Тайные желания (1/2)

***

— Но есть нюанс, — Гук указал на плакат. — Съёмка будет втроём. Юбилейный проект… БДСМ.

Тэхен сжал челюсть и с немым вопросом посмотрел на мужчину перед собой.

— Хорошо, что от меня требуется?

— Наслаждаться. Я не буду делать много выпадов в твою сторону, всё-таки ты у нас натурал. — Гук изогнул бровь. — Или нет?

— Натурал, — Ким попытался придать голосу решительность, но до сих пор не мог осознать новый расклад. Тема садомазохизма для него была закрыта. — Могли бы вы меня посвятить в эту тему? — Чонгук снова улыбнулся, как-то неестественно , задевающе.

***

Локация уже была готова: большая кровать с чёрными простынями, атрибутика и огромное зеркало на всю стену. Эмили и Тэхен сидели на кровати в нижнем белье. На девушке был комплект чёрного белья в сетку, который ничего не скрывал: аккуратные соски, небольшая грудь, длинные ноги в кружевных чулках. Тэхен же был в простых чёрных боксерах, без изысков. Он чувствовал смущение и лёгкое сомнение. Всё происходило слишком быстро.

Чонгук вышел в той же одежде и в своих очках с серебряной оправой. Он не скрывал заинтересованного взгляда, который буквально ”облизывал” людей на кровати.

— Тэхен, расслабься, — Чон положил руку на плечо парня и начал делать массажные движения. — БДСМ — это вид секса с элементами доминирования, подчинения и контроля. — Черноволосый спустился ниже, массируя предплечье парня.

— В БДСМ две основные роли: ”доминант” (или сокращённо ”дом”) и ”сабмиссив” (или ”саб”). Доминант берёт на себя контролирующую роль, устанавливает правила и управляет ситуацией. А сабмиссив — это человек, который добровольно принимает подчинённую роль. — Во время рассказа Чонгук следил за реакцией Тэхена, наблюдая за ним.

— Также есть стоп-слово, которое используется, если сабмиссив чувствует, что игра зашла слишком далеко. У нас это слово будет ”красный”.

— Сегодня я буду доминантом, а вы двое — сабмиссивами. — Гук убрал руку от Тэхена, и на коже парня остался лёгкий холодок. — Никаких пререканий, у нас есть всего час на съёмки.

— Тэхен, меня волнует, что ты слишком скован, особенно по сравнению с прошлыми съёмками. — мужчина потёр переносицу.

— Не могу с собой ничего поделать, — признался Ким.

— Всё будет хорошо, — девушка провела рукой по обнажённой спине Тэхена. — Чонгук разбирается в этой теме, всё пройдёт на отлично.

Студия была готова к съёмкам, но люди ушли на перерыв. В помещении остались только трое.

— Эмили, ко мне, — голос Чонгука изменился, став более властным. Он подозвал девушку и развернул её лицом к Тэхену. — Тебе пора привыкать, что ты не один в кадре. — Чонгук сзади протянул руки к кромке лифчика девушки и приподнял чашечки. Теперь ничто не мешало рассмотреть её аккуратную грудь. Соски уже затвердели, выглядели красиво и соблазнительно. — Представь, какой ты везунчик. — Чонгук одной рукой взял колено девушки и приподнял его, пальцем отодвигая край её трусиков. — Такая потрясающая девушка сегодня будет с нами, мы не можем её разочаровать. — Эмили слегка покраснела, глядя на Тэхена.

***

Руки Чонгука в карманах его брюк, из-за чего они сексуально натянулись на подкаченные бёдра. Он медленно заходил в имитированную комнату-студию. На кровати в нижнем белье сидела парочка: девушка поглаживала бёдра Тэхена и с любовью заглядывала в его глаза. Так могла только она.Эмили держала парня за руку, оставляя дорожку поцелуев на его белоснежной шее, дугой рукой продолжая гладить внутреннюю часть его бедра. Тэхен смотрел на девушку с желанием, его глаза следили за каждым её движением. А при поцелуях он с наслаждением прикрывал глаза.

Губы Чона дёрнулись в улыбке. Он хотел доставить парню много удовольствия — так, чтобы пальцы на ногах сжимались и дрожали руки. Хотел удивить, но не спугнуть. Чонгук стоял напротив кровати, наблюдая за ласками девушки. Как только она его заметила, черноволосый хлопнул себе по бедру. Эмили тут же оторвалась от Тэхена и на коленях подползла к Чонгуку, прижимаясь стройным телом к его длиным ногам , трётся щекой о карман его брюк. Мужчина провёл рукой по её голове.

Строптивый парень не понимал намёков. Он с вызовом смотрел на Чона. В глазах читалось: «Не хочу. Я так себя вести не буду».

— К ноге, — Чонгук показал указательным пальцем вниз.

Тэхен склонил голову набок, глядя на девушку.

— Быстро.

Брюнет поднялся с кровати и направился к Чону. Тэхен сам виноват, что бросил вызов Чонгуку. Будет пожинать плоды.

— Сядь. — Чон с силой надавил на его плечо, усадив на колени.

Тэхен удивлённо смотрел вперёд, на брюки мужчины, не сопротивляясь.

— Облизывай. — Чонгук продолжал давить на макушку парня, опуская его лицо к лаковым туфлям.

Тот всё ещё сомневался. Мужчина сам присел на корточки, следя, как Тэхен приближает лицо к его обуви... и проводит языком по безупречно чистой поверхности. Чон не хотел так поступать с парнем. Но если тот сразу не поймёт, кто здесь хозяин, возникнут сложности.

Чонгук сел на край кровати, ритмично похлопывая ладонью по собственному бедру. Тэхен замер в ожидании. Этот немой диалог пробежал мурашками по коже Чона, заставив жестом подозвать парня ближе.

— Мы с вами немного поиграем, — мужчина поставил рядом кованую шкатулку с БДСМ-аксессуарами. — Тэхен, повернись ко мне спиной.

Пальцы Чонгука скользнули по обнажённым позвонкам, прежде чем щёлкнули замком комбинированных наручников. Сначала сковали запястья, затем лодыжки — теперь движения парня ограничивали стальные браслеты. В опущенных глазах Тэ читалась двойственность: не то смущение, не то подавленная ярость.

— Эмили, ко мне. — Девушка пристроилась у плеча, и Чонгук впился губами в её рот. Мокрый звук поцелуя, нить слюны на подбородке Эмили, непроизвольный вздох — всё это Тэхен наблюдал, стиснув зубы.

Отстранившись, Чонгук провёл пальцем по влажным губам девушки:

— Правила просты. Пока я вяжу на Эмили «Пентаграмму» шибари, ты её языком развлекаешь. Десять минут. Единственный стон — и кнут оставит полосы на твоей заднице.

Уголки губ Эмили дрогнули в предвкушении. Тэхен же молча потянул наручники, проверяя прочность стали.

— Ясно? — спросил Чон.

— Да, — ответили хором, прежде чем тишину разорвал звук разматываемой верёвки и слетающего с девушки нижнего белья.

***

Дом снова надавил на лицо парня, он уткнулся лицом в место между её ног. Мужчина заранее приспустил трусы Тэхена. Черноволосый сел на кровать так чтобы нагая девушка лежала торсом у него на груди, для того чтобы было удобно работать верёвкой. Он сложил двендцати метровую верёвку попалам сначало связывая её зажатые руки.

— Начинай,— приказной тон.

Тэхен провёл языком сверху снизу. Девушка сразу же начала дышать громче. Тэ сразу же втянул ртом головку клитора, высунул язык и начал делать кругоабразные движения. Девушка дернулась, и своими красивыми глазками стрельнула в Чонгуку. Он сильнее зафиксировал её руки. Вид был потрясающий. Вздымающася соблазнительная грудь Эмили и вылизываюший её Тэхен. Доминант не смог скрыть своей в какой-то мере дикой улыбки.

Тэхен целовал половые губы девушки, а затем продолжал стимулировать её клитор.

Девушка не выдержала и издала стон наслаждения. Мужчина взял в руки длинный кнут. Не вставая с места, он не сильно шлёпнул парня. Тэхен отпустил голову так, чтобы выражение его лица было не видно. Чон сжал челюсть. Хочется увидеть эмоции этого парня — такое чувство, что их у него вообще нет.

Каждое движение языком Ви вызвало новые реакции. Когда девушка вскрикнула, Дом метким движением нанёс лёгкий удар кнутом по бедру парня, заставив того вздрогнуть. Продолжая плетение узлов, он закрепил металлические зажимы для сосков на её груди, увеличивая чувствительность. Девушка перестала себя сдерживать, её ахи и вдохи слышны на всю студию. Чонгук встал позади Тэхена, положил руки на его ягодицы, раздвинув их. Смотрится красиво. Он взял кнут другой стороной, и с размаху ударил. Парень дернулся, Чонгуку показалось, что с его губ вырвался стон удовольствия. Он притянул парнишку к себе сзади, впиваясь взглядом в каждое движение. Клыки мужчины впились в шею до боли, а руки Тэхена, будто в тисках, рвались на свободу — тщетно. Чонгук скользнул взглядом вниз: его ладонь, прижатая к упругому животу, смотрелась дерзко... почти как украшение. Она медленно отпускается вниз, пальцы касаются дорожки волос ведущей ниже. Всё тело Тэхена натянулось как струна, но доставлять девушке удовольствие продолжал. Чонгук дразнил и играл, направляя руки ниже, но не трогая стоячего члена парня. Доминант встал на ноги, смотря на эту интимную картину. Пентаграмма на груди, алые зажимы— всё работало на эстетику подчинения. Несмотря на усилия Тэхена, девушка достигла пика раньше,чем Чон завершил свою часть. Эмили, собрав волю, замерла в немом рывке, тогда как Чонгук оценивающе провёл пальцем по свежому веревочному узору.

***

— Я ищу своего друга. — Чимин рассматривает мужчину, присевшего на корточки с сигаретой в зубах.

— И что? — ворчливо бросает Юнги, выдыхая клубы дыма.

— Он приехал сюда на работу. — Пак намеренно игнорирует раздражение в голосе собеседника. Умение отфильтровывать ненужное — его давняя привычка.

— Тут полстраны на заработки толпятся. — Мин щурится, изучая наивное лицо парнишки. Кажется, тот даже не замечает явного неприятия.

— Работа... хорошо платят? — Чимин наклоняется ближе, глаза округлены от любопытства.

Юнги неожиданно давится смехом. Смешок получается хриплым, как скрип несмазанной двери. — Прекрасно платят.

— Он актёр?

— Ага. — Чимин запрокидывает голову к безоблачному небу, а Юнги наблюдает, как скулы рыжего напрягаются. Мысль о том, что этот Тэхён обошёл его в погоне за мечтой, раскалённой иглой кольнула самолюбие.

— Может, визитку дашь? — Пак не отступает.

Юнги швыряет окурок в урну, нарочито медленно обходя парня. — Не ношу такого хлама.

— А как найти эту контору?

— Отвяжись, пока цел! — Мин резко толкает его плечом, заставляя Чимина пошатнуться на краю тротуара.

***

—А теперь сыграем в ”Угадай инструмент” — Чонгкук сжал в рукахчёрную шёлковую ленту, медленно приближаясь к креслу. — Вам предстоит описать текстуру, температуру, вес... — Его пальцы скользнули по бархатному чехлу с набором предметов. — А я оценю точность восприятия.

—Ошиблись — получите каплю воска. — Дом поднёс зажжённую свечу к уровню их плеч. Расплавленный парафин медленно стекал по серебряному подсвечнику, отражая блики на его холодных часах. — Но учтите: температура плавления... всегда разная. Часы на его руке громко тикали, словно отсчитывали последние секунды перед неизбежным. Звук заполнял тишину комнаты, резонируя с нервным стуком сердца Тэхёна.Сабы лежали на кровати лицом вниз, уткнувшись носом в прохладную подушку.

Эмили подавила вздох, чувствуя, как горячий воздух колышет волосы у шеи. Тэхён же лишь напряг мышцы спины — его кожа уже покрылась мурашками от сквозняка, смешанного с жаром пламени.

— Начинаем.

Тэхён и Эмили замерли в идентичных позах, лишённые любых аксессуаров. Девушка дышала прерывисто, зрачки расширены. А Тэ сохранял каменное выражение лица, если не считать нервно дёргающуюся челюсть и физиологическую реакцию, оставшуюся после предыдущего эксперимента. Доминант не собирался облегчать его состояние — лишение разрядки делало реакции парня острее.

Тэхён и Эмили замерли в немой позе подчинения, бёдра приподняты, запястья стянуты верёвкой в узлы-бабочки. Шёлковые повязки не просто лишали зрения — они погружали в абсолютную тьму, где даже память о формах растворялась. Двое напоминали леопардов в цирковой клетке: мышцы напряжены, рёбра вздымались в такт учащённому дыханию. Теперь кожей они слышали скрип половиц, чувствовали вибрацию шагов на площадке, улавливали запах ладана, смешанный с воском.

— Начнём с лёгкого, — Чонгук занял позицию между ними, вращая в пальцах обсидиановое перо. Лезвие-остриё блеснуло в полумраке.

Для Эмили — резкий взмах. Кончик впился в пространство между лопаток, оставив алую черту. Девушка втянула воздух со свистом.

— Колючее... Металл? — голос сорвался на фальцет.

Для Тэхёна — иной подход. Опахало пера скользнуло по пояснице, нежно как крыло мотылька. Парень выгнулся дугой, кожа живота задрожала.

— Пух... Или шёлк? — прошипел он сквозь зубы.

Чонгук замер.

— Ваши версии.

— Ручка! — выпалила Эмили.

— Веер, — Тэхён стиснул зубы, чувствуя, как капля пота скатилась по виску.

— Неверно, — Чонгук провёл пальцем по ребру свечи, заставив пламя дрогнуть. Воск закапал на поясницы обоих – Эмили выдохнула сдавленный стон, Тэхен вздрогнул, сжимая кулаки. «Словно загнанный зверь», — мелькнуло в голове у черноволосого. Второй раунд: теперь девушка ощутила бархатистую поверхность, парень – шероховатые гравировки.

— Перо! — хором выкрикнули они.

— Умницы, — губы Чона скользнули по верхней линии бедра Тэхена. Кожа натянулась под горячим прикосновением, зубы мягко впились в плоть. Алый отпечаток проступил через двадцать секунд. Ви подавил рычание, инстинктивно раздвинув колени. Эмили повернула голову, пытаясь разглядеть сквозь полумрак ленты хоть что-то. Щёки Тэхена пылали, уши горели румянцем. Чонгук ловил каждую эмоцию на его лице – растерянность, стыд, едва сдерживаемое возбуждение.

Женская серьга в руке Чонгука смотрелась нелогично, особенно учитывая, зачем она ему была нужна. Острый кончик кольнул шею Тэхёна . К спине Эмили прикоснулось металлическое крыло бабочки, холодное и безжизненное.

— Железо... — их голоса слились в унисон, словно эхо.

— Итог?

— Игла, — уверенно заявил Тэхён.

— Игрушка.

— Неверно. — дом взял в руки фитиль— Эмили, открой рот. Покажи мне язык.

Девушка дёрнулась, словно её ударило током. Смятение. Тэхён, поняв, что последует дальше, сжался в комок.

Брюнетка послушно приоткрыла губы, высунув дрожащий язык. Её прерывистое дыхание растягивало секунды в вечность.

Один.Звук, вырывавшийся из её горла, напоминал не стон удовольствия, а хриплый вопль боли.

Два.Тэхён замер в смятении, чувствуя, как тело Эмили дёргается в судорогах.

Три. Она выгнулась неестественно, смесь агонии и экстаза исказила её черты. Фетишистка.

Тэхён затих, понимая, что теперь его очередь. Мужчина резко перевернул парня на спину. Кожа Тэ покрылась мурашками под ледяным прикосновением воздуха.

— Ни звука.

Один.Первая капля воска впилась в рёбра. Ноги метались, ища опору, но находили только пустоту.

Два.Вторая капля — в двух сантиметрах от правого соска. Ким впился зубами в губу, подавляя стон.

Три.Третья попала точно в ареолу. Губы Тэхёна сжались так плотно, что даже дыхание замерло.