Часть 3 (1/2)

4 июня 1998 год. 12:00

Я аппарирую домой в Мэнор.

У камина стоит встревоженная мать.

Кто бы знал, как я не хочу сейчас ни с кем говорить. Но понимаю, что объяснений с ней не избежать.

Я сажусь в привычное потертое кресло, расстегнув рубашку и скинув дорогой пиджак.

Эльф Тинки немедленно забрала вещь и исчезла.

Я призываю бокал и вино, которое припрятал на случай непредвиденных обстоятельств.

И эти обстоятельства настали.

Мать закрыла от меня хранилище с винами отца.

А я просто в бешенстве.

Мне нужно выпить.

Я наливаю полный бокал и выпиваю залпом.

- Драко! Ты не можешь сейчас напиваться! Вечером у тебя интервью!

Моя мать недовольна моим поведением.

- мама, если я не выпью, боюсь, что до вечера не доживу.

- это уже похоже на алкоголизм! Только позорные маги, могут опуститься до такого уровня! Возьми себя в руки!

Я наливаю еще бокал и говорю:

- значит все чистокровные просто сборище позорных алкашей, если ты не знала.

Мать подошла к окну, и смотрела в даль. Ее взгляд был расфокусирован. Наверняка читает мои мысли.

Она очень опытный легилимент. Делает это незаметно.

Мне кажется еще пару лет и она достигнет уровня известной в истории Куинни Голдштейн.

Она нарушила тишину первая:

- и что же по твоему такого страшного произошло?

- а ты не видела? Это просто провал! Публичное фиаско! - я закрываю лицо руками.

- Фиаско, что тебя поцеловала Гермиона Грэйнджер на глазах у сотни волшебников?

Я опешил:

- нет, конечно нет! Но от этого не легче! Она просто пожалела меня. Для нее это ничего не значит.

Моя мать подошла и величаво возвысилась надо мной. Я сижу, вжатый в кресло и такой жалкий перед ней.

Я ощущаю вибрации ее негодования:

- так сделай, чтобы значило! Это отличный шанс! Не знала, что воспитала такого глупого сына.

Она помотала головой и подошла к камину, смотря на колдографию, где я маленький на ее руках. Она целует меня, а я смеюсь и выворачиваюсь от ее объятий.

- Тебе предоставился шанс исправить ВСЁ! Репутацию, личную жизнь. Скажи мне, Драко? Что останется после тебя? Что будет греть наши сердца и продолжиться в вечности?

Я смотрю на мать и не понимаю о чём она говорит.

- Я уже не молода, Драко. Наш род священных 28ми. Даже если мы нарушим статус крови, я не хочу, чтобы род Малфоев и тем более род Блэков прервался.

- мама! Ты внуков ждешь? - я откидываюсь на кресле и смотрю в потолок.

Мама опешила от моих слов.

- Даже если и так. Не собираешься же ты сгнить вот от этого.

Она кивает в сторону стакана.

Моей матери всегда не нравилось, когда кто-то злоупотреблял алкоголем.

Было время, когда мой отец часто этим занимался, забывая про семью и всё на свете. Слава Мэрлину, он вошел в норму и больше не пил. Конечно, не без помощи матери.

- Хорошо, мама. И что ты предлагаешь?

Я сгорбился в своем кресле, совершенно изможденный войной, ненавистью, и любовью...

Никогда бы в жизни не при ком другом не позволил себе этого. Но мама поймет. Она всегда понимает.

- Для начала, ты отправишься сегодя вечером на интервью. Я заплатила за него приличную сумму.

- Значит ты устроила этот цирк?

- Нет. Но с меня взяли плату.

Я хмыкнул. Даже сейчас они видят в нас просто мешок денег и стараются урвать побольше.

Мать продолжила:

- Потом ты будешь хорошо играть свою роль с мисс Грэйнджер и возможно вы оба вживетесь в нее.

Я ухмыляюсь еще больше:

- Разве такое возможно, мама?

- Возможно. Если ты будешь хорошим мальчиком и слушать мои подсказки. А сейчас отдохни. Впереди интересный путь.

Моя мать ушла, громко цокая своими каблуками по мраморному полу.

От этого стука у меня начинает болеть голова.

Я не стал с ней спорить. Просто не было сил. Я закрыл глаза и просто погрузился в воспоминания. Все до мельчайших деталей:

Ее неожиданный поцелуй, ее оголенную красивую спину. Мать его! Это всего лишь спина. Но мне хочется провести пальцами по ней. Почувствовать шелковистость ее кожи. Обнимать за талию. Целовать каждый сантиметр ее стройного тела.

Из размышлений меня выдернула эльф Тинки.

- Хозяин! Мадам Нарцисса отправила к вам. Хозяйка сказала, что Тинки должна купить цветы. Какие цветы любит мисс Грэйнджер?

Салазар Слизерин! Моя мама точно змея.

- Не знаю, Тинки,- ответил я.

Она грустно понурила голову и собралась уже аппарировать, как я вспомнил:

- Постой! Она любит полевые цветы. Может ромашки или дикие гвоздики? Сможешь найти гармоничный букет?

- конечно хозяин! Тинки может!

- и еще. Заверни их в золоченую бумагу.

Эльф поклонилась и аппарировала с хлопком.

А я пошел наверх в свою комнату, в свою обитель. Привести себя в порядок. И ждать начала конца...

17:30.

Мама помогает накинуть мне светлый пиджак и поправляет галстук.

Как давно я ходил на свидания? И не помню: может на 4ом курсе? До того, как началось всё дерьмо в моей жизни.

Хотя, спустя время, я понял, что вся моя жизнь была сплошным дерьмом. Я не жил, так как хотел. Оправдывая ожидания отца, который вечно был недоволен мной. К черту!

Мама права. Пришло время начать жить. Жить так, как хочу я. Или хотя бы сделать попытку.

Мама стряхнула с моего плеча невидимые пылинки и сказала:

- ты великолепен. Настоящий лорд Малфой. Ничего не бойся. Только слепая не заметит твоей красоты и не влюбится.

Я закатываю глаза:

- мама. Это Грэйнджер. Я возможно не в ее вкусе. У меня не рыжий цвет волос и я не веду себя как болван. Хотя, возможно, в последнем уже преуспел.

Мама улыбнулась.

- все будет хорошо. Подари ей цветы, как я тебе говорила. Комплимент. И не отходи от нее. Помни: вы ”пара.”

- да-да мама! Ты учишь меня обольщению?

- я вижу, как ты забываешь про тонкости этого искусства рядом с ней.

Я смотрю на свои дорогие часы. Без десяти шесть.

- Я пойду.

Мама протягивает мне цветы, которые принесла Тинки, вхожу в камин и называю адрес:

” Тиффани и Британи.”

***

Гермиона опаздывала на это гребаное интервью.

Ее так выбили из колеи слова Малфоя, что она не заметила, как быстро пролетело время.

После того, как Рон, Гарри и Джинни распили по бокалу вина, ее друзья ушли в Нору. А она осталась здесь. Одна.

Спохватившись, Гермиона начала перебирать свои тряпки и бурно кидать их на пол из комода. Ничего подходящего.

Почему то сегодня ей хотелось выглядеть красиво. Но не для Малфоя конечно же!

Хотя, зачем врать. Она хотела удивить этого хорька. Доказать, что не хуже его. Ведь теперь, они так называемая ”пара”.

Наконец, ее глаза увидели голубую ткань с фиолетовыми переливами.

Это оно. Ее любимое платье. Легкий сарафан с рукавом фонариком и приталенной, в меру пышной юбкой до колен.

Вырез в меру оголял ее девичью грудь.

А ткань была легкой и шелковой, перламутрового оттенка.

Она посмотрела на себя в зеркало. Платье несомненно ей шло.

Перед зеркалом она распрямила волосы, которые все равно никогда не оставались прямыми, но превращались в аккуратные, слегка волнистые пряди.

Макияж Гермиона предпочитала магловский.

Тушь, подводка, и блестящий блеск, под тон кожи.

Остальное было явно излишне.

Она достала нетронутые ни разу босоножки на тонком каблучке.

Слава Мэрлину перед этим ей сделали безупречный педикюр.

Ей нравились ее лодыжки и ступни. Больше, чем все остальное. Маленькие и аккуратные. Идеально ровные пальцы. А неброский лак это подчеркивал. Наверное на этом ее красота и заканчивалась. Так она думала.

Она вышла во двор своего дома в 18:00 и аппарировала ко входу кафе ”Тиффани и Британи.”

Выдохнув и вдохнув глубоко 4 раза, она вошла.

Людей в кафе было достаточно много. И все обернули свои взгляды на нее.

Гермионе стало не по себе. Она никогда не любила излишнее внимание к своей персоне.

Как назло, она ищет глазами Гарри или Скитер или рыжие макушки, но не может найти.

Может у них поменялись планы? Но Гарри бы точно предупредил.

Он бы не оставил ее в таком неприятном положении.

К счастью она увидела, как в дальнем углу у окна ей машет рука. Джинни.

Она уже собралась идти к столику, но увидела мужскую фигуру, направляющуюся к ней. Светлый костюм, платиновые волосы и грозовой взгляд.

Драко Малфой своей невесомо легкой походкой подошел к ней. Он слегка улыбается.

Гермиона не может пошевелиться, словно парализованная. Словно ее оглушили: Петрификус Тоталус!

Драко Малфой держит в руках букет.

Кому? Неужели позвал очередную пассию?

Он протягивает Гермионе цветы и говорит с хрипотцой:

- это тебе. Я не помню какие цветы тебе нравятся...

И прочищает горло.

Гермиона смотрит: это букет красивых полевых цветов в роскошной золотой обертке, которая переливается, как снег на солнце.

Гермиона не верит этому чуду.

Малфой подарил цветы? Ей?

Хотя по-другому и быть не может. Он будет отлично играть роль , чтобы восстановить свою Фамилию.

Гермиона принимает букет.

- Спасибо. Э... Драко.

Малфой оторопел. Его лицо стало задумчиво-счастливым, но тут же маска безразличия вернулась на место.

Драко слегка коснулся ее щеки губами и разряд тока прошел сквозь ее тело. Годрик!

Да почему я так реагирую? - думает Гермиона.

И вот они идут к столику, где уже ждут ее друзья и Скитер.

Малфой чуть касается спины Гермионы рукой. Словно ведет ее.

Она пытается скрыть волнение, но знает, что не сильна в контроле эмоций.

Гарри и Рон любезно привстали, когда они подошли. А Малфой отодвинул ее стул - резное большое кресло и она присела, взглянув в его глаза.

Ей показалось, что он волнуется.

Но с чего бы?

- Какой красивый букет! Гермиона, это ваши любимые цветы? - Начала допрос Рита Скитер и ее перо уже прытко пишет над ее головой.

- ээ. Да. Мне нравятся полевые цветы.

Малфой сел с ней рядом. Гермиона не знает, куда себя деть. Ей хочется провалиться сквозь землю. Тем более Гарри и Рон на них смотрят, не отрываясь.

Джинни ударяет вбок Поттера и тот отвлекается. Джинни улыбается Гермионе. Слава богу, хоть подруга на ее стороне.

Официант ставит букет в воду на окно, позади столика.

А Скитер начинает свое провокационное интервью:

- значит, мистер Малфой, вы настолько близки, что уже знаете любимые цветы Гермионы? А можете назвать ее любимый напиток?

Малфой замялся. Он сидит ровно, как настоящий принц. Гермиона, следуя его примеру, тоже выпрямила спину.

- ээ. Я полагаю, моя возлюбленная всегда предпочитала тыквенный сок.

Возлюбленная? - захотелось выкрикнуть Гермионе, но сдержалась. Вместо этого она лишь подпрыгнула.

Скитер охает.

- ну конечно! Не против, молодые люди выпить со старой журналисткой что-нибудь покрепче?. Это вычеркни, - говорит она своему перу.

Поттер кивает.

- Я точно не против, - Говорит побагроаевший от злости Рон.

- Отлично! - Скитер гладит Поттера по щеке своим пером.

Оффициант поднес бокалы и бутылку дорого белого вина из Сицилии.

- Гермиона и Драко, начнем с вас. Как завязалась ваша дружба? Читатели хотели бы узнать подробности.

- Ээ. - Всё красноречие Гермионы пропало. И конечно, это же не урок трансфигурации, где отвечать нужно строго по книжке. Это ее личное, что она должна рассказать всему миру.

Малфой взял удар на себя:

- на самом деле, мы в школе не были друзьми. Даже больше. Мы были неприятелями. Но как говориться: от ненависти до любви...

- Один шаг. - Закончила за него реплику журналистка. - Значит, вы хотите сказать, что были врагами?

- нет! Точно нет. Просто наши факультеты всегда враждовали. А она единственная, кто обгонял меня в оценках по предметам.

Малфой мило улыбался и положил руку на ногу Гермионы.

Гермиона оторопела от такой наглости.

Но вместо того, чтобы съездить ему по высокомерной физиономии, сидела и краснела.

Да как он смеет?

- то есть, как вы выразились, вы ненавидели Гермиону?

Скитер сидела и потягивала вино. Окружающие были напряжены.