Глава 10 (1/2)

— Отвратительно выглядите, мисс Грейнджер, — выдал профессор Снейп, хотя даже не смотрел на неё.

— Плохо спала, — буркнула она просто чтобы что-то ответить и не показаться совсем уж грубой, — сэр.

Не то чтобы после всего, что они пережили вместе и по отдельности, соблюдать формальности было необходимо. Но профессор, который уже и профессором-то не был, и сам все ещё пытался сохранять какую-то субординацию, а почтительность перед старшими, казалось, была неотъемлемой частью её личности. Когда-то.

— Не заставляйте меня думать, что я зря тратил на вас время, — он что-то быстро писал на пергаменте, и это нисколько не мешало ему поддерживать диалог.

— Простите? — она прошла немного вглубь лаборатории, чувствуя практически растерянность.

Она никак не могла припомнить, что собиралась сегодня делать. Казалось, кошмар заставил её забыть не только о покое, но и о делах насущных тоже.

— Окклюменция, мисс Грейнджер, — отрывисто бросил он, продолжая строчить. — Или вы решили, что раз война кончилась, вам это больше не пригодится, и закончили упражняться?

Если честно, так и было, поэтому она хоть и вскинулась, но никакого дерзкого оправдания придумать не смогла.

— Без менторства я быстро зашла в тупик. В критической ситуации ещё получалось взять мысли под контроль, но, чтобы поддерживать все это в фоновом режиме, не хватало выдержки.

— Раз уж вы все равно обучаетесь у меня зельеварению, мы могли бы продолжить и занятия по ментальной магии, — легко предложил профессор Снейп. — В прошлом перед вами в первую очередь стояла задача скрыть свой разум, и мы были ограничены во времени, — как он гладко опустил подробности о том, что вообще не особенно хотел наставлять её. — Но сейчас вы, возможно, заинтересуетесь и другой стороной этого искусства.

— Легилименцией? — она непроизвольно приподняла брови.

С чего бы такая заинтересованность? Кто это и что он сделал со Снейпом?

* * *

Грюм все же не выдержал и первым написал ей, и у них завязалась какая-то донельзя странная переписка. Открыв небрежно свернутый пергамент, Мия закатила глаза. «Слышал, вы проиграли в дуэли с Беррес. Я разочарован, ждал от вас большего».

Её ответ был не менее краток и быстро нацарапан на обратной стороне его же письма: «А я удивлена, что вы в таких подробностях осведомлены во внутренней кухне Хогвартса. Аврората вам уже мало?» И вообще, почему только она думает, что ей не выгодно демонстрировать свои умения? Под бравадой Аластора логика скончалась в муках, это было ожидаемо. Но ведь даже Дамблдор никак не прокомментировал ситуацию. Может, она, конечно, перестраховывается, но ведь не только о себе переживает!

«Мэган рассказала. Это я надоумил её создать дуэльный клуб». Это такой тонкий намек, что он следит за ней и через Беррес? Как будто директора было мало. Ответ пришел тем же вечером, за ужином. Уставшая сова выглядела явно недовольной такой спешкой. Мия её прекрасно понимала — преодолевать приличные расстояния ради бессмысленных коротких записок было как-то даже обидно. Впрочем, что им с Грюмом друг другу ещё писать? Подробные описания, как прошел день?

Она была слегка раздражена очередным витком его навязчивости, пусть опять сама же на это и согласилась, так что отложила ответ до утра, просто чтобы заставить его ждать. Да и заниматься личными делами у всех на виду в Большом зале было бы как-то странно: мало того, что Дамблдор бдит, так ещё и Мэган посматривает на неё с явным интересом. Наверняка узнала птицу, с которой Аластор посылал ей письма, хотя та была вроде как не личная, а вероятно, министерская, приписанная к аврорату.

«Отличная идея, аврор Грюм. Ученикам нравится». И все же Мия была в совятне ещё до завтрака. А могла бы вовсе не отвечать. С Аластора, конечно, станется заявиться лично, но вряд ли он мог позволить себе бывать в Хогвартсе часто: и работа отвлекает, и Дамблдор не в восторге, что он к ней лезет.

«А вам?» За эту доставку Мия дала сове двойное печенье и попыталась погладить, но получила в ответ только ощутимый щипок за палец. Если бы служебные птицы получали оклад за количество переданных слов, этот сыч уже голодал бы. Может, предложить Грюму посылать сообщения с патронусами для экономии?

«Проигрывать неприятно, конечно, но это часть обучения, так что рада, что смогла проиллюстрировать это студентам».

«В прошлый раз вы справились куда лучше». На сей раз письмо пришло с другой птицей, предыдущая, наверное, просто отказалась лететь в такую даль опять. Все магические совы были… волшебными, как нетрудно догадаться, так что преодолевали расстояния куда быстрее и всегда (почти) находили адресата, но все же их способности имели пределы.

«Говорю же, это была случайность». Мия решила уже было расписать, что думает насчёт всего этого, но отвлеклась на дела и отправила так.

Погода, побаловав их погожими деньками напоследок, все же окончательно испортилась, поэтому все безвылазно сидели в замке друг у друга на виду. И в один (не)прекрасный день Слизнорт подловил её на непозволительно большом для ассистента количестве свободного времени. Определенно не стоило так активно подыгрывать ему — та идея с сахарными перьями явно была перебором. Возможно, её пренебрежение немного испортило бы им отношения, зато с меньшим уровнем доверия Гораций не стал бы навешивать на неё больше обязанностей.

В любом случае, по официальной версии ему нездоровилось. А Мия была практически на сто процентов уверена, что Слизнорт хотел получше подготовиться к предстоящей вечеринке Клуба Слизней. Впрочем, ничего сверхъестественного он от неё не потребовал, пока. Просто присмотреть за факультетом в его отсутствие. Всего-то и надо быть готовой открыть дверь на стук и прийти на помощь страждущим, если кто-то опять подерется, неудачно испробует новые чары на соседе или иным способом нарушит правила школы.

Работа няньки не то чтобы входила в её должностные обязанности, но и не особенно выбивалась из общего списка. Она и так должна была содействовать учебному и воспитательному процессу по мере сил. К тому же Гораций выставил замену с соблюдением всех формальностей, с уведомлением директора и даже с расширением её полномочий — ей позволили отнимать и начислять факультетские баллы. Так что, с одной стороны, Слизнорт поднял её статус и среди учителей, и среди студентов, можно сказать, проявил уважение. Но, с другой, было очевидно, что это не разовая акция, и он планирует «прикрываться» ею и дальше. Впрочем, большого выбора у неё не имелось, так что Мия лишь вздохнула, не особенно скрывая своего нежелания (на будущее), но согласилась.

Из-за этого социальная жизнь у неё практически расцвела, учитывая, как она чуралась общества в начале. Младшекурсники обратились к ней за помощью в тот же день и, кажется, приняли за полноценную заместительницу Слизнорта. Тут ей хорошо пригодился ещё школьный опыт старосты. Был в этом и неявный плюс: чем больше «змеей» она становилась, тем больше теряла привлекательности в глазах того же Сириуса. Правда, учитывая, кого Мия пестовала на факультете и кем сама являлась, выходило очень иронично.

«Может, вам тогда тоже стоит поучиться, чтобы закрепить успех?» Их дурацкая переписка с Грюмом все не заканчивалась.

«Дуэлинг не входит в область моих профессиональных интересов».

«Уметь крепко держать палочку в руке никогда не бывает лишним».

«Хотите потренировать меня?» Мия усмехнулась, пока писала ответ. Естественно, все это был просто повод прицепиться к ней. Даже интересно, что Беррес ему наплела.

Работа по обновлению школьного запаса ингредиентов и лабораторной посуды тоже медленно, но верно продвигалась. С Филчем старшим, как она условилась его звать про себя, они так и не встретились лично после Хэллоуина, но Мия писала и ему тоже уже несколько раз. И вот первая партия недостающих лапок аксолотля, слизи бундимунов и новеньких зачарованных реторт уже прибыла к ней в целости и сохранности на том же Хогвартс-экспрессе. Отправлять, как минимум, едкое вещество совой было не слишком безопасно. Правда, на этот раз Эрмий решил обойтись без сопровождающего, так что ей вновь пришлось доставлять посылку от поезда до Хогвартса самой.

Пешком, под дождем. И идти приходилось довольно медленно, ведь она тащила за собой ящики по уже отработанной методике — левитируя условный «поднос». Нынче карету ей никаким чудесным образом не предоставили. Спросить у Хагрида, который был ответственен за содержание фестралов, лично Мия побоялась — точно расстроится, что не в состоянии прямо сейчас переписать его судьбу. У него же даже палочку отобрали совершенно незаслуженно!

— Мадам Фицрой?

Аргус Филч нашел её в кладовой буквально через пару минут, как только она начала расставлять ингредиенты на полки.

— Да?

— Если у вас есть минутка…

— Конечно, мистер Филч, — она улыбнулась.

Удивительно, но вот о ком о ком, а об Аргусе у неё пока складывалось исключительно положительное впечатление. Не то чтобы он не был брюзгой и не относился к студентам с некой долей отвращения (и, наверняка, зависти), но, учитывая её собственное положение, они были практически на одной волне. Да и с позиции на равных общаться с ним было куда приятнее.

— Вы же работали в «Серебряном котле» до того, как устроились в Хогвартс? — он кивнул в сторону груза.

— Да, несколько месяцев.

— Его владелец ничего не говорил вам, — его лицо исказила болезненная судорога, но только на секунду, — обо мне?

— Нет, мы с мистером Филчем говорили в основном о заказах и… О, вы родственники? — Мия изобразила удивление, чтобы не ставить Аргуса в ещё более неудобное положение. — Я посчитала вас просто однофамильцами.

— Нет, да, — Филч скривился окончательно, видимо, пожалев, что начал этот разговор. — Мы родственники, но давно не общались.

Брат? По возрасту скорее сын. Эрмий лишил его наследства, не взял в семейное дело, но устроил в Хогвартс, чтобы не бросать на произвол судьбы? Проблемы магического сообщества касались не только магглорожденных, все было куда глубже.

— Знаю, как это бывает, — Мия все старалась сгладить углы. — Я тоже потеряла контакты с некоторыми людьми, которых считала близкими.

Ведь ещё до того, как она наложила на родителей Обливиэйт, они почти перестали разговаривать. Ситуация, конечно, была далеко не аналогичная, но некоторые параллели провести было возможно.

— Извините за беспокойство.

— Если хотите, я могу упомянуть вас в письме и…

— Нет-нет, не стоит, — выпалил он. Не желал навязываться, выглядеть жалким. Это было понятно.

Точно так же она не бросалась Дамблдору в ноги, чтобы уговорить содействовать ей активнее. Мия вообще больше его не торопила и не спрашивала, что же он там на счет неё и её информации надумал. Сам он никаких шагов как будто не предпринимал, а их беседы так до сих пор и состояли только из его расспросов с использованием Омута памяти, которые её совершенно не удовлетворяли. Ей казалось, что интересовался он совсем не тем и слишком поверхностно, но это она тоже держала при себе. Правда, построить более доверительные отношения это все равно не помогало — они все ещё были какими-то прохладными.

«Почему бы и нет? Это вполне моя область». Грюм не унимался. Не то чтобы Мие было в тягость написать пару строчек в день, но встречаться лично с ним ей все же было невыгодно, так что она поумерила его пыл: «Нет уж, спасибо. Я бы предпочла какой-нибудь менее травматичный повод для общения. Или вам так хочется причинить мне боль?»

«Возможно. Может быть, тогда вы явите свою истинную природу». Она цокнула и скорчила лицо, хотя её никто в данный момент не видел.

А если бы и увидел, то не смог бы понять причину такого поведения без использования ментальной магии. Но, несмотря на её прогресс в коммуникации с учащимися факультета, Снейп почему-то наоборот больше не проявлял к «мадам Фицрой» никакого интереса и перестал практиковать на ней легилименцию. Не то чтобы он должен был, не такая уж и занятная она была в повседневной жизни, но… Они не перекинулись ни словом с той неприятной для обоих беседы про совпадающую рецептуру зелья, а он сам едва мелькал где-то на заднем плане в коридорах и на обедах в Большом зале, изредка поднимая на неё взгляд (но и не прятал его, к слову). Или стал действовать аккуратнее настолько, что она не чувствовала никакого вмешательства, что было крайне маловероятно. А ведь она подсознательно хотела привлечь его, а получилось только отпугнуть. Но вряд ли, опять же, окончательно. Снейп был не лучше Грюма со своей мнительностью, а причины «зацепиться» за неё у него имелись.

Но хотя бы никаких неловких случайных встреч в темное время суток больше не предвиделось. Из-за заморозков вечерами Мия вместо прогулок развлекала себя слежкой по Карте Мародёров. Такое себе веселье, но лучше, чем ничего. К примеру, она выяснила, что Филч уже заимел привычку бродить по школе даже ночами, выслеживая нарушающих правила студентов, правда, пока в одиночку. Миссис Норрис, наверное, ещё не родилась.

Мие почему-то казалось, что наибольшей популярностью будут пользоваться тайные ходы до Хогсмида или хотя бы просто наружу замка. Но пока выходило, что чаще всего использовался скрытый путь до подземелий. Видно, у пары когтевранца и слизеринки развивался бурный роман. Хотя школу все же покидали, по крайней мере, один раз и сразу четверо. В полнолуние, конечно.

Интересно, Лили уже была в курсе маленькой пушистой проблемы Люпина? Что если это и позволило ей по-новому взглянуть на задиру Джеймса? Такая трогательная и самоотверженная забота о друге. Чтобы поддержать Римуса, остальным Мародёрам пришлось приложить огромные усилия: стать анимагами в таком возрасте, да ещё и самостоятельно… Пусть даже Дамблдор старательно закрывал на это глаза, это действительно заслуживало уважения. Особенно, если учесть, какими раздолбаями они казались по жизни. По крайней мере, Поттер и Блэк. Интересно, кому в голову пришла идея создать Карту? Тоже ведь занятный артефакт, явно не уровень хулиганов с Гриффиндора. Хотя распорядились они им ну точно, как полные придурки. Уж ей ли не знать, как это бывает. Она и сама была той ещё оторвой, если судить непредвзято, и значок старосты, и успехи в учебе этому совершенно не мешали.

* * *

— Не понимаю, в чем причина.

Мия закусила кончик пера и пролистала справочник ещё раз. Расчеты, касающиеся ерундового снадобья, не сходились уже в третий раз. Конечно, она делала их для собственного развлечения, можно было просто сварить его по стандартной рецептуре. Но после того случая с Зельем невидимости Слизнорт, казалось, поощрял её индивидуализм, так что не препятствовал тому, что иногда по вечерам она занимала лабораторию чуть дольше, чем нужно. Мия откинулась на спинку стула и нахмурилась — все сочетания ингредиентов она уже перебрала и не смогла заметить какого-либо конфликта. Гораций застыл у неё за спиной.