Часть 4 (1/2)

- Не знаю чего он так, ты уж не серчай на него, Катюш! На самом деле парень он хороший, и для секции нашей много делает. С детьми, с родителями очень грамотно себя ведет, поддерживает во всем, подход ищет.

- Ну раз вы так говорите, значит так оно и есть. Пойду что ли на корте его опробую!

Они быстро распрощались с тренером, впрочем не забыв договориться о дате следующего укола.

Катерина направилась к кортам. Уже на подходе она еще раз окинула взглядом этого непонятного человека: высокий, даже слишком, на подаче ему удобно, а вот у сетки наверняка страдает. И угрюмый какой-то. Надо все же как-то наладить отношения, начали не очень. Катерина постаралась отогнать от себя возмущение поведением этого мужчины и настроиться на тренировку.

Улыбаясь, она подошла к тренеру:

- Кажется нам стоит попробовать еще раз?! Я Екатерина -сказала она, протягивая ему руку.

- Я знаю. И вы знаете, как меня зовут. Так что предлагаю не тратить больше время и начать. Два круга вокруг кортов и на среднюю линию.

Катя оторопела…и почему-то подчинилась, начала движение трусцой по обозначенному кругу. -Что за хам?? -Какого черта в самом деле. Уже на половине круга дыхание начало сбиваться. Через круг предательское покалывание в боку намекнуло, что профессиональный спорт давно в прошлом. Едва живая она закончила бег и встала у задней линии.

- Я, кажется, сказал на середину. Хавкорт.

Его тон ужасно раздражал. Тщетно пытаясь отдышаться, она передвинулась ближе к квадратам.

-Держим мяч на близком расстоянии с отскока. Начали.

Он ввел мяч под право. Яркое крутящееся пятно подлетело сантиметров 20 над сеткой и ударилось примерно за полметра справа от нее. Катя дернулась на мяч, ноги даже вспомнили приставные движения, но слишком поздно, мяч уже улетел.

Медленный выдох. - Ну же! Соберись! Ты делала это полжизни. Этот мудак небось смеется над тобой.

Полетел второй мяч. Примерно туда же. Она успела, но удар получился плоским, начисто лишенным вращения и, взмыв на добрые метра полтора над сеткой, угодил в аут.

- Мяч надо крутить, иначе они все там будут.

Он страшно ее бесил. Конечно, она знала про подкрутку и раньше филигранно владела мячом. Могла в игре, на приличной скорости, положить его практически в любое место корта. Но сейчас не получалось. Он не дал размяться, постучать по стене, вспомнить.

- Еще разок. Крутим.

Мяч подлетел над сеткой. -Ну давай же! Сетка заколыхалась, обнимая мячик, влетевший в нее Катиным ударом. Было ужасно стыдно. И молодая женщина попыталась нивелировать это чувство легким юмором:

- Дааа…кажется я не в лучшей форме!

Ответа не было. Он не улыбнулся, не поддержал, не предположил, что это лишь следствие отсутствия тренировок и плохой разминки. Дмитрий просто продолжал накидывать мячи. Один из 3-4 ударов попадал в корт.

- Попробуем слева.

Катя всегда была стопроцентной правшой. Удары слева всегда были неудобными для нее. И по возможности она старалась их избегать, применяя обманную тактику.

Вот и сейчас она постаралась не просто подойти к мячу, а оббежать его, так чтобы удар пришелся все же справа от нее, хоть и на левой стороне корта.

- Что вы делаете? Я сказал пробуем слева. Зачем эти оббегания?

Он раздраженно выдохнул и продолжил.

Катя попадала неуверенно, мяч отскакивал куда придется, о «держать» не было и речи. Кажется не более пары раз на корзину ей удалось вернуть мяч сопернику в заданное место корта. Теперь помимо неприятного тренера ее мучало разочарование. -Как же так?? Столько лет отдано теннису, столько времени, денег…и даже большее. Здесь в мыслях выстроилась прочная стена. За ней на веки была похоронена страшная боль. Она давно туда не заглядывала, не могла, это было слишком, мешало жить, дышать, существовать.

-На заднюю линию.

Здесь было спокойнее. В былые времена она редко играла на хавкорте, не ее стиль. Уж либо длинные с задней линии, либо атака у сетки. Мышцы разогрелись, телесная память начала оживать. Наконец, она сама начала видеть вращение мяча. Он подлетал над сеткой сантиметров на 10-20 и попадал четко в корт. Уши слышали правильный звук. -Ну вот, вот так, давай родная, ты все вспомнишь. Только гони эти мысли, не нужны они, лишнее.

-Ну вот! С задней-то вроде ничего! Да?- воскликнула Катя, надеясь увидеть хотя бы легкое одобрение.

-Теперь слева -послышался тихий басовитый голос с той стороны.

Ей совершенно не удавалось разрядить обстановку, никак! Тренер не реагировал на шутки, усмешки, улыбки и реплики. Не смотря на трепет перед этой игрой, не смотря на ностальгию, сейчас было очень неприятно.

Посыпались мячи налево. И снова стало получаться плохо.

- Вы не крутите! Снизу-вверх, снизу-вверх! Причешите его. Это база!

Катя поймала себя на мысли, что хочется плакать. «Это база»- Боже, как же унизительно! Да как ты смеешь? Ты хоть знаешь, какой у меня был уровень? Да я толком не играла почти 15 лет! -мысли снова носились в голове. Это мешало сконцентрироваться, изнуряло.

- Я предлагаю закончить.

-Что? -Катя действительно не поняла. Закончить на задней? Или закончить вообще?

-Мне все понятно. Не вижу смысла больше тратить время. Если у вас и была техника, то сейчас она полностью утрачена. С таким уровнем на турнире делать нечего. Будем играть тем составом, который есть.

-Но…Игорь Ильич попросил меня… До турнира ведь есть время. Вы можете потренировать меня?

-Ну у Игоря Ильича бывают странные решения. Вы видели, я провел диагностику. Вы слева не держите вообще. Справа еще хоть как-то, но это не турнирный уровень. О чем тут может быть речь?

- А если позаниматься? Давайте платно, мне подходит.

-Мне это неинтересно. У меня много часов, даже слишком. Вас Игорь Ильич попросил поиграть, меня потренировать, мы оба не хотим расстраивать старика, но это не повод идти на поводу у его странных идей. На турнир везу я, я же определяю участников. И сейчас я вижу, что вы нам не подходите. Говорю, как есть.

А теперь, извините, я очень устал и поеду.

На одном дыхании произнеся все это, Дмитрий развернулся и вышел с корта.

Катя стояла и молча смотрела ему в след. Было почти физическое ощущение, что с головы на плечи и ниже стекают помои. Она не помнила, чтобы кто-то вообще мог разговаривать с ней в подобном тоне. Да, объективно она была не в форме, и была с этим согласна. Но что за тон? Что за обесценивание? Почему нельзя было деликатно сказать: « Катерина, вы ведь видите, уровень сейчас не турнирный. Думаю, в этот раз мы не успеем. Если есть такое желание, можно поискать с кем позаниматься, я сам, к сожалению, не располагаю временем». И все!! Она была бы даже рада!

Свободного времени в жизни было мало критически. Это она сделала одолжение, она пришла…и вот так?? Черт побери! Она взрослый состоявшийся человек, хирург! Завотделением! На нее смотрят как на небожителя, заискивающе! Ей благодарны, если она снизошла! Если нашла время подробно объяснить, успокоить, поддержать. Она купалась в этой благодарности ежедневно! К ней на консультацию приезжали из соседних городов. И она брала всех. Задерживалась, перерабатывала, но брала. А этот…Да кто ты такой? Тренер детский? Чего в жизни достиг? Что-то нет тебя в мировых рейтингах!

Пыхтя от гнева она нажала на педаль газа. Хорошо, что сегодня сын с мужем уехали на двухдневную рыбалку. Нужно побыть одной, переварить, пережить. А со стариком что делать? С этой его просьбой. Кажется, она была зла и на него. Это ведь он устроил это «волшебное» знакомство. «Дима то, Дима это…Дима так много делает для секции». -Тьфу, блин! Да обычный хам, каких сотни.

-Ну ничего-ничего…мир тесен. А уж в таком мелком городке, где на весь город одна больница, встретиться очень легко! Последняя мысль подействовала отрезвляюще. Катя устыдилась ее, врач не должен желать человеку болезни, никогда, ни при каких обстоятельствах.

Дмитрий влетел в тренерскую. Собственный монолог, произнесенный перед этой девушкой, сильно взволновал его.

- Твою же мать! Он резко скинул с плеча сумку. Не следовало быть таким грубым. Сейчас его начали съедать угрызения совести. Он вспоминал, как впервые будучи 6-летним мальчиком пришел на корт с бабушкой. Это была крытая часть. Под потолком светили лампы, заливая зеленую разлинованную площадку ярким светом. Им на встречу вышел коренастый крепкий мужчина. Дима сначала его немного испугался. Мужчин в его окружении почти не было, разве что отец Роговых -Семен. Это был неопрятного вида мелкий мужичок, который работал настройщиком оборудования на фабрике; все свое свободное время он проводил исключительно в компании бутылки. Его не смущали ни пересуды соседей, ни глаза собственных детей. Пьяный он громко ругался, гонял мальчишек, мог заблевать общий туалет - если, конечно, добегал. Для Димы было тайной, как тетя Ира смогла родить от него не много-не мало пятерых сыновей!

Игорь Ильич был другим. Опрятный, всегда гладко выбрит, а если подойти вплотную, можно было почувствовать легкий запах мыла. Тренер никогда не ругался сам и не позволял ругаться детям. Да и дети на тренировках были другие. До занятий теннисом маленький Дима знал только соседских мальчишек, а они манерами не отличались. Здесь же всё было иначе. Дети из хороших семей, качественная форма, еда, куча репетиторов. Конечно, они все равно были дети, и хулиганства, козни, обзывательства- всё это было им не чуждо. Но другие. Димка всем сердцем полюбил этот мир. Здесь ему было спокойно. Под защитой и покровительством этого мужчины он рос, готовый в нужный момент стать его приемником. И вот сегодня в этот его мир, где все происходит только с его разрешения и одобрения, вторглась эта медичка. Представительница беспардонной, наглой, не уважающей личное пространство, профессии. Подумать только, кем бы ты ни был, вот хоть профессор, депутат, тренер -не важно, если у тебя болит, ты полностью им подвластен. Скажет снимай штаны, и снимешь, раздвигай ягодицы- и раздвинешь. В тебя могут всадить иглу, залезть руками в самые потаенные уголки твоего тела, или быть может залить в кишки столько жидкости, что ты будешь орать и молить о пощаде…

Он не хотел, чтобы она здесь была. Это его место, его мир, и если тогда, в детстве, он не мог сказать нет; точнее он говорил, конечно, говорил-кричал-плакал, просто никто не слушал, то сейчас он в состоянии. Она не будет играть. Не здесь. Не с ним.