Лабиринт Астроновы (1/2)

«Астронова» встречала их тишиной. Не гулом двигателей, не скрипом металла — тишиной, как вздох перед бурей. Шлюзы открылись, и команда вышла из шаттла: Данго, хмурый, но подтянутый, в неизменном белом халате, Кира в засаленной пилотской курткой, Уилл позади, будто щит, и Лея, сдержанно элегантная, словно пыталась не выделяться, но всё равно выделялась.

По коридорам станции стекал мягкий холодный свет. Над ними проносились сигнальные голограммы — синие маркеры направления, красные аварийные зоны, зелёные допуски. «Астронова» жила по своим законам.

— Куда теперь? — тихо спросила Лея, вглядываясь в тонкие металлические переборки.

— Вглубь, — коротко ответил Данго. — Лаборатория «Прометей». Там мы храним всё, что может взорваться, проснуться или ожить.

— Так… всё, что ты приносишь?

— Именно.

Они шли сквозь слои станции: жилые модули, техблоки, сад с фиолетовыми папоротниками и лабораторные секции. Пространство становилось всё более стерильным и мрачным. Людей — всё меньше.

— Здесь пусто, — пробормотал Уилл. — Как будто все сбежали.

— Потому что знают, с кем я работаю, — отозвался Данго. — Шутка.

На входе в «Прометей» их ждал президент Сарра.

Молодой, стройный, с идеально уложенными волосами и чуть слишком гладким лицом, он держал себя прямо. За спиной — два телохранителя в броне Альянса. Он кивнул:

— Рад, что вы вернулись живыми.

— Пока живыми, — ответил Данго. — Но есть шанс, что артефакт передумает.

Сарра кивнул Лее, и она подошла ближе, заняв привычную позицию рядом. Данго на секунду встретился с ней взглядом. Взгляд был тревожный, но она не дрогнула. Не сейчас.

— Покажите, — сказал Сарра.

«Прометей» представлял собой стеклянно-металлический комплекс, защищённый магнитными стенами, с голографическими экранами, висящими в воздухе, как мозаика. В самом центре — изолированный куб, окружённый энергетическим барьером.

Сфера лежала внутри. Неподвижная, но свет на ней мерцал как дыхание.

— Вы чувствуете это? — спросила Кира, стоя у пульта.

— Да, — хором сказали Уилл и Лея.

Данго молча наблюдал. Он медленно подошёл к пульту и ввёл код доступа. Один из экранов ожил, выдавая поток символов. Неизвестный язык, но знакомая структура.