Часть 4 (1/2)

Сегодня в цветочном царстве безраздельно, с искрометным шиком и блеском, правил Лирион! И, клянусь усами георгина, правил он феерично! Он был не просто флорист, а дирижер цветочного оркестра, маэстро цветочного каламбура! Взмах ножниц – и унылый веник превращался в сногсшибательную цветочную дискотеку! Любой, кто попадал в лавку, рисковал остаться там навсегда, загипнотизированный талантом этого цветочного чародея. Но даже в этом буйстве красок, в самой глубине души Лириона затаилась маленькая, но вредная, как комариный писк в тишине ночи, заноза – Камиль. Альфа, чей взгляд прожигал дыру в озоновом слое и манил, словно бесплатный билет в Диснейленд. Камиль, который будил в нем одновременно нежный ураган и первобытный ужас – гремучую смесь, способную превратить даже самый шедевральный букет в кучу сена!

И вот, когда рабочий день уже лениво зевал, готовясь к заслуженному отдыху. И в лавке царила тишина, нарушаемая лишь вздохами омеги, протирающего пыль с кактусов… Дзынькнул колокольчик, предвещая нежданного гостя. Лирион обернулся, готовый ослепить клиента своей фирменной улыбкой, но застыл на месте, как муха в янтаре. В дверях стоял ОН. Сам Камиль! Альфа собственной неотразимой персоной, собственной аурой, от которой у одуванчиков вянут лепестки!

Сердце Лириона, до этого мирно посапывающее в ожидании дивана, вдруг заколотилось, как белка в колесе, готовое выпрыгнуть из груди и станцевать джигу! Он судорожно сглотнул, пытаясь обуздать свое взбунтовавшееся тело. ”Ну вот и приплыли, как сорняк в райский сад”, – пронеслось у него в голове, а руки, дрожа как осиновый лист на ветру, вцепились в стебель одинокой лилии, словно это был последний плот в океане страстей.

Камиль, похоже, даже не заметил произведенного эффекта. Он вошел в лавку, и воздух моментально стал искриться, как шампанское. Все наэлектризовалось, наполнилось какой-то первобытной, будоражащей магией. Альфа окинул помещение цепким взглядом, задержавшись на мгновение на букете алых роз, словно прикидывая, не использовать ли их в качестве оружия массового обольщения. ”Что ему нужно?” – отчаянно пытался понять Лирион, прокручивая в голове все сценарии, от безобидного ”купить гвоздики для тещи” до катастрофического ”предложение руки и сердца прямо здесь и сейчас!”.

— Лирион?! — голос Камиля прокатился по пространству, словно раскат бархатного грома, низкий и обволакивающий, как партия контрабаса в страстной опере. — Неужели судьба занесла тебя в этот оазис флористики?

— Д-да, — выдохнул Лирион, ощущая, как по позвоночнику скачут мурашки-наездники, устроившие родео. ”Спокойствие, только спокойствие!” – прошептал он себе, пытаясь изобразить на лице невозмутимость сфинкса.

— Мне нужна помощь. Срочно! — Камиль произнес это с таким напором, словно от этого зависело спасение вселенной, или, как минимум, его репутации.

— Какая помощь? Надеюсь, не нужно срочно прятать чемодан компромата в кадке с фикусом? — выпалил Лирион, и тут же мысленно отвесил себе подзатыльник за эту нелепую браваду. Ну что за идиотская привычка лезть на рожон?

Альфа усмехнулся, обнажив ряд ослепительно белых зубов, словно рекламировал зубную пасту для небожителей.

— Почти угадал! Мне нужен букет. Но не просто веник из роз, понимаешь? Мне нужен такой букет, чтобы он растопил сердце одного неприступного омеги, словно пломбир в жерле вулкана! Букет, способный вызвать цунами нежности и обвал восхищения! Сможешь сотворить такое чудо?

Парень чуть не выплюнул собственное сердце. Неприступный омега? Сердце растаять? Да он сейчас сам превратится в лужицу розовой воды! Но профессиональная гордость, как назло, взяла верх. В конце концов, он – Лирион, король цветочной вселенной! И он сделает так, что этот букет заставит даже каменную статую пустить слезу умиления!

– Вы пришли по адресу, Камиль, – гордо заявил он, выпрямляясь во весь свой метр с кепкой. – Я создам такой шедевр, что этот омега будет готов жениться на первом попавшемся кактусе! Камиль расхохотался.

– Вот это я понимаю! Тогда творите, волшебник! Я полностью полагаюсь на ваш безупречный вкус. И Лирион, полный решимости доказать свой талант, принялся за работу.

Но он украдкой поглядывал на Камиля, который неспешно прогуливался по лавке. Сердце колотилось с такой скоростью, что, казалось, вот-вот вырвется на свободу и запорхает по магазину, опыляя все вокруг пыльцой страсти. Альфа же, казалось, совершенно не подозревал о бушующем урагане эмоций, который он вызывал у скромного флориста. Он непринужденно рассматривал букеты, иногда задавая короткие вопросы, на которые Лирион отвечал заплетающимся языком, чувствуя, как щеки предательски алеют. О, если бы Камиль только знал, какой салют чувств он зажигает одним своим присутствием!

Лирион порхал между стеллажами, словно пчела в медовом раю, выбирая самые сочные, самые ароматные, самые красноречивые бутоны. Здесь и алые розы, шепчущие о страсти. И нежные лилии, намекающие на чистоту намерений, и кокетливые орхидеи, обещающие ночи, полные приключений. Он добавлял веточки эвкалипта, дарящие прохладу и свежесть, и пушистые колоски лаванды, уносящие в мир сладких грез. Букет рос, набирал силу и объем, превращаясь в настоящее произведение искусства, достойное кисти самого Ван Гога! Каждый цветок, каждый листок, каждая ленточка были подобраны с любовью и трепетом. Омега вкладывал в него не только свой профессионализм, но и частичку своей души, надеясь, что этот букет сможет выразить все то, что он не смеет сказать вслух. Он представлял, как неприступный омега получает этот цветочный взрыв, и на его лице расцветает улыбка, затмевающая собой все ближайшие софиты.

Наконец, работа была завершена. Лирион, гордый своим творением, как павлин хвостом, представил букет Камилю. Тот замер, словно его током ударило. В его глазах отразилось восхищение, смешанное с абсолютным шоком.

– Это… это невероятно, Лирион! Ты превзошел все мои самые смелые фантазии! – прошептал он, не отрывая глаз от букета. И тут парень понял, что его миссия выполнена. Он создал не просто букет, а самое настоящее оружие массового обаяния, способное покорить любое сердце! Теперь оставалось только надеяться, что этот неприступный омега оценит его по достоинству. И, возможно, даже пригласит на чашечку чая… с плюшками.

Камиль бережно принял букет, словно хрустальную вазу, и Лирион затаил дыхание, ожидая вердикта. В голове проносились сумбурные мысли: ”Понравится? Не понравится? А может, стоит добавить бабочку? Хотя нет, бабочка – это уже перебор! А вдруг он вообще аллергик на лилии?!”. Камиль оторвался от букета и посмотрел омеге прямо в глаза. В его взгляде читалось такое искреннее восхищение, что у флориста подкосились ноги.

– Лирион, я даже не знаю, как тебя благодарить! Это… это просто волшебно! Я уверен, что этот букет откроет любые двери, – с чувством произнес Камиль. – Сколько я должен?

Лирион, окончательно потерявший дар речи от такого комплимента, смог лишь пробормотать что-то невнятное про ”сумму по чеку”. Мужчина расплатился, оставив щедрые чаевые, от которых у омеги в глазах чуть не заискрились цветочные горшки. Но самое главное – перед тем, как уйти, он бросил на Лириона такой взгляд, полный… чего-то теплого и многообещающего, что у того завязались узлом не только шнурки, но и все флористические навыки.