Часть 7.1 (1/2)

ПАКАРА

За три дня до приезда Анес и Ореста обратно в стаю.

Пакара сладко спала. Так крепко, что и забыла совсем, что хотела посмотреть, как уезжала Анес. Обычно ее будил Гаспар, но и он сегодня спал. Тем удивительней была Пакаре проснуться от прикосновения к голове.

— М-м-м, — нахмурила она бровки.

— Эй, просыпайся, — произнес насмешливый голос. Пакара приоткрыла сонные глаза и увидела… Брана. Он, улыбаясь во весь рот, присел рядом с ее кроватью и лаской старался разбудить.

— Бран? Что… тебе нельзя вставать! — тут же спохватилась Пакара.

— Тише. Гаспар применил магию, и я вылечился.

Пакара нахмурилась.

— Магию?

— Ага, теперь будет спать до вечера. А у нас с тобой дела. Помнишь, что ты обещала?

— Что? — все еще находясь в прострации, переспросила она.

— Что поедешь со мной кататься на лошади, — лучезарно улыбнулся Бран, бодро вскакивая на ноги.

Пакара села и потерла глаза, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Вылечил, значит… — выдохнула она и сжала зубы. Вот же… лекарь недобитый. Она после скажет все, что о нем думает. — Я есть хочу.

— Одевайся, пойдем в обеденный шатер, — сказал Бран, отходя. Он был так раздражающе бодр.

— Выйди для начала.

Бран фыркнул и развернулся, чтобы выйти в другую часть шатра. Пакара застонала и принялась умываться и надевать все слои платья… Своего старого, доброго платья.

Бран вздернул бровь, увидев ее.

— Что? — тут же ощетинилась Пакара.

— Думал, ты наденешь… то зеленое платье, — сказав это, Бран пробежал глазами по ее фигуре.

— Чтобы убить его при поездке? Нет уж.

Бран лучезарно улыбнулся.

— Значит, понравилось, да?

— Я все равно думаю, что это был наглый подкуп, — скрестила она руки на груди.

Бран вместо этого засмеялся.

— Ладно, пойдем, пора тебя кое с кем познакомить.

— Со своей кобылой? — криво усмехнулась Пакара.

— У меня так-то жеребец, но с ним потом. Прежде хотел представить тебя Гаине.

Пакара, нахмурив брови, стояла перед красной палаткой. Той самой, где видела Брана во второй цикл своего пребывания в стае. Казалось, это было так давно. Но вот она тут, идет знакомиться с девушкой, что ранее представлялась Пакаре любовницей Брана. На деле же — его подопечная. Пакара не могла не уважать такой поступок. Если, конечно, это правда. Но то, что волк ведет ее знакомиться с Гаиной, говорит об искренности его слов.

Красная палатка внутри была… огромной. Их встречал с виду небольшой холл: тут стояли вазы с цветами, даже цветная циновка была и жаровня. И этот холл служил переходом между двумя мирами. Один вел в залы, где волки могли спустить свою похоть. От того и стоны слышались более ярко. Пакара покраснела и поморщилась, заслышав это. А Бран, паразит такой, только засмеялся.

Второй ход вел в обширные казармы. Только для простых девушек. И тут стояла уже тишина. Кровати, столы и столики, тазы, жаровни и гнетущая атмосфера. От нее Пакаре стало не по себе, буквально холод прошелся по коже. Бран же уверенной походкой прошел сквозь эти помещения. Девушки, сидевшие то на кроватях, то за столом, были как призраки. В серых платьях, бледные, волосы убраны, а у кого-то их вообще почти не было. Они провожали пару лишь потухшими взглядами, даже не повернув головы.

Пакара удивленно моргнула и посмотрела на Брана, думая, что он объяснит, но ее волка эта картина ничуть не смущала. За казармами были отдельные комнаты, отделенные тентом. И в одну из них зашел Бран.

Внутри тента был приятный полумрак, и намного теплее, чем в казарме. Но и обстановка стандартная. Жаровня, простенький ковер, четыре кровати. И четыре девушки. На последних сроках беременности. Три из них были такими же потухшими, что и девы в зале. Но вот одна, в ужасном бесформенном платье, с неубранными русыми волосами и глазами, что хотя бы не были похожими на рыбьи по своей осмысленности.

— Бран! — поднялась она с кровати, отложив шитье.

— Здравствуй, Гаина, — ответил он с улыбкой и, подойдя, приобнял девушку. Пакаре не зря она еще тогда показалась слишком маленькой. Вблизи Гаина была невероятно хрупкой, бледной и юной. Но это не мешало огромному животу изредка показываться из-под бесформенного платья, что уходило в пол. Как она могла не заметить этого раньше?

— Гаина, познакомься, это моя пара, Пакара.

— Привет, — улыбнулась Пакара. — Но я еще не пара, — поправила она Брана.

— Пока, — криво улыбнулся тот.

— Очень приятно, Пакара. Я рада, что Бран нашел себе… достойную девушку, — ее улыбка была теплой, но какой-то натянутой. — Боюсь, мой стол не столь богат, я и могу предложить лишь отвар из трав.

Пакара вежливо улыбнулась и села на скамеечку перед длинным столом.

— Не волнуйся, Гаина, — махнул Бран рукой. — Твои подруги будут с нами?

— Н-нет, — покачала головой Гаина. — Ты знаешь, они в твоем присутствии не говорят.

— До сих пор? — моргнул он. — Прошел уже не один цикл луны.

Гаина печально вздохнула, опустив взгляд.

— Страх сильнее времени, Бран.

Пакара бегала глазами от волка к девушке.

— О чем вы? Они так боятся, что даже не могут говорить с мужчинами?

Гаина сжала губы, и прежде, чем Бран ответил за нее, сказала Пакаре:

— В стае, куда мы попали, нам запрещали говорить. За одно хоть слово… подвергали пыткам, — она запнулась сглотнув, а одна из девушек всхлипнула. — Меня забрал… один волк. И он не запрещал, но Боне, Римке и Оне повезло меньше.

Пакара замерла, огромными глазами смотря на Гаину, а потом и на других девушек на кроватях. Они были столь невзрачны, что походили друг на друга. Длинные, неубранные темные волосы, закрывающие лица, бесформенные платья, беременные животы. У одной только шнурок был завязан под грудью, показывая, насколько она в положении.