Часть 13 (2/2)

Мать Огая работала проституткой в одном из портовых борделей. Неуважение на работе, муж-тиран, плохое питание сделали своё дело. Некогда черноволосая красавица, превратилась в серую посредственность. А сифилис, которым наградил её какой-то посетитель, добил. Она зачахла на глазах, но до последнего мгновения жизни старалась улыбаться ради шестилетнего сына. Женщина ни разу не показывала ему своих слёз, как она думала.

Огай слышал её всхлипы по ночам, наигранный улыбку, потухший взгляд… Но что мог сделать ребёнок? Он часто обнимал мать, хорошо учился, помогал по дому.

— Мам, давай сбежим, — как-то ночью, пока отца не было дома, предложил он.

— Зайка, — нежные руки погладили его по голове. — Зачем? Папа тебя любит.

— Но…

— Всё, давай спать.

И почему все любимые люди покидают его? Мори выскочил из квартиры, захлопнул дверь, скатился по ней и уставился в одну точку. Мысли путались, в носу щипало. Парень уткнулся в колени и затих. Сколько он так просидел, он не помнит.

Обратно в реальный мир его вернул пинок в бок.

— Что рассеялся? — в свете мигающей лампочки понять кто это было сложно. — Эй, пацан. Вставай.

Мори только сейчас понял насколько он замёрз. Пальцы не слушались, а всё тело била мелкая дрожь.

— Судо, ну что ты, — на плечи рухнул прокуренный пиджак. — Это сын нашего дорогого друга. Да, сын Шимизу?

— Отец в квартире, — прохрипел Огай. — Где надо подписать об отказе о кредитах.

— С чего ты взял, что такое есть?

— Вы сказали, я приехал.

— Какой наивный, — мужчина со шрамом погладил парня по голове. — Ты реально думал, что ты нам для этого нужен, — огромная рука вцепилась в чёрную капну волос. — Парень, твой отец застраховал свою жизнь на кругленькую сумму.

— А я тут причём? — Огай зашипел, пытаясь вывернуться из хватки.

— А ты сделаешь за нас всю грязную работу. Решай сам, изобьешь его или убьёшь.

Сердце пропустил удар. Но должен убить…человека. Даже если это его дрянной отец, но он ведь тоже человек. Если он убьёт, то…то станет… А если она об этом узнает…

— Нет! — Мори извернулся пнул мужчину в пах.

Хватка на голове пропала. Огай рванул в сторону.

— Вита Сексуалис! — перед парнем материализовался мужчина лет 50 с катаной на поясе.

— Хах, — на лице бандита со шрамом расцвела улыбка. — Не соврал ведь. Сын и в правду эспер. Слыш пацан, успокойся. Мы пошутили. Вот документы, — папка полетела в сторону студента. — ознакомься, подпиши и давай вали от сюда. Или попрощаться хочешь? На счёт страховки я не врал. А за это цирк прости, было интересно узнать напиздел этот алкаш, или нет.

Дрожащей рукой Огай дотянулся по бумаг. Быстро пробежался по тексту, часто поглядывая на мужчин.

— А чем…

К нему подкатилась ручка. Мори вздохнул, понимая, что пути назад нет. Рука дрожит, подпись выходит не очень ровной.

— Всё, — он встаёт и медленно, словно кот, обходит мужчин. — Передайте отцу, что он сам в этом виноват. А и ещё, — Огай распахнул дверь и крикнул человеку, смотрящему на него точно таким же глазами, как и его собственные. — Пошёл нахуй ублюдок! Чтобы ты попал в Страну Мрака, а твоя душа не смогла оправдаться на суде и застряла там навсегда!— парень последний раз взглянул ему в глаза. — Прощай, — прошептал он и быстрым шагом скрылся на лестнице, спустился на этаж ниже и замер.

В ночной тишине завывал ветер. Сверху сначала доносились голоса, щелчок двери, хлопок и всё вновь затихло. Через минуту что-то сверху рухнуло, разбилось. Раздались крики и брань, выстрел и всё стихло. Огай зажал себе рот, чтобы не издать ни звука. В глазах непроизвольно появились слёзы.

Сегодня ночью Мори Огай стал круглой сиротой…