Глава 7 (1/2)

Вернувшись той ночью в гриффиндорскую башню, Джинни провалилась в тревожный сон. Она знала, что спит, но никак не могла проснуться. Джинни вновь шагала по обледенелому мосту в мрачной темноте. Стрельчатые арки, покрытые инеем, простирались до самого неба. Порывы ветра были такими сильными, что Джинни то и дело отбрасывало назад. Впереди маячил человек в чёрной мантии. На его лицо был надвинут капюшон.

Джинни приблизилась.

— Ты придёшь ко мне… — донёсся до неё шипящий шёпот.

Жемчужный туман наползал со всех сторон. Человек откинул капюшон, за которым скрывалась серебряная маска Пожирателя смерти. Сквозь прорези на Джинни смотрели серые глаза Драко Малфоя. Она протянула руку, чтобы сорвать маску с его лица, но видение сменилось.

Джинни лежала на холодном полу Тайной комнаты. Сырой гнилостный запах наполнял ноздри. Под своими пальцами она чувствовала что-то, напоминающее кости какого-то мелкого животного. Над ней грозно возвышался Том. Тени плясали вокруг него, искажая пространство. На его красивом лице застыло алчное выражение. Джинни попыталась встать, но ужас пригвоздил её к месту. Она зажмурила глаза, надеясь, что когда распахнёт их, жуткое видение канет в небытие.

Но этому не суждено было случиться. Она всё ещё оставалась заложницей собственного сна.

Стены задрожали и с оглушительным грохотом рухнули вниз. В горле у Джинни запершило от поднявшейся пыли. Она очень хотела пить, но не могла пошевелить даже пальцем. Появился Гарри. В его руках была зажата распределяющая шляпа. Джинни вздохнула с облегчением. Сейчас Гарри одолеет Реддла и спасет её. Том хищно осклабился, глядя на Поттера. Он медленно поднял руку с зажатой в ней палочкой, пока Гарри лихорадочно пытался достать меч из шляпы.

Гарри перевёл разочарованный взгляд на неё и зло выпалил:

— Это ты во всём виновата!

Джинни хотелось кричать от досады, но с её губ не сорвалось и звука. Мысленно она умоляла Гарри простить её за дурацкую выходку с мечом.

К щиколотке Джинни прикоснулось что-то чешуйчатое и холодное. Она бросила взгляд вниз и увидела ядовито-зеленую змею, ползущую по её ноге. Треугольная морда скользнула по внутренней поверхности бедра, под школьную юбку. Изо рта Джинни вырвался судорожный стон, а соски затвердели. Она почувствовала горячую пульсацию внизу живота и выгнулась дугой.

Полыхнула изумрудная вспышка и Джинни проснулась.

Сердце яростно билось в грудной клетке, а во рту пересохло. Джинни прижала ладони к лицу, пытаясь унять кипящее возбуждение. Она рывком поднялась, откинула тяжёлый бархатный полог и потянулась к кувшину с водой, стоящему на прикроватной тумбе. Арнольд, разбуженный её движениями, ластился к рукам.

За окном едва забрезжила алая полоса рассвета на чернильно-чёрном небе. Перед мысленным взором Джинни возникла заплаканная и перепуганная Пэнси Паркинсон. Чертыхнувшись, Уизли натянула мантию поверх пижамы и отправилась вызволять слизеринку из ловушки. Она не хотела обдумывать свой странный сон, только выкинуть его из головы окончательно.

Джинни спустилась в гостиную по винтовой лестнице. Тени от огня очага неровно скользили по стенам. Не успела она дойти до проёма, как он распахнулся и в гостиную с мученическим выражением на лице ввалился Невилл.

— Где ты был? — удивлённо спросила Джинни.

Лонгботтом обессилено повалился на софу и смежил веки. Он приложил пальцы к вискам, будто его изводила страшная мигрень. Отблески пламени тут же заплясали на лице Невилла.

— Я не смог оставить её там, — вымотанно произнёс он. — Вернулся и помог ей. Пришлось вести Паркинсон в Выручай-комнату, дорогу-то к гостиной Слизерина затопило. Она мне весь мозг вынесла! Уже потом я вспомнил, что можно призвать домовика и спастись от Паркинсон. Но, к сожалению, я дошёл до этого не сразу…

Джинни присела рядом. Их плечи соприкасались, и она чувствовала резкий запах духов Паркинсон, исходящий от Невилла. На его измождённом лице появилась довольная ухмылка.

— Я тоже не смогла спать, — протянула она задумчиво. — Всё бессмысленно, ты не находишь? Нам не стоило делать это.

Произнося эти слова, она вспоминала Малфоя, который в своей издевательской манере, пытался предупредить её об опасности. Думала о Гринграсс и Монтегю. Они не выдали её, хотя могли. Невилл решительно распахнул веки, и с изумлением воззрился на Джинни.

— Я, конечно, не оставил Паркинсон там, но это не значит, что мне не хотелось, — осторожно обронил он. Под его глазами залегли глубокие синие тени. — А после ночи, проведённой с ней в Выручай-комнате, я абсолютно точно уверен, что именно так и следовало поступить.

Джинни не отрываясь смотрела на Невилла. В глубине его зрачков плясали отблески огня и это делало его пугающим. Он выглядел точно одержимый фанатик. Джинни задумалась. Она не знала как облечь в слова то, что не давало покоя уже давно. Напряжение стало настолько невыносимым, что Джинни решила высказать всё как на духу.

— Мне кажется что всё, что мы делаем, бесполезно. Гарри далеко. И мы ничем не можем ему помочь.

— Не всё крутится вокруг Гарри. Особенно, когда его здесь нет, — подметил Невилл. — Мы ничем не можем ему помочь. Ты права. Но мы даже не знаем, что он делает. Вряд ли ты надеялась, что потоп в подземельях Слизерина свергнет Сама-знаешь-кого? Я просто хотел насолить Кэрроу и слизеринцам заодно. Показать им, что всё, что они творят — ненормально! — Он яростно сжал кулаки. — Ведь это то, что всегда делал Гарри, разве нет? Он боролся. Иногда это бессмысленно, но это всё, что остаётся.

Джинни нахмурилась. Речь Невилла выглядела совершенно логично. Но навязчивое ощущение, что она упускает что-то важное, скреблось где-то на подкорке. Возможно, всё дело было в обиде. Гарри ушёл и оставил её совсем одну. Поттер не считал, что она может помочь ему там, куда он отправился. Джинни была заперта в дракловой школе и занята безуспешными попытками отвоевать хоть каплю справедливости.

— Да брось!

Невилл неуверенно привлёк её к себе. Его рука трепетно и бережно скользила по спине Джинни. Она не сопротивлялась. Знала, что ему можно показать свою слабость.

— Наше время ещё не пришло. Но когда оно подойдёт, мы будем рядом с Гарри. Нужно только дождаться, — шептал он ей на ухо.

Наверху раздались шаги, и они отстранились, неловко отводя глаза. По лестнице, протирая глаза, спускался заспанный Симус. Выражение на его лице быстро сменилось с хмурого на ошарашенное.

— Только не говорите, что вы пошли и отпустили Паркинсон… — начал он хриплым спросонья голосом.

Джинни и Невилл смущённо переглянулись. Симус закатил глаза.

— Отличная идея! Просто великолепная, — произнёс он, с шумом плюхаясь в потёртое бархатное кресло и сверля друзей тяжёлым взглядом. — Да что с вами? Это Паркинсон, которая сдаст нас с потрохами! Она вредная сука по определению.

— Это так, — подтвердил Невилл, потирая виски. — Но это не значит, что нам стоит поступать так же.

— Припомню тебе эти слова после того, как нас хорошенько приложат Круциатусом, — ядовито отозвался Симус.

Несмотря на то, что до подъёма оставалось ещё много времени, никто из них не отправился спать. Невилл выглядел откровенно дерьмово, но заявил, что не сможет уснуть. Они просидели в молчании, пока поток проснувшихся учеников не хлынул в гостиную. Тогда Джинни, Невилл и Симус поднялись в спальни, переоделись и отправились на завтрак.

В холле творилась невообразимая суета. Толпа слизеринцев сгрудилась возле входа в Большой зал. Всклоченные, с сумками и чемоданами в руках, они возбуждённо перешёптывались.

— Держу пари, это кто-то из Гриффиндора, — донеслось до ребят.

Симус хмыкнул.

— Если кто-нибудь опять скажет, что на Хаффлпаффе одни идиоты учатся, я припомню этот диалог, — шепнул он. — Пари, они, мать его, держат! Ну, очевидно, что это кто-то из Гриффиндора… Гении!

Мимо в компании подружек прошествовала Пэнси Паркинсон, бросив на гриффиндорцев презрительный взгляд. Симус показал ей неприличный жест. Она поморщилась и отвернулась, высоко задрав нос.

— Спросить её, что ли, как спалось?

Невилл пихнул Симуса в бок, а Джинни злорадно ухмыльнулась. Она прекрасно помнила идиотские нападки Паркинсон из-за Малфоя.

— Мы должны вести себя тихо.

— Я тебя умоляю, — закатил глаза Симус. — Она сдаст нас.

Невилл нервно прикусил губу.

— Надеюсь, что нет.

Но в его тоне не было и унции уверенности.

К ним неспешно приближалась Луна лёгкой, пружинистой походкой. В больших затуманенных глазах отражалось замешательство.

— Это вы? — выдохнула она в ухо Джинни, заключая её в объятия.

Уизли расхохоталась, будто Луна только что поделилась с ней весёлой шуткой. Проходящие мимо ученики с удивлением поглядели на них, будто смех и радость в унылом замке отныне были под запретом.

— Да, да, — утвердительно закивала Джинни. Пусть со стороны всё выглядит, как невинный разговор двух подружек. Ни к чему привлекать лишнее внимание.

Луна отстранилась от неё. Безмятежное выражение на лице сменилось на серьёзное. Такая внезапная перемена заставила Джинни забеспокоиться.

— Почему не позвали меня? — уточнила Луна, теребя ожерелье из пробок. Её выпуклые глаза уставились на Джинни.

Уизли продолжала растягивать губы в неестественной сердечной улыбке. Она не знала, как объяснить Луне причину своего страха, избежав прямого рассказа о Малфое. Пожав плечами, Джинни сказала:

— Думаю, на каникулах у нас будет много свободных минут, чтобы всё обсудить.

Луна поняла намёк и кивнула. К её лицу вернулась привычная мечтательность. Джинни вздохнула с облегчением. Она надеялась, что на каникулах сможет придумать оправдание получше. Они разошлись, каждая к своему столу, и принялись за завтрак.

Макгонагалл, напоминавшая своим подопечным о правилах поведения на каникулах, бродила от ученика к ученику с лёгкой улыбкой. Видимо, ночная выходка и последующие проблемы Кэрроу позабавили декана Гриффиндора. Снейп отсутствовал. Другие же профессора не имели ни малейшего желания помочь с затопленным коридором.

— Я слышала, что Филч опять перевозит всех на лодке, — громко шептала Ромильда, сидевшая неподалёку вместе с Лавандой и Парвати. — Говорят, они там все толпятся с чемоданами.

Симус удовлетворённо фыркнул и обратился к Невиллу:

— Чем ты так очаровал Паркинсон? Это ведь было не свидание? Иначе милашка Ханна не переживёт. Вон, пялится на тебя опять.

Джинни бросила взгляд на стол Хаффлпаффа. И действительно: Ханна то и дело украдкой смотрела на Невилла. Джинни сдержала смешок, рвущийся наружу.

— Симус, ел бы ты свою яичницу, — любезно посоветовал другу Лонгботтом.

Напротив них села взволнованная Демельза. Она с энтузиазмом потянулась к яичнице с беконом, и тихо спросила:

— Что стряслось в подземельях?

Её глаза светились неподдельным любопытством.

— Паркинсон потекла от обаяния Невилла, — доверительно сообщил Симус, понизив голос.

Робинс застыла, не донеся вилку до рта, и перевела вопросительный взгляд на Лонгботтома. Лаванда и Парвати странно замолкли, будто прислушиваясь к разговору. Невилл пожал плечами.

— Симус переборщил с болтушкой для молчунов. Теперь какую-то ахинею несёт…

Джинни погрузилась в свои мысли, обдумывая очевидную вещь, которая не приходила ей в голову до сегодняшнего утра. На эльфов не действовала магия Хогвартса, ограничивающая перемещения. И Паркинсон не рассказала об этом Кэрроу. Так что мешало Джинни спуститься на кухню и попросить Добби доставить её к Гарри? Хоть одним глазком увидеть его и убедиться, что с ним, Роном и Гермионой всё в порядке. Это внезапное озарение так захватило её, что она была готова опрометью кинуться прочь из Большого зала. Джинни резко откинула вилку в сторону, желток забрызгал белоснежную скатерть, и остановила себя.

Слишком просто.

Пытаясь оправдать странное движение, Джинни схватила кубок с тыквенным соком. Это была бы отличная идея, если бы Добби подчинялся ей и слушал только её приказы. Она сделала большой глоток и отставила кубок в сторону.

Формально Добби был свободным эльфом-домовиком и получал оплату за свой труд. Но Джинни не была уверена, что на практике это сработает, и он не донесёт на неё Снейпу, стоит ей только озвучить свою просьбу. С другой стороны, опыт Кикимера говорил о том, что домовики изворотливы в выполнении приказов хозяев. Но риск слишком велик. Джинни не хотела привести Пожирателей смерти к Гарри из-за глупости. Она отложила вилку, и уставилась в затянутое тучами небо, обдумывая все возможные варианты развития событий.

Когда друзья закончили завтрак, они направились к выходу из Большого зала, чтобы подняться наверх и забрать чемоданы. У дубовых дверей Джинни, Симус, Невилл и Демельза столкнулись с Ханной. Аббот смущённо улыбнулась. Позади неё виднелся переполненный холл, где толпились мокрые слизеринцы.

— Пивзу пришло в голову, что переворачивать лодку — это очень весело, — пояснила Ханна, перехватив заинтересованный взгляд Джинни.

Злющий Амикус пытался добиться от Флитвика результатов, но тот лишь разводил руками.

— Слишком сильные защитные чары. Они препятствуют осушению, — отчитался профессор.

Это, конечно, была ложь. Джинни знала, что Фред и Джордж даже не пытались усовершенствовать портативное болото.

Гриффиндорцы поднялись в башню, забрали чемоданы, спустились обратно в холл по мраморной лестнице, а ситуация не сдвинулась с мёртвой точки. Ученики разбились на группы, негромко переговариваясь в ожидании отправления. В переполненном холле было невыносимо жарко.

— Кто бы мог подумать, что такая мелочь превратится в настолько серьёзную проблему, — сказала подоспевшая Луна, надевая спектрально-астральные очки на манер ободка. — Сходишь со мной к озеру?

Джинни кивнула. Ей хотелось поскорее убраться из душного помещения. Она уже жалела о том, что они устроили потоп.

— Решила поохотиться на мозгошмыгов? — спросил Симус, вскидывая брови.

Луна смерила его равнодушным взглядом и, даже не потрудившись дать ответ, засеменила к выходу. Тяжёлый чемодан покатился вслед за ней.

Оказавшись на улице, Джинни почувствовала, как морозные иглы закололи кожу, и застегнула тяжёлую пряжку на шее. Голые ветви деревьев раскачивались на ветру, окружённые серой дымкой. Все звуки были приглушены, словно доносились сквозь вату.

— Что ей нужно у озера? — уточнил Симус, догоняя Джинни.

По другую руку от неё появился Невилл. Трэвор, зажатый в его ладонях, выглядел так, будто замыслил очередной побег.

— Я хочу попросить гигантского кальмара отыскать свою серёжку! — громко ответила Луна. — Думаю, что утопила её в ванной.