Глава 15. Больше некому... (1/2)
Система Глизе-433, планета Болхиа. Научно-производственное объединение «Сталинград-на-Болхиа» - город Никау (360 км в востоку от Гуэннохорро). 10 февраля 2347 г.
Утро среды начиналось для Мейсона Уолша прекрасно. Еще вчера он выхлопотал себе больничный на три дня по причине простуды, и сегодня, оставшись дома, решил недельку провести в кайф, как и требовало его учение. Утром он в кои-то веки продрых почти до полудня и проснулся почти здоровым благодаря стараниям своих обеих жен (конечно, неофициальных), двух очаровательных шоколадных близняшек-пуэрториканок, двадцати четырех лет от роду. Девочки были горячими, как солнце Карибских островов, и обожали своего супруга, духовного наставника буквально до обожествления. В планах любвеобильного Мейсона было заиметь третью женушку, молоденькую и, желательно, беленькую блондиночку, - возможно, русскую, возможно –гуриассийку, для дополнения к своему южно-шоколадному ансамблю. Советское руководство, правда, пояснило ему, что закрывает на это глаза только до тех пор, пока их экзотическая любовь остается за стенами их жилища, и чтобы на молодых гражданок Советского Союза преподобный служитель культа губы со своими султанскими привычками не раскатывал. Впрочем, та же Таня Жю Сет как-то осталась у них в гостях и была вполне довольна. Как раз с ней сейчас Уолш и разговаривал, выведя изображение на большой стереоэкран.
- Привет, Таня! Благослови Бог твой новый день, дитя мое!
- Спасибо, Мэй, только здесь сейчас ночь! — рассмеялась с экрана молодая блондинка в больничных одеяниях. — А где твои горячие красотки? Привет, Синтия! Привет, Джулия!
- Привет, Таня! — замахали ей, заулыбались очаровательные мулаточки с очень красивыми, выдающимися округлостями, не умещающимися в коротеньких кружевных пеньюарчиках. — Как ты? Когда ты прилетишь? Мы очень скучаем по тебе!
- Уже скоро! — приветливо улыбнулась Жю Сет. — Я уже выписалась, теперь вот на реабилитации, живу у тети! Очень соскучилась, поверьте!
- Верим! — рассмеялся Уолш. — Благослови тебя Господь!
Веселая, радостная Таня Жю Сет отключилась на позитиве. А Мейсон рухнул на кровать, обнимая своих аппетитных подруженек:
- Киски, я вас обожаю! Вот это я называю жить в кайф! Классное у русских трудовое законодательство!
С кухонного узла вплыл по воздуху роботизированный поднос с тремя высокими стаканами апельсинового бодрящего коктейля и тремя небольшими капсулками удовольствия. Принявший эту таблеточку обожал весь мир минимум полчаса. Это были единственные легкие наркотические препараты, разрешенные на советской базы.
— А не принять ли нам ванну с утра, девчонки?! Кажется, у меня для вас кое-что есть! – Уолш многозначительно показал куда-то ниже пояса, развязав халат.
– О, да, преподобный! – рассмеялась Джулия. – Кое-что у тебя действительно есть!
Однако, Уолш не знал, какие испытания ему уготовала судьба. Когда он уже лапал упругие попки своих женушек, когда они уже слились в тройном поцелуе, раздался сигнал вызова. Перед шоколадной любвеобильной троицей появилось озадаченное, хмурое лицо Макджадда, который сейчас был похож на взъерошенного рыжего бородатого гнома из классики Толкиена.
- Хай, Уолш! Девочки, привет! Отец преподобный, благослови меня, ибо я сейчас согрешу, - выдерну больного человека на службу!
- Иди в задницу, Мак! — оскалился Уолш, понимая, к чему клонит его закадычный дружбан-начальник. — У меня отпуск по болезни! Ты мне его сам подписал!
- Короче, у нас срочная тревога, а у Боба Клявера беда — сегодня пришло извещение, что дома, на Земле, умерла мать! Как ты понимаешь, я парня в такой ситуации дергать не буду, он сейчас спешно отпуск на Землю оформляет… Fuck! Всего-то семьдесят три года было женщине! Вот такой пиздец, Уолш! Подмени парня!
- Я болею, Мак! — уперся проповедник. — Боба жалко, конечно, но найди другую замену!
- Другой нет, Мэй! Давай, не греши, помоги ближнему своему! Мне человек нужен!
- Мак, это какой раз уже?! Ты достал! — возмутился Мейсон. — Я не пойду! Звони Ристичу, ищи замену без меня!
- Хватит ломаться, как первокурсница! Ты мне на задании нужен! Вечером с девочками поплескаешься!
- Поцелуй меня в задницу Мак! Я не приду!
- Это что, обязательное условие?! Да и хер с тобой! Проповедник ты хуев, только пиздеть горазд! Пойду Боба уговорю, скажу, что Уолш забил на товарищей хуй и поступил, как говнюк! Русские этого очень не любят! Извините, девочки!
- Сука, Макджадд, я тебя на колу вертел, понял, обоссанный ты снежок! — в ярости взревел Уолш, когда аризонский ковбой уже отключился. — Я ему что, личный ниггер, что ли?! Вот сука!
- Отец Мэй, то есть ты уходишь помогать ближнему? — немного разочарованно спросили девицы.
- Придется! — Уолш с огромной досадой ударил по воде руками. — Надо Бобу набрать, хоть пару слов сказать.
- Ладно, мы тогда подождем тебя, будем скучать! — Синтия и Джулия, глядя на Уолша похотливыми глазками, принялись целоваться и ласкаться на виду у возбужденного мужчины, дразня своего покровителя.
- Окей, девочки, ни в чем себе не отказывайте. – вздохнул Боб, только что не проклятия не читая на латыни. - И его зовут не Боб, а Борис. У русских древние византийские имена. Это Мак, рыжая скотина, придумал русским наши имена давать! — Уолш заметался по комнате, отыскивая вещи, которые можно нацепить по-скорому и попутно набирал Бориса Клявера, у которого и случилось такое горе:
- Привет, Бобби! Прими соболезнования, парень, я уже в курсе… Конечно подменю, забей!.. Это без вопросов даже! Занимайся делом, а мы тут тебя поддержим… Все будет ништяк… Это испытание, которое каждому из нас посылает Господь, чтобы мы через скорбь приблизились к Нему. Ты знаешь, я верю в рай, и я верю, что твою матушку сейчас встречает сам Иисус и говорит ей, что, мол, все, экзамен земной жизни сдан, пора переселяться поближе к Нему… Там, где всегда дует с моря бриз, и солнышко греет, и вечно молодые Гайс Фрайзер и Боб Марли играют для новых жильцов регги… Там все наши родители, отдыхают, угощаются, катаются на доске по волнам… Все нормально, Борис, все там будем… Вот я тут уже прыгаю по комнате, ищу второй ботинок...
- Борис, Борис, мы сочувствуем тебе! — донеслись из ванны голоса девочек. — Помни, брат наш в Боге, ты не один!
- Вон, девочки мои солидарны с тобой! Самое страшное в горе - остаться одному. Так ты не один, белый брат! Господь с тобой и с твоей матушкой! Все, я поскакал к Макджадду… Девочки, не скучайте, приду – продолжим!..
… Спустя три часа десяток БРДМ-300 с красными звездами на бортах уже мчались двумя параллельными колоннами на восток, то скользя на антигравитационных подушках над самой поверхностью, то поднимаясь в воздух и планируя на небольшой высоте к земле. Новые «Горностаи» могли развивать до пятисот километров в час, с такой скоростью когда-то летали самолеты...
Вместе с советскими разведчиками и Макджаддом выдвинулся в дальний путь и очень хмурый, недовольный Уолш, которого лишили законного больничного и законного тропического лекарства.
Пока до цели еще было не близко, пилоты-разведчики продолжали обсуждать не самые приятные новости последних дней. И скоропостижную смерть мамы Бориса Клявера, и перестановки в руководстве. Случилось страшное и невозможное, - Лилия 651Х приказом из Округа была отстранена от командования батальоном и вновь сослана в Отдел Безопасности в звании простого полковника государственной безопасности. Временно исполняющим обязанности командира батальона вновь был назначен Дэвид Иоффе.
- Хер знает, куда этот мира катится! – недовольно бурчал Макджадд. – Всего семьдесят три года было женщине! Семьдесят три, практически, молодая леди еще! У нас в Финиксе в прошлом году семидесятипятилетняя двойню родила, и нормально, хотя уже дважды бабка была! И вот так все нелепо… Хер знает, может и правда, есть судьба, как графиня Жю Сет говорила?!
- А что с ней стало, товарищ майор? – спросил сержант Мигель Орханов.
- Боб сказал, тромб… Тромб оторвался, и пизда, парни… Абсолютно здоровая была, в праздничных кроссах, забегах участвовала… Нет, ребята, все-таки от алкашки есть польза. Пейте на ночь по полтинничку вискаря, или коньяка, или крепкого бренди… Или водки, тоже можно… Сосуды будут чистыми. Только не перебарщивайте, чтобы наперстки не мутировали в ведра!
- Мы Борьке счет помощи открыли, на первое время… - сказал прапорщик Дзасохов. – Уже две тысячи собрали, и пожертвования поступают и сейчас… Но часть пожертвований отозвали, так как у жертвователя неожиданно сегодня умер дядя. Тому, правда, уже было сто тридцать…
- Ну и хер с ними, пусть подавятся! – резко ответил Макджадд… - Как будто голоса на выборах, то дал, то взял! Дал, так уж не трогай!
- Куда сильнее денег сострадание души и доброе слово, - заявил сердитый Уолш. – Правда, некоторым здесь этого не понять, ибо душа их закостенела во грехах и пороках.
- Мне, если что, душа не нужна, я не Мефистофель. Лучше деньгами! - сострил Макджадд. – Мне за доброе слово в столовке кофе не нальют. А уж кто из нас практически свят и отзывчив к ближнему, так это наш Преподобный Мей, благослови Бог его голосовые связки аж до прямой кишки!
- «Ковбой», «Ковбой», я «Марс»! – послышался голос Ристича, который сегодня во избежание конфузных ситуаций говорил на интерлингве. – Как слышишь меня?
- Я «Ковбой», слышу вас отлично, сэр! Мы на марше! До цели осталась половина!
- Одлично! Довожу ситуацию… Вообще, это не наша зона ответственности, и данная ситуация не должна была случиться, если бы не разгильдяйство и не похуизм наших дорогих европейских соседей! — Ристич старался быть невозмутимым, но нотки раздражения все равно проскакивали в его голосе. — Два часа назад на город Никау, который находится по указанным вам координатам, совершено нападение незаконной вооруженной бандгруппировки. Банда состояла из бывших десантников ридданской армии, оставшихся на территории нашего материка, а также примкнувшего к ним местного уголовного сброда. По данным космической разведки они обосновались примерно в десяти милях от Никау. Причем ЕСовцы полностью прохлопали момент, когда у бандитов появилась ходовая бронетехника и, самое главное, топливо! Углеводородное топливо в достатке! Численность нападавших превысила две сотни человек. Они ворвались в город, завязали бой и убили много народу. Остальные подробности у бойцов Евросоюза. Сигнал о помощи пришел от них. Но тут же потом пришла отмена… Что там происходит, я не знаю. По данным «Космоса» признаки боя в Никау наблюдаются и сейчас…
- Простите, сэр, разрешите уточнить? Вы сказали, «ридданцы»?
- Так точно… Помните, почти три десятка ридданских морпехов и десантников участвовали в атаке на «Зарю» в сорок втором году? Перед войной Риддания выбросила тысячи десантников и диверсантов на территорию Гуэннохорро, к тому же в некоторых районах действительно началось вторжение риддансих войск. Недобитые ридданцы до сих пор лазают по НАШЕЙ территории, а в районе нефтезавода их скопилось по разным оценкам до сотни иностранных захватчиков, бывшего областного центра, их скопилось почти сотня, плюс разный местный сброд. Примерно в 10:40 по кванто пришел сигнал бедствия из Никау на немецком языке. Когда вы выдвинулись на задание, буквально час назад европейцы снова вышли на связь, и во втором сообщении опровергли просьбу о помощи, а также опровергли, что бой вообще был, хотя дымы пожаров из космоса видны! Поэтому, вам нужно будет вступить с местными в контакт и разведать ситуацию.
- Разрешите вопрос? А что за Новая Республика? – спросил старший сержант Гусляков.
- Там сформировалась Новая Республика из адекватных рабочих, фермеров и бывших солдат Империи, что-то вроде нашей Амфидо. Их долгое время курировала европейская база «Новая Швабия». Но по непроверенным у нас данным европейские подразделения, которые находились в городе, за час до атаки внезапно, без предупреждения покинули свои позиции. Осталось только одно, которое отказалось отходить и приняло бой. Много убитых и раненых как среди аборигенов, так и среди военнослужащих евроконтингента.
- Принято, сэр, — подтвердил Макджадд. — Парни, ускоряемся! Вот еще, жопа на наши головы!
- Fucking shit, почему я местную лихорадку не подхватил?! — проворчал Уолш себе под нос. — Тогда хрен бы Макджадд меня на службу вытащил!
- Отец Мей! Если бы у тебя было что-то посерьезнее насморка, я бы тебя, конечно, из ванной не вытаскивал. — будто бы прочел его мысли Макджадд.
- Иди ты к такой-то матери! — флегматично ответил только командиру Уолш, чтобы не слушали советские ребята. — Ты, рыжая циничная скотина! Вытащить меня в самый неподходящий момент от таких девочек, это все равно, что у голодного младенца материнскую грудь вырвать!
- Ни хуя у тебя сравнения! — хмыкнул одноногий «Сильвер». — И чьей конкретно груди я тебя лишил? Или ты своими губищами сразу две усосал? Нормальный такой у тебя хлебальник, преподобный father!
- Я тебя на колу вертел, морда ирландская! И тебя, и твою шляпу, расист!
- Меня нельзя! Я понимаю, конечно, что ты мальчик всеядный, но Элли не разрешит! И, да, шотландская, а не ирландская!
- Наверняка, ты и Элли уже мозги вскипятил на пару лет вперед, сатанаил! Не зря тебя в «Желтой Крепости» «Гадом» звали!
Пока Уолш и Макджадд тайно собачились, машины продвигались все дальше и дальше на восток, и вскоре пейзаж за бортом стал совсем другим. Высокие скрипучие, сгорбленные хвойные деревья постепенно сменились безлесной сухой тундростепью с травяным сухостоем и редкими кустарниками. Потом на пути стало попадаться все больше и больше окаменевших от времени черных углеводородных пятен-гольцов, на которых не росло ни травинки. Наконец, даже самая неприхотливая растительность исчезла. Вся местность вокруг была похожа на черную пустыню, присыпанную серым грязным снегом. Изредка им по дороге встречались покалеченные, склонившиеся под тяжестью веса деревья, остовы автомобилей и военной техники, покрытые той же твердой углеводородной коркой.
- Что это, мужики? — спросил старший сержант Евгений Пятаков. — Компьютер говорит, что это буквально сгоревшая нефть.
- Совершенно верно! — подтвердил Дзасохов. — Здесь неподалеку находился свой гуэннохоррский аналог Персидского залива, - огромная территория, обеспечивавшая нефтью всю Империю, наверное, на две трети. Во время бомбардировок Империи такая нефтяная жила наверняка стала для ридданской армии целью номер один. Они взорвали и подожгли все нефтяные источники. И, судя по многочисленным анализам воздуха и почв, пожары здесь длились более шести месяцев. И они дали львиную долю всех продуктов сгорания в атмосферу, из-за чего в северном полушарии планеты и наступила почти годичная «ядерная» зима. Нефтепродукты вымывались из атмосферы с осадками, шли «черные дожди», которые оседали в почву, превращая ее в углеводородную корку. А многие нефтепродукты и тонны пепла так и остались в атмосфере. Даже сейчас проницаемость атмосферы для солнечного света примерно на двадцать процентов меньше, чем до войны. И так как воздух чрезвычайно замусорен даже сейчас, любое изменение угла падения солнечных лучей дает нам живописнейшие кровавые закаты и рассветы, - пояснил всезнающий Севастьянов. – Кровавые, почти в прямом смысле слова.
- Хреновое у меня предчувствие, ребята! – поежился Уолш. – Какого хрена я вообще на звонок ответил?!
- Ох, епть! – раздался голос впереди следующего Пятакова. – Товарищ майор! Смотрите!
- Ебать-колотить! – согласился с проблемой американец.
Удивиться было чему… Прямо перед головной разведмашиной, у мертвого черного раскидистого дерева стояла невозмутимая… Лилия 651Х и голосовала ручкой, - подбрось, мол, водила, до отеля! Полковник КГБ была одета в свою вечную полевую тканевую форму, разгрузку и свою непременную футболку с эмблемой «Грозы». На этот раз, правда, на голове ее был легкий шлем с видоискателем. В руках она держала короткий ПП «Каштан», а за спиной виднелся приклад многофункциональной автоматической американской винтовки «М-346».
- До Батуми подвезете, мальчики? – спросила бывшая «Гёмэ-султан». – Можно до Шекветили.
- Не понял! – вылез из люка Макджад, нацепив прямо на шлем скафандра свою аризонскую ковбойскую шляпу. – Всем оставаться на местах! Просканировать объект, взять на прицел! Разведбот в воздух! Как вы здесь оказались? Вас здесь в принципе быть не может!
- В смысле, товарищ майор? – испугались такого святотатства советские парни-разведчики, для которых 651Х была вроде олимпийской богини для древних греков. – Это же генерал-майор… то есть, полковник государственной безопасности Маргалитадзе!
- Вы, сынки, подружек поучите пиццу жарить! – Непреклонный Макджадд мигом снял с плеча оружие и взял подозрительную 651Х на прицел. – Извините, мэм, а я вот сомневаюсь, что это вы! Руки держите на виду, пожалуйста. Проверим вас, тогда решим…
- Ну, допустим, ковбой, - невозмутимая Лилия, держа руки над ремнем, совсем не была удивлена. – Спроси меня то, что знает только Лилия. Только быстро, не тупи!
- Кого вы играли на последнем новогоднем утреннике в яслях?
- У нас нет яслей, шляпа ты кожаная! Играла в младшем отделении школы! Загибай пальцы: в этом году – Дюймовочку, в прошлом – Снегурочку, в позапрошлом тоже Снегурочку, в сорок четвертом злую ведьму Дарк Тарси, за Стеллу отдувалась, а Танька блондинка, как на грех. В позапрошлом году у меня перед выходом на сцену чулок поехал, и ты, коневод хренов, посмел отпустить в мой адрес скабрезность, за что получил по шее от Эльвиры Витальевны. Все?!
- Порядок, мэм! – Макджадд, выдохнув, опустил оружие. – Ребята, отбой! Разрешите доложить, мэм, движемся к указанной точке на карте, - город Никуа, мэм!
- Вольно… - одобрительно кивнула 651Х. – Молодец, Эрвин, цагол! Спасибо за бдительность! К тому же в новых условиях я бы на всякий случай тоже каждого куста опасалась.
Хотя Лилия уже не являлась командующей, команда Макджадда еë дело уважала и подчеркнуто продолжала оказывать генеральские почести. Смешанные чувства к киборгессе испытывал только Уолш. С одной стороны он был даже рад, что 651Х свергли с пьедестала в отместку за все ее колкости и ругательства в ее адрес. С другой стороны Преподобный Мэй не был лишен благородства и решил, что бить упавшую мерзко и недостойно. Поэтому он первым высказал слова поддержки Лилии. Она, кстати, была немало удивлена.
- А я думала, что вы радоваться будете? Я вам столько всего наговорила! Простите меня, железяку глупую.
- Зла от вас не помню, а поддержку раненной душе окажу всегда. Мир вам, мэм! – сказал Уолш, как истинный священнослужитель.
Лилия тогда ничего не ответила. Она лишь поклонилась ему, а Мейсон перекрестил ее, чувствуя себя последней тварью в душе.
«Горностаи» загудели и продолжили движение. Маргалитадзе по кванто ввела бойцов в курс дела:
- В общем так, ребята, у европейцев полный бардак. Про нападение вы в курсе?
- Да, мэм, нам уже сообщил «Марс»… Это правда, что европейцы перед атакой покинули позиции? – спросил Макджадд.
- Увы, да… Произошло то, что называется либо изменой, либо договорняком с агрессивными аборигенами, либо несусветной глупостью и трусостью. После того, как «Космос» сообщил европейцам о передвижении войск ридданцев, евротрусы снялись с позиций по команде своего начальства и бросили республиканцев на произвол судьбы. Также, получается, европейцы были в курсе о концентрации ридданских недобитков в десяти милях от них… И к тому же неизвестно, откуда у ридданских агрессоров исправная бронетехника и топливо.
- Вы же не хотите сказать, что европейцы сговорились с ридданцами? – спросил Пятаков.