Ранги доверия (1/2)
Шеф Ву долго вглядывался в монитор, пытаясь понять, не мерещится ли ему: «S»-ранговый охотник нанялся шахтером. Сон Джин-Ву был по-настоящему сложным для понимания. Джин-Чоль провел бессонную ночь, путаясь в мыслях и ощущениях, но так и не решил, как именно относится к Джин-Ву. Охотник не проявлял ни агрессии, ни высокомерия — частых спутников сильнейших. И Джин-Чоль был готов поставить свое годовое жалование на то, что Джин-Ву ни разу ему не лгал. Недоговаривал, опускал детали, но не лгал. И от этого на сердце становилось еще тяжелее: равнодушие, с которым Джин-Ву воспринял признание Джин-Чоля, было искренним.
Ву Джин-Чоль не мог уснуть, потому что своими руками убил человека. Ворочался на прохладных простынях, прикрывал глаза рукой и растирал гудящие виски. Пусть не в первый раз. Пусть жестокого и опасного, но человека. Он. Убил. Человека.
«Человеком он был неважным», — звучал в ответ голос Джин-Ву. Джин-Чоль знал, что Сон Джин-Ву уже убивал. Кан Тхэ-Сик определенно был неважным человеком, как и Хван Дон-Сок: Ассоциация больше года искала достаточные доказательства его вины в гибели охотников, но подонок слишком хорошо скрывал следы преступлений. Джин-Чоль не сомневался, с Хваном расправился именно Сон Джин-Ву и имел на это полное право. Становилось ли легче после таких размышлений? Едва ли. В противном случае Джин-Чоль смог уснуть хотя бы под утро.
Сила пьянит, стирает границы, притупляет мораль. Джин-Чоль знает это лучше всех. Сегодня Сон Джин-Ву видит разницу между самообороной и убийством, но уже завтра все может измениться.
Джин-Чоль потер переносицу и с тоской покосился на пустую кофейную кружку. Спать хотелось страшно, но еще больше — провалиться под землю от стыда. Скомканное «Доброй ночи, Джин-Ву» и неровные спешные шаги к дому он забудет еще нескоро. Джин-Чоль мог списать нелепую реакцию на усталость, но лгать себе — паршивая затея. Вот только и признать правду он не в состоянии. Правду следует признавать, если она известна и понятна, а Джин-Чоль не знал ни черта. Не понимал. Сон Джин-Ву действительно был слишком сложным.
Ву Джин-Чоль тряхнул головой в попытке выбросить тяжелые мысли: толку от них все равно никакого. Быстро распечатав отчеты, шеф Ву собрал папку и направился к Ко Гон-Хи — после личной встречи с Сон Джин-Ву председатель попросил заместителя отслеживать «S»-ранга Кореи. Джин-Чоля задача ничуть не удивила и ни капли не нагрузила — он и так следит за Сон Джин-Ву. И думает-думает-думает.
— С «Охотниками»? Шахтером? Он все-таки очень сложный! — покачал головой Ко Гон-Хи. — Не понимаю его!
Джин-Чоль немного расслабился. По пути в кабинет председателя он всерьез задумался, что не способен выстроить логические связи в силу собственной некомпетентности; не замечает сигналы, потому что смотрит только в глаза Джин-Ву.
— Я тоже не понимаю, — поджал губы Джин-Чоль. — И что-то мне подсказывает, что не пойму. До тех пор, пока охотник Сон не решит сам все объяснить. Если решит.
— «S»-ранги не объясняют. Они для этого слишком важные, — в голосе председателя зазвучала горечь. — Сила, шеф Ву, поднимает их выше пустяков вроде объяснений перед обычными людьми.
— Не все «S»-ранги такие, — Джин-Чоль осторожно коснулся пальцами гладкой столешницы. — Например…
— Да-да. Твой друг Бэк Юн-Хо, например. Или Мин Бьен-Гу, — вздохнул Ко Гон-Хи. — Но Белый Тигр основал свою гильдию и регулярно устраивает настоящую бойню за «А»-ранговые подземелья. Иногда прямо в этом кабинете. А что до Мин Бьен-Гу… Наш единственный «S»-ранговый целитель отошел от дел и учится на педагога. Все, на что он соглашается — лечение самых сложных случаев и частные консультации. Они мыслят иначе, Джин-Чоль.
— Я говорил не о Юн-Хо или Бьен-Гу, — мягко улыбнулся Джин-Чоль. — Я говорил о сильнейшем «S»-ранге Кореи. Он охотно объясняет свои мысли и даже тренирует нерадивых подчиненных.
— Брось, шеф Ву, — Ко Гон-Хи отмахнулся, но улыбку сдержать не смог. — Ты слишком добр к старику. Да и какой я теперь охотник? Так, штаны протираю на утомительных совещаниях.
— Как скажете, председатель, — Джин-Чоль склонил голову, пряча неслышный смешок: слухи о последнем «утомительном» совещании, на котором Ко Гон-Хи настолько запугал министра финансов, что тому пришлось экстренно ретироваться в мужскую уборную, еще не стихли. Джин-Чоль в сплетни особенно не вслушивался — вполне хватало воспоминаний из первого ряда. Зрелище вышло крайне занятное.
— Так или иначе, — председатель прочистил горло и заговорил уже иначе — тихо и серьезно: — Мы не можем позволить Сон Джин-Ву присоединиться ни к одной из существующих гильдий. Иначе нашему балансу окончательно придет конец. И ни в коем случае мы не должны допустить его отъезда из страны. Хватит с нас Хван Дон-Су. После того, как ранг охотника Сона будет подтвержден, мы утонем в официальных и неофициальных запросах на встречу с ним. Так что готовимся к обороне, шеф Ву.
— Да, председатель, — кивнул Джин-Чоль. — У нас было два года, чтобы набраться сил…
— Ча Хэ-Ин мы все же упустили… — нахмурился Ко Гон-Хи. — Она подписала контракт с «Охотниками».
— Отказать Универсальному Солдату сложно, — пожал плечами Джин-Чоль.
— Но ты же отказал, — подмигнул Ко Гон-Хи. — И не единожды.
Раньше Джин-Чоль часто думал, почему Ча Хэ-Ин примкнула именно к «Охотникам». По рассказам Юн-Хо он знал, что «Белый тигр» предлагал ей такую же зарплату и собственный атакующий отряд. Вот только сильнейшая женщина Кореи предпочла занять место рядом с Чхве Джон-Ином в щегольском костюме. Могла выбрать «Жнецов», «Славу» или «Рыцарей», но не стала. Именно тогда шаткий мир между Юн-Хо и Джон-Ином рухнул окончательно.
Ву Джин-Чоль никогда не спрашивал у Юн-Хо о причинах неприязни к Универсальному Солдату, знал только, что история брала начало на острове. После Чеджудо все вернулись другими. Те, кто смог вернуться. Чеджудо сломал каждого. Бэк Юн-Хо тогда много пил и рычал на всех, кроме Джон-Ина — Мастера Чхве Белый Тигр предпочитал просто игнорировать. Пока «Охотники» не завербовали Ча Хэ-Ин. С тех пор Джон-Ин регулярно принимал словесные оплеухи и невозмутимо улыбался, отчего Юн-Хо раздражался еще сильнее. «Змея» — только так Юн-Хо и называл Гильдмастера «Охотников», и когда Чхве Джон-Ин особенно доставал Ассоциацию, Джин-Чоль с ним беззвучно соглашался.
— Мастер Бэк меня бы не простил, — Джин-Чоль представил реакцию товарища и невольно зажмурился, уж слишком страшной вышла картина. — Что до Сон Джин-Ву… Каждый охотник чего-то хочет. Охотник Сон ясно дал понять, что деньги, слава и власть его не волнуют. Нам просто нужно найти то, что его заинтересует.
— Не деньги. Не слава. Не власть… Он действительно сложный для понимания, — тяжело вздохнул Ко Гон-Хи, возвращаясь к документам. — Рассчитываю на тебя, шеф Ву.
— Приложу все усилия, — кивнул Джин-Чоль. Сказать было легко. Выполнить — другое дело.
Джин-Чоль понимал, насколько важен охотник Сон. Совсем скоро Сон Джин-Ву будут хотеть не только все корейские гильдии. Не пройдет и месяца, как к нему выстоится шеренга во главе с представителями США. К тому моменту Ассоциация должна дернуть правильный рычаг. И чем больше Джин-Чоль думал, тем меньше хотелось этот рычаг искать. Впервые за долгие годы было по-настоящему неспокойно. У сильных охотников хорошо развито чутье, и Джин-Чоль отчетливо ощущал опасность. Сон Джин-Ву — его личное подземелье «S»-ранга.
Сон Джин-Ву, безусловно, был невероятно сильным охотником и чутье имел соответствующее — за день он не написал ни слова. Джин-Чоль пролистывал входящие и испытывал смешанные чувства. С одной стороны, радовался, потому что не знал, как отвечать в случае чего. С другой — огорчался, опасаясь за хрупкую связь, от которой зависело слишком много. Джин-Чоль балансировал между противоречивыми состояниями весь день, и к вечеру вымотался больше обычного. Позднее он будет объяснять свое спонтанное и непродуманное решение именно усталостью, но в момент, когда пальцы споро стучали по экрану, в голове царила абсолютная пустота.
«Надеюсь, в шахтах было увлекательно»
Только отправив смс, Джин-Чоль понял, насколько облажался. Еще недавно план наладить контакт с сильным охотником и добиться лояльности к Ассоциации казался логичным, а главное — простым. Джин-Чоль учился дипломатии у лучших и весьма преуспел в наведении мостов, параллельно вырабатывая завидное терпение. Но с Джин-Ву все было иначе. Резервы истощались с поразительной скоростью. Глядя на откровенно дурацкое сообщение, Джин-Чоль добрую минуту хлопал глазами. «Надеюсь». «Увлекательно». Серьезно?
«Очень. Завтра иду снова, но ты ведь и так знаешь, да?»
Ответ пришел, когда Джин-Чоль наматывал сотый круг по квартире. Джин-Чоль не знал. Видимо, договоренность с шахтерами была устной, и Сон Джин-Ву собирались внести в списки только утром. Джин-Чоль устало опустился на диван и растер виски. Сон Джин-Ву не просто так закончил сообщение вопросом. Это было приглашение к диалогу, который Джин-Чоль сам и начал. Конечно, он мог откупиться парой ничего не значащих слов и банальным «всего хорошего». Но Джин-Чолю хотелось совсем не этого.
«Теперь знаю. Почему?»
Джин-Чоль решил не изменять новой традиции и ответить первым, что пришло в голову. Вместо пустоты там сейчас маршировал оркестр, гремела буря и, кажется, собиралось цунами. Мыслей стало слишком много. Джин-Чоль путался в них, терялся, как в песчаном вихре. На такой случай председатель всегда советовал выдохнуть и расслабиться. Джин-Чоль глубоко вдохнул. Выдохнул. Отложил телефон, прикрыл глаза и покрутил шеей, разминая затекшие за день позвонки. К моменту, когда по квартире разнесся сигнал нового сообщения, Джин-Чоль успел успокоиться. В конце концов, ничего страшного не случилось — он написал и ему ответили. Связь не оборвана, она есть — звучит высокой нотой и почти осязаема.
«Тебя интересуют мои мотивы?»
Сон Джин-Ву мог смело основывать свою собственную гильдию — мастерство отвечать вопросом на вопрос у него уже было, а официальный «S»-ранг он получит уже через два дня.
«Да»
Джин-Чоль был готов отдать многое, чтобы сейчас увидеть Джин-Ву. Понаблюдать за сдержанной мимикой, поймать прямой внимательный взгляд. Услышать спокойный ровный голос. Читать по лицу Джин-Ву было можно, только если он сам позволял, но Джин-Чоль запомнил каждое мимолетное выражение. Каждую позу. Воображаемый Сон Джин-Ву занял кресло напротив: в необычных глазах плескалась едва уловимая усмешка. «Хорошо, давай попробуем», — говорили эти глаза.
«Первый: до переоценки два дня, мне нечем заняться. Второй: захотел посмотреть на подземелья, о которых ты так увлекательно рассказывал»
Джин-Чоль вспомнил поход в кафе и тут же почувствовал, как щеки заливает румянец. Он добрый час самозабвенно расписывал Красные врата и «А»-ранговые подземелья, в которые ходил, когда еще состоял в гильдии. Джин-Ву задавал много вопросов, но последний отпечатался в памяти особенно хорошо, потому что после Джин-Чоль долго ломал голову над причиной.
— Как думаете, шеф Ву, может ли человек в одиночку зачистить такое подземелье? — спросил Сон Джин-Ву.
Шеф Ву ответил твердым «нет», ведь подобное невозможно.
«Еще мне пообещали двойную оплату за завтрашнюю смену. Скоро разбогатею»
Пока Джин-Чоль вспоминал их разговор, гипотетический, разумеется, Сон Джин-Ву успел написать еще одно сообщение. Джин-Чоль невольно улыбнулся, представляя охотника в каске и с киркой в руках. До пробуждения Джин-Ву работал на стройке. Эта деталь биографии Джин-Чолю нравилась и не нравилась особенно сильно. Сон Джин-Ву только закончил школу, когда его мать уснула. И совсем юному Джин-Ву пришлось взять на себя воспитание младшей сестры и больничные счета.
— Ты всегда был сильным, — прошептал Джин-Чоль, но написал другое.
«Пользуйся моментом. После переоценки в шахтеры тебя не возьмут»
Джин-Чоль с трудом удержался от глупого смайлика. Переписываться с Джин-Ву было так же, как и говорить — одновременно сложно и легко. Джин-Чоль закинул ноги на диван и улегся на бок, не сводя слипающихся глаз с экрана. Воображаемый Джин-Ву показательно зевнул и растворился в ночи. Джин-Чоль не удержался и тоже зевнул. Переписываться с Джин-Ву было приятно, но перспектива заснуть вот так, на диване с телефоном в руке, казалась совсем странной.
«Удачной смены. Доброй ночи, Джин-Ву. Извини, если побеспокоил»
Джин-Чоль набрал и отправил сообщение очень быстро, чтобы не возникло искушение изменить текст и задать какой-нибудь вопрос. А потом еще один. И еще. Но Джин-Ву действительно ждала смена в шахте, а к работе, пускай и временной, нужно относиться серьезно. Ответ последовал незамедлительно.
«Доброй ночи, Джин-Чоль»
А следом еще один. Тоже очень быстрый.
«Я рад, что ты написал»
Джин-Чоль уставился в экран и трижды перечитал сообщение. Джин-Ву не лгал ему, когда они разговаривали вживую. И вряд ли бы стал лгать в переписке, тем более по такому пустяку. Но последние слова все равно не укладывались в голове. Джин-Чоль отложил телефон, поднялся с дивана и скрылся в спальне. На прикроватной тумбочке у него стоял старый будильник, купленный из прихоти на каком-то блошином рынке. Юн-Хо шутил, что потрепанные часы очень подходят своему владельцу. Ву Джин-Чоль установил стрелку на шесть, проверил завод и накрылся с головой. Завтра он спишет это на усталость, но сейчас, пока ощущения свежи, приходилось признать правду — он сбежал от собственного телефона и спрятался под одеялом.
♞ ♘ ♞
Вопреки опасениям, Джин-Чоль спокойно проспал до самого утра. Кофе был крепким, кимпаб вкусным, а дорога до офиса быстрой. Впервые за долгое время он смотрел не только перед собой, но и вокруг, и эта картина ему действительно нравилась. На работе на удивление было спокойно — каждый занимался своим делом, а на стол шефа Ву ложились только хорошие отчеты. К обеду Джин-Чоль даже задумался, не сон ли все это — день складывался подозрительно хорошо. Развить мысль он не успел — в кабинет залетел обеспокоенный помощник, и от бумажки в его руке веяло неприятностями.
— Шеф Ву, с вратами «В»-ранга, которые выторговала гильдия «Охотники» на сегодня, что-то не так.
— О чем ты? — Джин-Чоль нахмурился и тут же поднялся из-за стола: в этом подземелье работал Сон Джин-Ву.
Разум напомнил о минимальном риске для шахтеров — «Охотники» редко допускали промахи, да и Джин-Ву может позаботиться о себе в случае чего… Но чутье твердило обратное. И это чувство совершенно нелогичного беспокойства Джин-Чолю совсем не нравилось.
— Одна из наших команд была неподалеку по другому делу… — пробормотал инспектор. — Их портативный измеритель маны начал сбоить. Показатели крайне… противоречивые.
— Собираем группу и едем, — Джин-Чоль поправил галстук и вылетел из офиса, на ходу распределяя задачи.
По пути к вратам Ву Джин-Чоль косился то на спидометр, то в окно: машина ехала слишком медленно, а небо нависало недобрым свинцом. Худшие опасения подтвердились, стоило только подойти к искрящим вратам: на первый взгляд стандартно-спокойные, они резко выстреливали тяжелыми сгустками магии, заставляя сердце сжиматься. День стремительно катился к черту.
— Охотница Ча Хэ-Ин была здесь, — почесал трехдневную щетину бригадир. — Ее тоже интересовал Сон Джин-Ву…
— Где он сейчас? — Джин-Чоль поправил темные очки, пряча округлившиеся глаза.
— Там, — бригадир указал на врата. — Носильщик передового отряда не вышел на работу, и парень вызвался помочь. Мисс Ча за ними пошла.
Джин-Чоль глубоко вдохнул: внутри два «S»-ранговых охотника, с передовым отрядом все будет в порядке. Все должно быть в порядке.
— А я говорил, что этот пацан слишком подозрительный! Наверняка убил кого, или что похуже! Раз уж здесь «Отдел надзора»! — в уши ударил неприятный грубый голос. Джин-Чоль покосился на безымянного шахтера — тот во всю доказывал товарищам, что Сон Джин-Ву опасен и наверняка замешан в странных преступлениях.