнодушие, если бы не знал, что именно прячется под черным капюшоном. Они быстро пожали руки перед камерами, официально скрепляя сотрудничество Ассоциации и гильдии «Аджин», и разошлись.
♞ ♘ ♞
В себя Джин-Чоль пришел, только стоя под душем в раздевалке.
— Ну, шеф Ву, что скажешь? — нетерпеливо спросил Ко Гон-Хи, когда заместитель опустился в кресло напротив. — Как это было?
«Потрясающе», — Джин-Чоль едва не прикусил язык.
— Охотник Сон Джин-Ву способен зачистить в одиночку подземелье «А»-ранга. Также я убежден, что ему по силам и подземелье «S»-ранга. — максимально ровно ответил он, но все же не удержался: — Это была… удивительная бойня, председатель. В течение часа я предоставлю письменный отчет.
— Подождет до завтра, — отмахнулся Ко Гон-Хи. — Самое главное я уже узнал. Сегодня отдыхаем, Джин-Чоль. И не спорь.
Шеф Ву не без ужаса подумал о том, что будет делать весь оставшийся день — на работе у него был хотя бы призрачный шанс ненадолго забыть прикосновения и теплое дыхание на коже. Но работа внезапно пропала, а вместе с ней и надежда на относительный покой. С появлением Сон Джин-Ву такое понятие как покой в принципе постепенно исчезало.
Джин-Чоль поклонился и медленно покинул кабинет, прикидывая, кого может найти в спортзале — действие холодного душа спадало, и ему вновь требовалось выпустить пар.
«Джин-А встала с дивана. Чтобы меня отпинать. Увидела тебя по телевизору и поняла, что мы знакомы»
Джин-Чоль гипнотизировал машину, стоя на парковке перед ассоциацией, когда телефон в кармане выдал хорошо знакомый сигнал.
«Ты официально приглашен на ужин. Я сделал все, что мог. Завтра в семь»
Джин-Чоль потер переносицу: покой был утрачен безвозвратно. Все, что оставалось — смириться. Он вздохнул и набрал ответ:
«Какие десерты любит твоя семья?»
Джин-Ву не заставил себя ждать:
«Мама ест простые пирожные, Джин-А любит шоколадное мороженое. Спасибо»
Джин-Чоль только покачал головой, прикидывая, какой из шести идентичных черных костюмов выглядит приличнее, и сел в машину, предвкушая полную вопросов бессонную ночь. Вопросов было слишком много. Например, Джин-Чоль не представлял, как именно будет завтра объяснять председателю просьбу закончить работу пораньше. «Я иду на ужин к охотнику Сон Джин-Ву, потому что…» — Джин-Чоль хмуро покосился на красный светофор. В висках закололо сильнее обычного.— «Потому что он меня заколдовал». Если подумать, с этим он мог справиться — в конце концов, он действительно помог Сон Джин-А, и желание девочки лично поблагодарить своего защитника было логичным. Причина обоснованна. Другое дело — сам ужин.
— Здравствуйте, госпожа Пак, здравствуй, Сон Джин-А. Я сотрудник Корейской Ассоциации охотников и я… — обратился Джин-Чоль к зеркалу, наматывая очередной бесцельный круг по городу, и тут же прикусил губу. — И я друг Сон Джин-Ву.
Звучало откровенно жалко. Сон Джин-Ву был кем угодно: тенью над вечерним городом, опасным шепотом над ухом, волшебным чудищем из таинственного подземелья… Только не другом. Светофор моргнул зеленым, и Джин-Чоль перестроился, паркуясь у ближайшей аптеки: домашние запасы аспирина иссякли, а внутреннее чутье подсказывало, что вскоре ему пригодятся все шипучие таблетки этого безумного мира.
— Все, что есть, пожалуйста…
Джин-Чоль, задумчиво разглядывающий витрину, свел брови — голос человека, склонившегося к фармацевту, был знаком слишком хорошо. Как, впрочем, и костюм с прической — этот образ шеф Ву безошибочно узнает, где и в каком состоянии бы он не находился. Чхве Джон-Ин печально сгреб с прилавка гору никотиновых пластырей и протянул карточку.
— Неожиданная встреча, не правда ли, шеф Ву? — сверкнул очками Универсальный Солдат. — Если вы за пластырями, то, боюсь, я скупил все.
— Я не курю, — изогнул бровь Джин-Чоль. — И вы это знаете, Мастер Чхве.
— Я теперь, как видите, тоже, — Джон-Ин кивнул на увесистый пакет. — Точнее, усердно бросаю.
— Не думал, что это когда-нибудь случится, — признался Джин-Чоль.
— Моя вторая половина, — всегда бархатный голос Джон-Ина стал еще глубже и мягче. Это казалось невозможным, но слух не обманывал. — Обладает крайне острым обонянием. И не переносит табачный запах.
— Вот как… — Джин-Чоль вернул вежливую улыбку. — В таком случае решение вполне оправдано.
— Всем нам приходится чем-то жертвовать, — кивнул Джон-Ин. — Ведь так, шеф Ву?
Он забрал чек, и, шурша пакетом, исчез, оставив Джин-Чоля наедине с провизором и тяжелыми мыслями. Чхве Джон-Ин был мастером намеков разного калибра, и подобный — весьма прозрачный — слышать было странно. Ву Джин-Чоль ни разу не пересекался с Универсальным Солдатом со дня рейда и теперь наблюдал очевидные изменения. Чеджудо в своей манере перемолол каждого.
Ву Джин-Чоль быстро купил аспирин, и, сам не заметив как, добрался до дома: в голове все еще крутилась последняя брошенная Джон-Ином фраза.
— Ты не торопился, — шепнула тень голосом Сон Джин-Ву, когда Джин-Чоль тихо прикрыл за собой дверь и прошмыгнул в коридор.
Джин-Ву лениво подпирал проем ведущего на кухню коридора.
— Ты не ждал, — ничуть не удивившись, слабо улыбнулся Джин-Чоль. — Ждал тот, с кем ты поменялся.
— Верно, — Сон Джин-Ву по-хозяйски забрал из его рук аптечный пакет и нахмурился, посмотрев содержимое. — Если у тебя болит голова, мог бы сказать мне.
— Аспирин привычнее, — пожал плечами Джин-Чоль, скрываясь в ванной. Он ничуть не волновался: просто умывался ледяной водой и надеялся, что Сон Джин-Ву все же решит не заглядывать к нему.
Тяжелый взгляд Универсального Солдата таял — Джин-Чоль вновь погрузился в воспоминания о самом необычном рейде из всех, что были. Шею, щеки и виски обжигали фантомные поцелуи, и никакая вода не могла смыть с кожи незримые следы губ Сон Джин-Ву.
Джин-Чоль надеялся найти Джин-Ву на кухне — там их бы разделял стол, но охотник сидел на диване, уложив длинные ноги на кофейный столик. Немного помаявшись, Джин-Чоль сел в кресло напротив — теперь между ними был только резко загустевший воздух.
— Случилось что-то важное?
— Тебе, как обычно, интересны мои мотивы? — прищурился Сон Джин-Ву, принимая серьезную позу. — Хорошо.
Джин-Чоль глубоко вдохнул, мысленно проклиная свою квартиру за отсутствие голосового управления светильниками — в полумраке Сон Джин-Ву выглядел особенно опасно.
— Первый: я хотел еще раз поблагодарить тебя за то, что ты согласился на ужин с моей семьей. Я очень это ценю, — Джин-Ву плавно поднялся. — Второй: я хотел тебя увидеть.
Сон Джин-Ву склонился над Джин-Чолем, обеими руками упираясь в подлокотники и отрезая все пути к отступлению.
— В доспехах. В костюме. В полотенце, — Сон Джин-Ву говорил спокойно и ровно, но Джин-Чоль едва слышал — лишь смотрел в его глаза и видел, как там, в глубоком темном космосе, взрываются и рождаются звезды. — Я хотел тебя.
Джин-Чоль мог только молчать. Огромные зрачки напротив, как черные дыры, поглотили все: принципы, воспоминания, мысли, слова. Джин-Чоль не понял, когда успел подняться и обнять Джин-Ву. Не помнил, как подхватил его под ягодицы. Не помнил, как Джин-Ву тут же обхватил его ногами. Не помнил, как они оказались в темной спальне — единственной комнате, куда Джин-Чоль его не пускал.
— Раздевайся, — выдохнул он, и Джин-Ву одним движением смахнул безразмерную толстовку.
Ву Джин-Чоль впустую потратил десятки часов на форумах: все советы и алгоритмы оказались бесполезны. Вряд ли на авторов этих статей хоть раз смотрели так, как смотрел Сон Джин-Ву. Вряд ли их обнимали и целовали так, как Сон Джин-Ву. И уж точно перед ними не опускались на колени так, как Сон Джин-Ву.
Сон Джин-Ву — сильнейший человек в стране, в мире, — стоял перед ним на коленях и смотрел так, что перехватывало дыхание. Но даже на коленях, Джин-Ву умудрялся выглядеть как минимум богом. Джин-Чоль знал, что должен закрыть глаза, но не смог отвести взгляд.
— Если я сделаю что-то не так, — прошептал Джин-Ву, и впервые Джин-Чоль услышал в его голосе неприкрытое, оголенное до самых глубоких нервов волнение: — Скажи.
Джин-Чоль только слабо кивнул, а потом мир перевернулся окончательно и уже не встал на место. Потому что потом Джин-Ву лежал перед ним, сбросив всю невидимую броню, открытый и беззащитный. Потому что Джин-Ву тихо стонал, когда Джин-Чоль, призывая весь оставшийся самоконтроль, балансировал на грани осторожной мягкости и безудержного неистовства. Холодный и твердый снаружи, внутри Сон Джин-Ву оказался невероятно нежным, горячим, трепещущим.
Джин-Чоль никогда не вспомнит, сколько минут или часов прошло до того, как он, дрожа, рухнул. Но никогда не забудет, как звучало его имя, сорвавшееся с губ Джин-Ву.
♞ ♘ ♞
Сеул еще спал, когда где-то под кроватью раздался требовательный сигнал. Джин-Чоль, тоже спавший, и весьма крепко, нашарил телефон и не глядя принял вызов.
— Джин-Чоль! Случилось непредвиденное. Мне нужно связаться с охотником Сон Джин-Ву, но он недоступен. У тебя есть мысли, где его можно найти? — взволнованно спросил председатель.
— Это тебя, — сонно пробормотал Джин-Чоль, и, ткнув мирно сопящего под боком Джин-Ву, сунул ему под щеку трубку, чтобы тут же закрыть глаза, отключаясь до самого утра.