Глава 18 (1/2)

Оказывается, что помимо болтливости, у Филипа находится ещё одна привычка, которую он явно перенял у своего босса. Каз узнаёт об этом, когда Роллинс уезжает из города к сыну. Терять время не хочется. Сначала Бреккер почти прилежно выслушивает парнишку, а потом набирает на машинке грандиозный план действий, который вызовет шум в Кеттердаме и доставит соперникам неприятности. Тем даже наказывать будет некого, пока ключевые фигуры отсутствуют в городе.

- Ты сумасшедший маленький ублюдок и я не собираюсь на это подписываться. Мистер Роллинс просил не привлекать внимания, а ты хочешь на уши весь Кеттердам поставить. Нет, Каз, мы не будем этого делать!

Бреккеру хватает упрямства не сдаться. Он мало чем может угрожать в облике ворона, но неприятности доставить в состоянии. Ситуацию усугубляет то, что Филип в несколько подвешенном состоянии, должен встретить Доути после обеда и волнуется за Роллинса. Как и за его сына, о чём хмуро Казу припоминает, но уже без прежней решимости. Как будто верит или хочет верить, что Бреккер не будет в будущем причинять вред невинному ребёнку.

Привычка, кстати, заключается в том, что Филип так же заявляет, что не станет куда-то вмешиваться, по крайней мере, без согласия своего босса. Но происходит всё с точностью наоборот. Парнишка долго и упорно возражает, но взгляд искрится любопытством, когда он вчитывается в то, что ворон пытается до него донести. План очень простой, а раз Каз теперь может летать, то и времени много не займёт. Нужно всего-то попасть к Луи Баретти в кабинет, прочесть содержание некоторых бумаг и писем, ведь он помнит, куда ювелир их кладёт и где хранит ключи. Самого Баретти требуется отвлечь и, чтобы не попасться Ван Эку, Бреккер предлагает достаточно жестокую, но шутку. Для этого нужно будет наведаться в Морг и приобщить пару людей из ”Отбросов”. При удачном раскладе, может и к Андерсену получится приблизиться, пока тот залёг на дно. Однако, продолжает звать Роллинса на ужин и пытаться окольными путями подобраться к ”Отбросам”.

Филип хмурится, приводит аргументы против, которые Бреккер разносит в пух и прах. Оба достаточно упрямы и увлекаются настолько, что не успевают убрать листы из печатной машинки, когда в кабинет кто-то входит. Крайне неосмотрительно со стороны обоих молодых людей и могло бы стать катастрофой. Но названный гость, застывший на пороге - всего лишь Герриган, который и так что-то знает и подозревает.

Филип замирает, краснеет и отчаянно пытается нечто придумать, пока здоровяк медленно проходит в помещение, не забыв запереть за собой дверь. Он сам выглядит несколько растерянным, почти смущённым, неловко сминает в руках шуршащий пакет, от которого изумительно пахнет чем-то свежим и вкусным. Герриган замечает листы и то, что на них написано, но не спешит начинать разговор первым, продолжая изумлённо смотреть на Филипа и Каза.

- Привет. Это не совсем то, о чём ты подумал, - нервно произносит парнишка, стараясь изо всех сил не терять лицо, но перед Герриганом просто не может.

Тот мимолётно хмурится, после чего присаживается рядом, кивком приветствуя и Каза.

- Я подумал, что он человек на самом деле. Разве я не прав? - с обескураживающей искренностью спрашивает молодой мужчина.

Филип замирает, заливаясь румянцем ещё больше. Каз же громко каркает в знак подтверждения и, чтобы сомнений у Герригана не осталось, выбивает на клавишах короткий утвердительный ответ. Смысла как-то притворяться он не видит, ведь здоровяк уже что-то знает и может оказаться весьма полезен.

Герриган изумлённо смотрит на ворона, потом снова на Филипа и смягчается ещё больше.

- Я не за этим пришёл. Ты, наверное, голоден.

- Наверное, - эхом отзывается парнишка, нервно усмехаясь.

Бреккер просто поражается, куда подевалось всё его красноречие в компании предмета симпатии. Герриган мало чем отличается, такой же смущённый и неуклюже ставит пакет на стол.

- Угощайся. Мне...посоветовали кондитерскую, которая тебе понравилась, - бормочет здоровяк.

В отличии от них обоих, Каз оказывается куда смелее, с любопытством разрывает клювом шуршащую бумагу. Внутри оказываются вафли и он быстро догадывается, кто это посоветовал. Откровенно говоря, Бреккер и сам не раз хотел поддаться на уговоры Нины угоститься сладким, но не позволял себе этого, будучи человеком. Сейчас маленькую слабость никто осуждать и комментировать не станет, Каз уже собирается стащить себе внушительный кусок. Он не знает, насколько это хорошо для пернатых, но уж точно лучше чем приевшийся арахис, мясо, некие фрукты и прочая полезная, но не самая вкусная еда, которую ему предлагают.

- Каз, это мне принесли, - с притворной обидой ворчит Филип, заставляя Бреккера уже из упрямства стащить угощение и переместиться с ним ближе к середине стола, дабы не забрали.

Иногда парнишка ворчит хуже Доути, но что-то забирать не собирается, ведь даже недовольное выражение его лица всего лишь притворство. Герриган коротко, но тепло смеётся, достаёт для ворона ещё один кусок и адресует Филипу почти нежную улыбку.

- Я принесу ещё.

- Не надо. Нам хватит и на троих. Я могу заварить чай или... - смущённо произносит парнишка, не в силах даже закончить предложение.

Здоровяк активно кивает в ответ, заставляя Филипа буквально просиять. Казу нестерпимо хочется фыркнуть, глядя на своеобразную идиллию. Но он не издаёт ни звука, с удовольствием расправляясь с вафлями, которые действительно оказываются невероятно вкусными.

Смущение и неловкость между Герриганом и Филипом постепенно исчезают, говорить друг с другом за чаепитием становится легко и приятно. Больше говорит парнишка, а собеседник внимательно слушает, не оставляя без внимания записи на бумаге, что принадлежат Казу. Здоровяк отмечает, что это имеет место быть и перед отъездом Роллинс намекнул ему, что за его отсутствие может произойти нечто подобное. Вероятно, рыжий ублюдок наверняка знал, что Бреккер без дела сидеть не будет. Догадка раздражает, Филип понимающе вздыхает, а Герриган предлагает привести план в действие. Говорит, что сам встретит Доути и разберётся с нюансами и должным размещением Марьи Хендрикс, а Филип может воплощать планы Каза. С Герриганом парнишка спорить не пытается и соглашается на всё, что ему предлагают.

Пока Филип отправляется на Остров Черной Вуали и в Морг, Каз решает полетать и разведать обстановку. Времени достаточно, Бреккер находит Баретти, который снова снуёт по городу в компании Ван Эка. Это невероятная удача, что позволит сэкономить время. В свой кабинет Луи вернётся не скоро, он отправится с купцом в Ратушу. С одной стороны это рискованно, ведь нечто может пойти не так и план полетит к чертям. Однако, Бреккер всё равно решает рискнуть и летит туда, где Баретти остановился.

Навыки взломщика можно использовать и будучи вороном, тем более, окно старого образца до безобразия легко открыть и попасть внутрь. К счастью, Луи оставляет вещи в том же порядке, который Каз уже видел. Время поджимает, но много и не требуется. Бреккер судорожно перебирает записи, стараясь не испортить их массивным клювом, чтобы не осталось следов и нечем было вызвать подозрения. Он узнаёт имя нового сообщника Баретти, некие пометки про Блуждающий остров. И тут же оказывается в тупике, ведь проклятый ювелир в основном делает записи на каэльском. Бреккер даже при огромном желании прочесть не сможет, а украсть много не представляется возможным. Он злится, но в голове быстро рождается подобие плана. Недалеко находится чердак, можно попробовать забрать хотя бы записную книжку. Та достаточно массивная, а расстояние небольшое. Позже, в суматохе, Филип её заберёт и общими усилиями получится что-то расшифровать или дождаться Роллинса.

Так Каз и поступает, немного неуклюже, но всё равно с успехом. Следов он не оставляет, Баретти даже подозревать толком некого. Инеж в Кеттердаме нет, по общедоступной информации ворон Пекки Роллинса - калека, сам мужчина и его банда так же останутся вне подозрений, потому что мелькают на глазах у кучи людей.

Бреккеру везёт, он остаётся незамеченным, оставляет записную книжку на соседнем чердаке и устремляется на Пятую Гавань. Там и должен будет появиться Филип, назначивший встречу Шпехту, Анике, Пиму и Ротти. Каз сливается со стаей других птиц и начинает ждать. Погода выдаётся достаточно хорошей, безоблачной, солнечные лучи приятно греют крылья. Бреккеру успевает искренне понравиться это ощущение, он подставляется солнцу, уподобляясь другим птицам и скрашивает этим своё ожидание.

Филип приходит с настолько кислой миной, будто его вот-вот стошнит. ”Отбросы” настороженно изучают его взглядом, Каз перемещается ближе, чтобы слышать лучше. Аника и Пим не скрывают раздражения от присутствия парнишки, Шпехт и Ротти кажутся куда более спокойными.

- У меня есть взаимовыгодная сделка, - начинает Филип, делая добродушное лицо.

- Мы тебя, конечно, выслушаем, но ты зря теряешь время, скив, - тут же недружелюбно ворчит Пим.

- Вообще-то мы теперь партнёры, оболтус и ваш новый босс ко мне благосклонна.

- А мы к твоему боссу и тебе не особо благосклонны. Выкладывай, - рявкает Аника, ненавязчиво поправляя припрятанное оружие.

Филип закатывает глаза почти как Пекка. Лезет в карман, достаёт небольшую коробочку, брезгливо морщится, когда открывает её перед молодыми людьми. Там находится безымянный женский палец, незаметно позаимствованный в Морге за некоторую сумму, а на пальце красуется обручальное кольцо Элис Ван Эк. Вроде бы девушка отдала его добровольно, Филип умеет быть красноречивым. ”Отбросы” быстро понимают, к чему парнишка клонит и как подобный обманный фокус подействует на Ван Эка. На их лицах читается азарт, заинтересованность и Филип великолепно это видит.

- Мистер Шпехт мастерски подделывает почерк. Для записки купцу сойдёт любой и нужно будет незаметно подкинуть ему наш подарок. За мной хвост, а из ваших людей кто-нибудь может остаться незамеченным. Вы в деле?

Ротти вдруг улыбается как сущий дьявол и тянет:

- Твой старик предупреждал, что ты можешь прийти с какой-нибудь конечностью. Мы в деле.

На лице парнишки только на мгновение скользит удивление. Каз его понимает, ведь сам удивлён не меньше. Надо же, похоже Роллинс действительно предугадал то, что Бреккер захочет сделать. И, видимо, не против, раз предупредил об этом Герригана и некоторых ”Отбросов”. Однако, напакостить ему всё равно хочется не меньше и Каз уже во всю представляет, как разгромит очередной его кабинет. Со здоровым крылом масштаб трагедии будет куда больше.

Филип подыгрывает, лукаво смеётся и они быстро договариваются. Так же оперативно покидают гавань, пускаясь в разные стороны. Каз выжидает ещё немного и взмывает в небо сам. До кучи неплохо бы подгадить ещё и Андерсену, но за ним и наблюдать с близкого расстояния рискованно. Бреккер делает это издалека, замечая мерзавца в злачном районе, в компании неких шуханцев. В отличии от Равки, в Керчии к ним никто предвзято не относится, только смотрят свысока, как на любых других иностранцев. Разговор разобрать не получается, зато Каз замечает обмен конвертами и лихорадочный жадный блеск в глазах бедной Ани. Вероятно, финансист таким образом приобретает парем и юноша запоминает деталь и лица незнакомцев.

Перед возвращением в клуб, Бреккер ещё некоторое время кружит над городом, воочию наблюдая, как в Ратуше разгорается паника. Значит, презент дошёл до Ван Эка, начинается ещё больший ажиотаж, усиление патрулей и различные обыски. Каз знает, что они ничего не найдут, особенно когда ключевых лиц нет в городе. И на какое-то время отстанут от Пятой Гавани. Возможно, за это время уязвленный противник совершит ошибку, главное не тянуть слишком сильно.

Ланцов обещал, что они справятся за жалкую неделю и Бреккер почему-то ему верит. Этого времени вполне достаточно. Роллинс вернётся уже завтра, даст указания касательно свидетельств Марьи и через пару дней отбудет на родину, как только удостоверится, что его люди и ”Отбросы” точно проконтролируют ситуацию в городе. По хорошему счёту, если дождаться Воронов, то никаких рисков не будет, но оно всё равно звучит маловероятно. Несчастные семь дней на всё про всё и Каз всё равно верит, что получится. У равкианского короля явно припрятаны тузы в рукаве и, к большому счастью, он их союзник.

Окно кабинета Роллинса в ”Каэльском принце” предусмотрительно не закрывают, хотя Каз справился бы со щеколдой. Он влетает туда уже после захода солнца, приземляется на стол и искренне рад, что никого кроме Филипа в помещении нет. Бреккер не хочет терять время, оперативно набирает местонахождение записной книжки, просит поторопиться и обещает обсудить остальное после. Филип всё понимает и не задерживается, оставляя его в одиночестве. Каз и не против, тем более у него ещё остался вкусный недоеденный десерт, которым можно полноценно насладиться без любопытных глаз.

Парнишка возвращается быстро и не один. С ним Герриган и выражение его лица настолько же виноватое, как у самого Филипа. Процессию замыкает растрёпанный Доути, по которому очень понятно, что он знает куда больше, чем планировалось. Хотелось бы, чтобы ворчун узнал правду хотя бы в присутствии Роллинса. Мужчина сверлит взглядом Каза, шипит что-то неразборчивое и щедро наливает себе виски, опрокидывая залпом. Кивком указывает Герригану с Филипом сесть и самостоятельно заправляет печатную машинку листами, не спуская с Бреккера хмурого взгляда.

- Приютили оборотня. А я ведь говорил, что с ним что-то не так. Чего раньше молчали, тугодумы? - ворчливо, но не так уж и злобно бормочет Доути.

- Мистер Роллинс хотел... - робко начинает Филип, но тут же замолкает, когда мужчина обречённо качает головой.

- Если б нашего мистера Роллинса никто не останавливал от того, что он там хотел, то я бы похоронил его в первый год нашего знакомства. Вот понятно теперь, чего этот окаянный всё вокруг крушит, - фыркает Доути.

Каз в ответ угрожающе каркает и выбивает на клавишах очень нецензурное выражение, которое заставляет этого сноба скривиться. Однако, Доути всё равно отходчивый. Он наливает себе ещё, неуловимо смягчается и кажется готовым уже мирно обсудить детали, пока их не отвлекают. Из приёмной слышится мерзкий знакомый голос Танте Хелен, требующий пропустить её немедленно. Судя по второму голосу, секретарь Роллинса сопротивляется изо всех сил, но дамочка слишком напориста.

- Этого ещё не хватало. Я разберусь, - Доути решает взять удар на себя и стремительно выходит из кабинета.

А у Каза настроение падает ниже некуда. Вероятно, что Хелен просто не в курсе, что Роллинса нет в городе, тот старается с ней не контактировать и ни о чём не оповещать. Но старается плохо, раз она, мало того, что шлёт письмо за письмом с предложением сотрудничества, так ещё и снова бесцеремонно является в его заведение. Возможно, что Пекка вообще соврал и не против связаться с противной женщиной, для его бизнеса это полезно. Про его принципы в этом отношении Бреккер старается не думать, убеждая себя, что у мерзавца этих принципов нет. Поэтому Каз и загорается новой решимостью снова испортить ему жизнь и отвратительный порядок кабинета в ”Каэльском принце”.