Грязь (1/2)
– Было больно? – заботливо спросил Павел.
Его рука нежно поглаживала обнаженное плечо Киры, которая лежала к нему спиной.
– Нет… – помотала головой она. – То есть да… – Она вытерла влагу под глазом.
– Я перегнул? – приподнялся Павел.
– Нет-нет… – поспешила успокоить его Кира. – Мне это… ну…
– Нравится? – усмехнулся он.
– Отстань! – засмеялась она и толкнула его локтем в бок.
– Тебе что – стыдно? – подскочил Павел и навис над ней, уперевшись рукой рядом с ее головой. – Меня нельзя стесняться, коротышка…
– Это еще почему? – нахмурилась Кира.
– Я запрещаю! – Павел взялся рукой за щеку Киры и оттянул в сторону. – Кто твой хозяин?
– Ахахаха! – засмеялась Кира, скинув его руку, и начала отбиваться.
Павел схватил ее за запястья и силой прижал их к подушке над ее головой. Она попыталась вырваться, но сразу сдалась и уставилась на него озорными глазами.
– Потому что ты сильнее? – спросила Кира.
– Потому что ты сама этого хочешь…
Это было правдой. Но дух протеста взял верх, и Кира толкнула Павла коленом в пах.
– Ай! – вскрикнул он, скривившись. – Не сломай!
Колено Киры упиралось в его напряженный пульсирующий член.
– Ты ненасытный… – выдохнула она.
– О, да… – прорычал Павел, взял Киру обеими руками за щеки и принялся покрывать поцелуями все ее лицо. – Ты моя самая красивая, самая милая, самая нежная…
Это была неправда.
– Красное! – вскрикнула Кира, останавливая игру.
– Ладно-ладно… – засмеялся Павел и упал рядом.
– Вот будет моя очередь… – проворчала Кира. – Я на тебе так оторвусь!
– Какая ты все-таки злюка…
– Ээээээээй!.. – раздался крик за окном.
Павел и Кира приподнялись, напряженно прислушиваясь.
– Эй! Паштееееееет! – продолжил тот же голос. – Выходи, бля! Побазарим!
– Вот блять… – сел Павел. – Как они поняли, что я здесь?
– Зря ты сюда пришел… – вздохнула Кира. – Сваливай быстрее.
Павел встал с кровати, подошел к окну и немного сдвинул штору, пустив в комнату луч солнечного света. В воздухе стали видны летающие пылинки.
– Солнечно… – произнес Павел задумчиво. – В солнечном свете все смотрится жизнерадостно… хоть зима, хоть грязь…
– Спускайся давай! – заорали за окном. – Разговор есть, слышишь?!
– Не связывайся с ними, – попросила Кира. – Что если они узнают, кто твой отец?
– Хуже если отец узнает, что я был здесь.
– Просто поговорим, бля!.. – не сдавался крикун. – Не обидим…
Павел продолжал смотреть в окно, придерживая штору.
– Там, куда мы уедем… – задумчиво произнес он и повернулся к Кире. – Там солнце триста дней в году. И никакой грязи.
– Если останемся живы, – сказала она.
***
Кира резко отскочила назад, разорвав дистанцию. Тимур дернулся, но остался на месте, стоя на колене.
– Ахахахахаха! – заржал Степан с облегчением. – Все-таки нет! Она выбрала поебаться!!
Вокруг раздался гул и смех байкеров, стоявших широким кругом. Шум дождя был уже не такой сильный – только легкое постукивание капель по капоту черного пикапа.
– Твою мать! – ругнулся Тимур и встал в полный рост. – Ты реально могла меня убить!
Он потрогал свою шею и посмотрел на пальцы, а затем пошевелил ногой. Брюки на его бедре были пропитаны кровью, рукав тоже окрасился в багровый цвет.
– Но… почему-то не справилась… – вздохнул Тимур. – Вот и всё. Теперь уже не важно, насколько ты крутая в бою.
Наклонившись, он подобрал из лужи свою катану. Кира отошла еще на несколько шагов. Она сорвала с вакидзаши шнур от расколовшихся ножен и бросила шнур в грязь.
– Знаешь одну игру? – спросил Тимур, положив катану на плечо. – Двое мчатся на машинах навстречу друг другу. Кто первый свернет – тот и проиграл.
Кира молча посмотрела на него, отведя вакидзаши вбок.
– Но какой будет расклад, если я знаю, что мой противник точно свернет? – спросил Тимур и встретился с противницей взглядом. – Тогда у него ровно никаких шансов!
– Проверим?.. – хрипло спросила Кира.
– Хммм… – покачал головой Тимур. – По-моему, и так все понятно…
– Или ты сам обоссался уже? – усмехнулась она.
– Ооооооо… берешь на слабо? – приподнял бровь Тимур.
– Пока ничья вообще-то… – заметила Кира.
Сняв с плеча катану, Тимур посмотрел на клинок и провел пальцами по зазубринам на лезвии.
– Хорошо… – кивнул он. – Финальный раунд!
– Оооох… как же вы заебали… – взвыл Степан. – Вы тут до ночи будете выебываться??
Тимур не обратил на него внимания и отставил ногу назад, взяв длинную рукоять катаны двумя руками. Кира повернула острие вакидзаши в сторону Тимура.
Оба замерли.
Промокшие насквозь зрители тоже старались лишний раз не шелохнуться. Степан наклонился вперед, уперевшись руками в колени, и напряженно наблюдал за противниками, стоящими на безопасной дистанции друг от друга. Между ними в лужах и грязи валялось оружие, а также изрубленные на куски остатки шеста, топора и железной трубы.
Дождь совсем сошел на нет, и его шум стих. По хромированной поверхности пикапа скатывались капли. Отдельные мелкие капельки дождя падали с неба в лужи, и по гладкой поверхности расходились круги, беспокоя отражения.
Подул ветерок, и по лужам пошла рябь. Холодный воздух обдал мокрых и покрытых грязью противников.
По телу Киры прокатилась дрожь. Она крепче сжала рукоять вакидзаши, и дрожь затихла. Дыхание стало глубоким и ровным.
Страх ушел.
Ярость затухла и исчезла.
Весь мир был словно нереальный. Это происходило не здесь и не сейчас.
Что будет дальше – не имело абсолютно никакого значения.
И одновременно это был самый реальный мир, где ощущалось каждое шевеление воздуха, слышен был каждый звук.
На лезвии клинка висели капли воды. Одна из капель сорвалась и упала в лужу.
Кап…
Тимур рванул вперед поднимая брызги из луж и опуская катану ниже. Кира бросилась ему навстречу.
Они схлестнулись!
БАМ! Тимур швырнул Киру в пикап так, что она спиной прогнула крыло, а машина со скрипом пошатнулась. Кира упала в грязь.
– Ха! – вскрикнул Тимур. – Всё!!
Кира вскочила на ноги, но Тимур ногой выбил вакидзаши из ее руки и этой же ногой впечатал ее в машину. Вакидзаши воткнулся в землю, и рукоятка завибрировала.
– ААААААРРРРР!!! – яростно заорала Кира, вцепившись в ногу Тимура.
Он дернул противницу на себя и врезал рукояткой по щеке, свалив в грязь.
– О, да… – выдохнул Степан. – Въеби ей!
Оглушенная Кира барахталась в грязи, пытаясь подняться, а Тимур ударил ее ногой под ребра с такой силой, что она покатилась.
– Все твои навыки бесполезны, – прошипел он яростно.
Встав над ней, Тимур наблюдал, как она переворачивается.
– У тебя был шанс… Ты бы могла! – воскликнул он с досадой.
Кира с трудом приподнялась, уперевшись рукой в колено. Тимур ударил ее кулаком по голове, уложив обратно.
– Но ты хочешь жить… – продолжал он, встряхнув рукой. – А значит… тебе остается только признать поражение!
Кира корчилась на земле, а Тимур взял ее за волосы и приподнял, посмотрев в ее помутневшие от боли глаза.
– Знаешь, что такое поражение? – спросил он.