Часть 3: демон и воспоминания (2/2)

Ледяной демон проснулся у себя в постели с плюшевым хомячком в руке. Как же ему снова хотелось послушать голос Шан Цинхуа вживую, увидеть свет в его почти янтарных глазах… Ему нужны деньги для проживания, и демон идеально всё подстроил так, чтобы Шан пришёл в эту игру. Чтобы остался с ним навсегда.

Датчик движения мигнул — писатель проснулся. Большая рука аккуратно-аккуратно сжала брелочек-хомячок и положил в закрывающуюся на ключ тумбу с памятными вещами и первыми трофеями. Встав с кровати, Мобэй первым делом включил трансляцию с камеры человека, а уже после занялся утренней рутиной, на краю сознания отметив, что сегодня тот встал гораздо позже. Может, наконец-то, взял отгул на одной работе?

Рабочий телефон завибрировал — Ша Хуалин позвонила.

Она была одной из немногих, одной из трёх, жён, которых Бингэ решил оставить возле себя после того, как распустил гарем. К сожалению (или нет), она единственная выжила из троих — Лю Минъянь и Нин Инъин, даже достигнув бессмертия, умерли и переродились в настоящее время. И одна из них уже работала на них — Минъянь предоставляла пациентов из разных уголков с проблемами в финансах, не подозревая, в какие игры их записывает. Или подозревая и не волнуясь по этому поводу, Мобэю было абсолютно плевать.

А Ша Хуалин решила также поддержать создание игры Ло Бинхэ, ведь ей это всё очень напомнило былые деньки, когда жестокость, насилие и бедность являлось «естественным отбором».

— Мобэй, мать-твою-за-ногу, Цзюнь! Ты почему вчера не вышел на смену? С меня Бинхэ три шкуры снимет! — кричала в трубку демоница, позвякивая серьгой прямо в микрофон.

— Я и его, и тебя, предупреждал, что беру отгул на три дня, — поставив девушку на громкую связь и подпиливая ногти, спокойно объяснил Мобэй.

— А, точно, — сразу успокоившись, продолжила Хуалин, — но это не всё! Ты набрал нужное количество рабочих? Игроков всё больше и больше, нужно всех «обслужить» и ещё про запас пару оставить.

Рабочий звонок длился так долго, что человек, за которым наблюдали, уже успел убежать, как оказалось, на встречу с Юанем. И, видят боги, ледяной демон молился, чтобы это был не тот-самый-Юань, за которым гоняется лорд Ло.

Хотелось последовать за писателем, но здравый смысл отговорил его это делать — он слишком заметен в толпе, и Шан не обрадуется демону-сталкеру, похожему на его персонажа. Он проверял — потом пришлось выкручиваться, мол, обознался, чтобы его не забрали на ночь в полицейский участок.

Спустя ещё полчаса бессмысленного уточнения деталей, Мобэй смог одеться подобающе и выйти к своей машине. Сегодня ему просто нужно будет на пять минут заскочить к Бинхэ, и работа на ближайший месяц до начала игр окончится.

***

По ощущениям, Шан спал ещё меньше, чем обычно, хотя встал на два часа позже — аж в почти девять утра. Сегодня он не пойдет на дневную работу, а вечером пойдёт на новую, где обещают почти золотые горы по сравнению с двумя нынешними зарплатами, ведь этот бар располагается в престижном районе. Правда, на другом краю города, но это не так страшно.

Целый час, не торопясь, Цинхуа приводил себя в порядок. Максимально без спешки, чтобы его бедное сердечко перестало стучать, как у хомяка в колесе. Постоянно бормотал себе под нос мантру «меня примут, а если не примут, найду работу получше» последние полчаса перед выходом, когда пульс стал превышать сто десять ударов в минуту. Эх, будь этот страх перед первой пробной смене на испытательном сроке (слава богу, оплачиваемой) приятной взволнованности, он бы ещё понял, но предчувствие было исключительно плохим.

С Юанем они договорились встретиться к часу дня, но пришлось встать пораньше, чтобы поехать на новое место работы и познакомиться с новыми коллегами. Шан даже купил новую качественную одежду и даже немного красивой бижутерии (новое черное кольцо он считал изумрудом среди другой его небольшой коллекции колец, браслетиков и двух серёжек-гвоздиков), ведь бармен должен быть опрятен!.. Но после покупок карта опустела почти до минимума (фактически, там были донаты от его подписчиков, но всё ещё одной из важнейших задач было восстановление компьютера из мертвых), и ему ещё нужно питаться, поэтому пришлось записывать голосовое сообщение новому другу с просьбой занять на такси. Цинхуа не хотелось этого делать, но умирать голодной смертью несколько дней, а то и неделю, не хочется, а к месту встречи можно и на метро.

Святой Шэнь понял бедного писателя и перевёл несколько больше, чем Шан попросил — на поездку и до их места встречи. Мысленно воздав молитву за благословение Юаня, Цинхуа побежал на первый этаж, заказывая такси, которого поблизости было предостаточно.

Такси, на удивление, приехало очень приличное, что заставило Шана немного воодушевиться перед собеседованием — так везет не часто! Подтвердив адрес, писатель постарался расслабиться — ехать ему не сильно долго, но и не быстро, — и включил фронтальную камеру — привести свои витки в нормальное состояние. Он, естественно, приводил себя в порядок всеми возможными и доступными себе способами, но волосы — это его отдельный ад. Сколько не выпрямляй, на следующий день или даже раньше они снова будут словно волна на Южно-Китайском море (ему просто хотелось верить, что кто-нибудь да считает эти рандомные завитки красивыми.

Сегодня он даже достал очки! Из-за слишком быстрого уставания глаз, Цинхуа к вечеру был как слепой крот, но всё равно пытался выполнять работу без лажи, что было достаточно трудоёмкой задачкой. И сегодня он с самого утра решил, что не ударит в грязь лицом ни в баре, ни перед Юанем. Всё же, упомянутому Шан решил рассказать о том, что является автором Пути гордого бессмертного демона. А то, мало ли, всплывёт через пять лет дружбы, что Цинхуа является Самолётом, пронзающим небеса, и Шэнь Юань, из-за такой продолжительной лжи, не захочет дальше с ним общаться? Не хотелось бы такого… Шан закрыл свои глаза.