И толпы, увы, не пойдут за тобой (1/2)

Мужскую часть отделения собирают в маленьком конференц-зале. Выглядит уныло —небольшая магнитная доска, ряды стульев, диван на три места и пара пуфиков, а вокруг тускло-жёлтые стены с облезшей штукатуркой. Гю, привыкшему к неоновым баннерам, сияющим в темноте, постоянным вспышкам света и кричащим цветам, плохо чуть ли не на физическом уровне.

Справедливости ради, под конец именно от всей тусовочной атмосферы и тошнило. От ночного образа жизни с колотящимся из-за энергетиков сердцем, от режущего глаз мерцания вывесок, от запаха чужого перегара. От всех этих молодых глупых ребят без смысла жизни.

Может, он надумывает, может, у них смысл был. А у него — точно нет.

Однако, иногда это кажется лучшим вариантом. По крайней мере, если сравнивать с психушкой. Если сравнивать с унылыми парнями овощного вида в потрепанной одежде и дурно пахнущими дедами, находящимися на грани деменции.

Танос выделяется среди них не только яркими волосами, но и, несмотря на наркотики, осмысленностью в глазах.

— Давай, old man. — Су Бонг берёт какого-то мужичка за руку, сгоняя с дивана. Тот, видимо, мало что понимает, поэтому уходит послушно. — Нам Су, иди сюда!

— Гю.

Помещение медленно заполняется людьми. Рядом, на третье место, садиться никто не планирует— репутацию они заработали уже дурную. Слишком громкие, неоправданно весёлые и грубые. Другие пациенты, полные бесконечной тоски, косились, как и заебанные медбратья с врачами. Кстати о врачах.

Заходит один из них, самый молодой, не освоившийся пока, поэтому активный, полный добрых побуждений и малость нервный. Наверное, с какими-то амбициями и желанием помочь.

Пусть себе поможет.

Пусть бежит куда подальше, пока не задушила эта мерзкая, душная и тяжелая атмосфера, которая пробивается даже через относительно качественный трип. На трезвую выносить больницу должно быть очень сложно.

Но тот остаётся здесь, на месте, ещё и умудряется что-то рассказывать. Что? Дело второстепенное. Ни слова в голове не задерживается. Прислушаться — там скучнейшая лекция про биполярное.

— Больные этим расстройством сначала ощущают невероятный прилив сил, пациенты чувствуют сильный подъем настроения, вплоть до эйфории. У них ускоряется мышление, наблюдаются скачки идей, в том числе бредовых. Повышается двигательная активность, особенно направленная на получение удовольствия, в том числе от секса или наркотиков. Ни одно дело не доводится до конца. Зачастую человек отрицает проблемность данного поведения, к специалистам он обращается лишь во время спада. Чем сильнее маниакальный эпизод, тем сильнее последующий за ним депрессивный.

Дверь внезапно приоткрывается. Выглядывает пацан, по виду буквально мальчик, напуганный и неуверенный. Оглядывается в поисках того, куда сесть. Всё занято, остался лишь диван. Мальчишка, явно сомневаясь, боязливо присаживается рядом с Нам Гю на самый край. Того гляди свалится.

— Я не кусаюсь. — Гю флегматично его осматривает и замечает интересную деталь. — Что там у тебя?

Из-под длинного рукава рубашки виднеется начало свежего шрама вдоль руки. И явно есть нехилое продолжение.

Тут включается Танос. Ему всегда хочется куда-то встрясть, даже если тема его не касается. Без восхищающийся толпы вокруг он жутко голоден до внимания. Су Бонг почти ложится на Нам Гю, чтобы с другой стороны дотянуться до мальчишки, резко задирает рукав того вниз и удивленно поднимает брови, смотря на открывшуюся картину.

Теперь понятно, что этот едва совершеннолетний здесь забыл. На нем, совершенно невинно и даже трусливо выглядящем, так странно смотрится огромный порез. Тут надо сильно собраться духом. Или сильно отчаяться.

Сейчас же видно — ещё чуть-чуть и у пацана начнётся истерика. Его нужно отвлечь.

— Хэй, как тебя зовут?

Ноль реакции. Только взгляд в никуда и участившееся дыхание. Приходится бесцеремонно взять за подбородок и повернуть к себе, повторяя:

— Как зовут?

— Мин Су.

Уже лучше.

— Мин Су, — Гю держит спокойный и уверенный голос. — Назови мне три белых предмета в комнате.

Мальчик мечется, послушно выискивая белое вокруг.

— Халат врача. Ваза. — Он дрожит. — Доска.

— Три голубых?

— Небо за окном считается? — Задумчивость наконец перекрыла страх. Пошла мозговая деятельность, прекрасно.

— Да.

Когда лекция заканчивается, Мин Су поспешно уходит куда подальше.

— Damn, — Танос недоволен. — И зачем ты с ним возился?

— Тебя не учили держать с людьми хорошие отношения?

— Под всех подстраиваться? No, thanks.

— Люди пригождаются, рано или поздно. Любые. В этом и смысл.

Су Бонг лишь пожимает плечами, параллельно играясь с крестом на шее. Голову заполняет предвкушение, пацан отходит на второй план.

***

— Знаешь что? — Танос, уже обгашенный, поднимает палец вверх, демонстрируя всем видом, что ему пришла в голову просто охуенная идея. — Я кое-что придумал.

Нам Гю же молча пялится в стену, даже когда слышит: «А вот и не расскажу тебе».

— Не рассказывай. — Держаться лучше как можно хладнокровнее. Так забавнее наблюдать за бесящимся соседом.

Тот хмурится и сжимает кулаки. Возможно, его игнорировали родители в детстве. Или одноклассники. Такой травмированный на самом деле. Поэтому очень интересно изучать, наблюдать за реакциями, доводить до злости. Узнавать.

— Всё равно скажу.

Это ощущается как маленькая победа, поэтому Нам Гю переходит к следующей стадии эмоциональных качель — приподнимает голову и резко меняется в лице, изображая заинтересованность. Су Бонг становится увереннее, расправляет плечи и выдаёт:

— Игра «Две правды, одна ложь». Знаешь ведь?

В ответ получает лишь покачивания головой из стороны в сторону.

— Блять, ты издеваешься? Там всё в названии. Я говорю две правды и одну ложь про свою жизнь, ты отгадываешь неправду. You know?

— Допустим.

— Ты первый.

Ну нихуя себе заявочка, ещё и говорить первым. Однако тело и мозг уже расслаблены веществом, отчего спорить кажется задачей тяжелее, нежели плыть по течению.

— Я начинал принимать с травки, — Нам Гю глядит вверх, пытаясь что-то вспомнить и выдать. — У меня есть собака. Раньше я участвовал в соревнованиях по бегу.

Танос осматривает его внимательно, так, словно пытается где-то на нём прочитать правильный ответ.

— Знаешь, ты выглядишь как собачник, а не кошатник. И как дурекур вполне. Как бегун — нет, извини.

— И всё равно звучит как оскорбление, друг.

— Разве не так?

— Не так.

Су Бонг опешивает. Реакция вполне адекватная — спортсменов обычно действительно представляют не так, как выглядит Гю. Да и (честно говоря) бегом он занимался очень давно.

— Трава?

Мимо, после неё он и бросил спорт.

— Собака.

— Всегда хотел собаку, только туры не позволяли. Да и нахуй такой хозяин.

— Я тоже так когда-то подумал, да и отдал её.

— То есть она была? Это наёбка, man, так играть нельзя.

Была. Дворняга беспородная, зато ласковая до жути. Нам Гю ко всему живому привязывался быстро, а заботиться получалось отвратительно. Добавлялась высокая загруженность, тогда он только-только начинал возиться с «Пентагоном», времени на другое не оставалось. В рутину уровня «Пришёл домой — поел — лёг спать» питомцы не вписывались.

— Так покажи мне, как играть.

— Я, — Танос даже не думает. — Средний ребёнок в семье. Я всегда бросал людей первым. Я целовался с мужчиной.

И смотрит настойчиво, гордый и довольный всем, что сейчас вывалил.