Глава 18 (1/2)

— Если смысл прогулки в том, чтобы привести меня в чувство, то не могли бы вы хотя бы идти помедленнее, — может, она и спотыкаться будет меньше.

Грюм ей не ответил, но темп снизил, как и в свое время в Министерстве.

— Что, даже не попытаетесь залезть в мои мозги? Сейчас же такой удачный момент, — пробормотала она и добавила ещё более тихим шепотом: — Или ещё куда.

— За ваши драгоценные мозги Дамблдор мне самому открутит голову. А насчёт всего остального… Вы предельно ясно выложили все в письме.

— Дело не в вас, дело во мне, — она хмыкнула. — Банально, но правдой от этого быть не перестает.

Несмотря на неподходящие погодные условия ей все больше и больше хотелось спать. К сожалению или к счастью, Мия была из тех людей, что просто отправляются на боковую после нескольких стаканчиков горячительных напитков без особых приключений. Правда, сейчас она явно выпила недостаточно, чтобы заполучить такой сильный эффект. Так что или Аберфорт что-то добавлял в свои напитки (а его вполне можно было в этом заподозрить), или свою роль сыграл полученный за день стресс вкупе с пустым желудком. А младший Дамблдор, как опытный бармен, выгнал её очень вовремя, иначе им пришлось бы что-то делать уже с её дрыхнущим телом.

Но даже понимая все это и вроде бы держа себя в руках, она непроизвольно привалилась к Аластору сильнее.

— Простите, — выдохнула Мия, опять видя в нем прежнего, будущего Грюма и пытаясь отстраниться. — Я доставляю вам неудобства.

— Не то чтобы доводить пьяных сотрудниц Хогвартса до их покоев входит в мои должностные обязанности, но, пожалуй, это все же приятнее, чем сражаться с Пожирателями и гоняться по лесам за оборотнями.

— Как дела на работе?

— Как всегда, всё чудесно.

— Расскажите. А то я усну на ходу и вам придется тащить меня Мобиликорпусом.

— Это хотя бы будет быстрее. Да и сомневаюсь, что вам будет интересно слушать про аврорские будни.

— Думаете, разговоры про расследования, рейды и облавы усыпят меня быстрее? — она хмыкнула. — Ну же, Аластор, кровь, грязь и прочие неблаговидные подробности меня не то чтобы смущают. Я и так все это видела.

— Зато смущают меня. Недавно моего коллегу убили, и я не хотел бы делать из-за этого занятную историю на потеху публике.

— Понимаю. Только не переживайте из-за всего этого слишком сильно, — сбилась Мия на какие-то детские утешения. — Дамблдор может считать себя способным контролировать все в одно лицо, но вы точно не несете ответственность за то, как идут дела.

— Спасибо за поддержку, — ядовито отозвался он.

— Я серьезно. Я знаю, что такое терять товарищей. И мне жаль, что я ничем не могу помочь и…

Как закончить мысль, она не знала, поэтому просто накрыла его руку, которой он и так придерживал её за плечо, ладонью. Насколько Грюм был одинок со всей этой своей подозрительностью. У неё хотя бы были близкие друзья в прошлом, а что было у него?

— …ответить взаимностью, — продолжил Аластор за неё. — Так что придерживайтесь границ, иначе я опять могу неправильно истолковать ваши знаки внимания.

Он резко скинул её кисть. Мию слегка мотнуло в противоположную сторону, и хоть падать она определенно не собиралась, Грюм, видно, решил, что переборщил. Он развернулся, останавливаясь, и подхватил её, расположив руку в совершенно целомудренной области спины между лопатками и поясницей. Стало куда теплее. Мия облегченно прижалась лицом к его жилету. Вот так бы и отрубиться.

— Или вы набиваете себе цену?

— Признанием в не угасших чувствах к мертвому мужу? — пробубнила она куда-то ему в грудь.

— Тянете время. Не можете выбрать.

— Выбрать?

— Между мной и тем студентом, — она не видела, но была уверена, что он неприятно осклабился. — Мистером Снейпом, — Грюм намеренно протянул «с» до присвиста.

— С чего вы взяли?.. — она слишком медленно соображала.

— О вас по замку ходят занятные слухи.

Точно. Аластор что-то разнюхал и накрутил себя, поэтому был так раздражен. Одно дело, когда девушка просто отказывает, другое, когда она предпочитает другого. А если это ещё и вполне себе живой мальчишка-слизеринец то, наверное, вдвойне обиднее.

— И вы восприняли сплетни всерьез, потому что… Постойте-ка, Беррес пересказала вам их?

Это звучало глупо, но и логично одновременно. Должны же они были разговаривать с Мэган о чем-то личном, а не только о работе, раз приятельствовали. Да и Грюм сам спрашивал её о ней, Мии, вот Беррес и нашла, что можно рассказать. Хотя выбор был, конечно…

— Знаете, я, наверное, перебрала, но это выглядит так странно. В смысле, какое ей дело до подобных беспочвенных выдумок? Хотя, может, она хочет очернить меня в ваших глазах, как думаете? И сама же распространяет все эти россказни?

Подобную мотивацию она приписывала Блэку, но прогадала. Так вдруг на сей раз попала в точку?

— Что вы несете? — Аластор даже немного встряхнул её, будто это могло заставить мыслить яснее.

— Не знаю, насколько у вас близкие взаимоотношения, но, может, вы и их неправильно оцениваете? Хотя даже если вы просто друзья, ей, наверное, обидно, что вы от неё постоянно бегаете к какой-то непонятной девке. Мне было бы обидно. Я довольно, — Мия некрасиво то ли хихикнула, то ли хрюкнула, — ревнива.

Грюм не ответил и постоял ещё пару секунд на месте, а потом снова потащил её вперед, подталкивая в спину. Сознание плыло, она постоянно проваливалась в какие-то свои мысли, теряя связь с реальностью, но поддерживать беседу, чтобы помогать сохранять ей концентрацию, Аластор очевидно не хотел. До Хогвартса они добирались прежним быстрым темпом.

— Открывайте, — скомандовал он ей в какой-то момент.

Мия сосредоточила внимание на двери в собственные комнаты (и откуда он так хорошо знал, где они находятся?) и довольно ловко для своего состояния выхватила палочку из рукава, снимая защитные заклинания. Грюм зашел в гостиную вместе с ней. И за закрытыми дверями, видимо, отпустил себя.

— Что между вами и мистером Снейпом происходит на самом деле? — он провел пальцами вдоль её позвоночника, стоя позади, но тут же остановился, опомнившись.

Вряд ли Грюма смущало, что Снейп ещё школьник (хотя на это, весьма вероятно, упирала Беррес в их разговорах), а вот её очередная ложь и оправдание покойным супругом наверняка выводили его из себя. Даже в таких обстоятельствах он хотел получить правду в лицо, а не все эти вежливые оправдания.

— Мы много времени проводим вместе, я курирую его, даю частные уроки. Пожалуй, могу сказать, что он мне нравится, — что ей скрывать-то в этом плане? Одно невинное объятие? — Но если вы хотите знать, спим ли мы вместе, то, боюсь, рассказать мне нечего. Общение у нас чисто формальное. Теперь вам спокойнее?

— Да, — его ладонь скользнула ей на живот, он прижал её к себе.

— Аластор, — предупреждающим тоном сказала Мия, почувствовав его дыхание затылком.

— Наше общение тоже формальное?

Его эмоции она не поняла, слишком сосредоточенная на ощущениях, — обе руки теперь гладили её ребра, хоть и через все слои одежды. Она так и стояла, не пытаясь отстраниться.

— Мне нужно проспаться, — все же напомнила о своем состоянии Мия.

Ладони исчезли, но он так и стоял прямо позади неё.

— Идите в кровать.

Мия кивнула и зашагала в сторону спальни, разрывая контакт. На пороге она все же обернулась, но увидела только закрывающуюся входную дверь. А ведь он вполне мог воспользоваться её пьяной податливостью, хотя бы попытаться, но не потерял контроль. Она почувствовала уважение, однако, в то же время была в нем, как ложка дегтя в бочке меда, капля разочарования.

Хотя могла ли она сама сказать, что хочет? Помимо своего Северуса, что было совершенно невозможно, даже учитывая существование этого Снейпа. Но все же Мия чего-то ждала, каких-то ответных шагов в её сторону. Потрясающе наивный эгоизм! Похоже, мужское внимание, если считать не только Грюма, но и того же Блэка и, прости, Господи, Уилкиса, мечтающего без какого-либо романтического флера залезть к ней в трусы, судя по его поведению (и мыслям), разбаловало её. И она скатилась в совершенные капризы и желание получить все и сразу, невзирая на мораль.

Конечно, был в этом и свой резон. Действительно, сколько ей ещё ждать Снейпа? И ждать ли его вообще, учитывая, что он о ней наверняка сейчас не думает ничего хорошего. Не лучше ли ей будет отпустить его, смириться, выйти на стадию принятия, чтобы позволить и ему, и себе жить своими жизнями? Приглядеться к другим людям. Сосредоточиться, наконец, на тех проблемах, что она породила, переместившись в это время, а не на вздыханиях из-за неразделенной любви, которая даже не была настоящей.

Серьезно, могла ли она реально сказать, что любит его, хотя уже и озвучивала это Дамблдору? Она любила своего мужа, тоже Северуса, но на двадцать лет старше, опытнее, сильнее… травмированнее, злее… Он понимал её, она понимала его, они были на одной стороне. А тут… Что она сделает? Приворотное ему подольет, приворожит, сделает внушение, чтобы хотя бы сымитировать страсть? Это уже не замена выходит, а какой-то суррогат, ещё и с примесью ментального насилия и пренебрежением волей. Примерно, как она поступила со своими родителями.

Мия помотала головой, почувствовала подкатывающую тошноту и поплелась в ванную. Одно сплошное нытье. Она вела себя глупо. И это нелогичное желание напиться было просто проявлением слабости. Эскапизм явно не удался.

* * *

Похмелья удалось избежать. Зельеваром она была или кем? С утра даже нашлось время привести свои растрепанные чувства в порядок, по минимуму пользуясь окклюменцией, чтобы не загонять все тревоги просто глубже в подсознание. Во-первых, пришлось признать, что Аластор не был ей неприятен. Ладно, возможно, он даже ей нравился. Как мужчина. Как бы она не бегала, фигурально выражаясь, за Снейпом, как бы не хотела сблизиться с ним, Грюм сейчас был, в целом, больше в её вкусе. Хотя влиял на это скорее возраст и опытность, чем характер. Все эти девственники, что окружали её в школе, откровенно смущали. Пошло и приземленно, но оказаться в постели Аластора ей, теоретически, было бы приятнее.

Но, во-вторых, так она рассуждала, конечно, только потому что Снейп относился к ней достаточно прохладно. Если бы он проявлял к ней активный интерес, скорее всего она дала бы ему возможность подтвердить слухи и не только, невзирая на все их идеологические размолвки, существование живой и цветущей Лили-пока-ещё-Эванс и Дамблдора с его неодобрением. Слишком сильно было искушение. Слишком ей хотелось обмануться.

Все это было неправильно. И по отношению к Снейпу, к которому она выдвигала ворох требований, которым он никак сейчас не мог соответствовать, и по отношению к Грюму, которому все равно ужасно недоговаривала. Может, прижиматься к его жилету ей нравилось вполне искренне, но никаких глубоких чувств за этим точно не стояло.

— Мадам Фицрой, можно вас на минутку? — уже вечером Мэган незаметно подобралась к ней в историческом отделе в библиотеке.

— Конечно, профессор Беррес. Что вы хотели? — как можно более нейтрально-вежливо отозвалась Мия. Вышло даже слегка недоуменно.

Та подарила ей долгий непонятный взгляд и достала палочку, сделав такие же пассы, какие обычно делал Грюм, чтобы соблюсти приватность. И тут же отрезала:

— Я не собираюсь извиняться.

— Мне не нужны ваши извинения, — нагрубила она в ответ уже без всякого притворства.

— Что происходит между вами и Аластором? — прозвучало ещё более резко, словно Мэган уже допрашивала её в застенках аврората.

У неё не было причин отвечать, но Мия не стала создавать интригу на пустом месте:

— Он меня поцеловал, я залепила ему пощечину. Всё.

Беррес приподняла бровь, Мия развела руками. Как вообще так вышло, что она влезла не только в свои, но и в чужие любовные драмы?

— Им всегда нужно то, что они не могут получить, — а теперь голос Мэган был отчетливо сварливым.

— Так интереснее, — прыснула она. — Наше общение похоже на бесконечную пикировку.

Может, нужно было и со Снейпом придерживаться такой тактики? Но тогда они, наверное, и вовсе не сломали бы первый лед и не начали бы общаться.

— И что теперь? — уже более сдержанно поинтересовалась Беррес.

— Когда у вас там следующее занятие дуэльного клуба?

— Хотите поучаствовать?

— Хочу разбить вам лицо. Или сломать что-нибудь, — улыбнулась Мия.

Мэган отзеркалила её ухмылку.

— Тогда вам повезло: на этой неделе.

— Чудесно. Внесите нашу дуэль в расписание.

Меняла ли она своим присутствием судьбу Беррес. Нет, конечно, меняла, но насколько сильно? Были бы они вместе с Грюмом, если бы не появилась она? Мия ни разу не слышала об этой женщине в своем времени. Хотя, учитывая скрытность Грюма, вряд ли он ходил бы и рассказывал, что состоит в отношениях. Правда, все равно крайне маловероятно, что она стала его женой.

Мало было ей Мэган, тем же вечером на ковер её вызвал ещё и Дамблдор. Причём именно в таком смысле, не как куратор путешественника во времени, а просто как директор школы и её непосредственный начальник.

— Как развивается ваш конфликт с профессором Беррес? — и он туда же!

И как Дамблдор все так оперативно узнавал? Хотя, возможно, ему попросту сообщил Грюм, обеспокоенный ситуацией, раз уж сам был её косвенной причиной. Впрочем, вряд ли директора так уж волновали личные разборки персонала, но, если учесть, что её он в некотором смысле ограждал от лишних воздействий…