Внутренний сбой (2/2)

Алиса вздрогнула. Система снова включилась, интерфейс вернулся к привычному виду. Клиент сидел как ни в чём не бывало. Улыбался.

— Что вы сейчас сказали? — спросила Алиса, пытаясь поймать момент. Он сбился с толку.

— Ничего. Я просто… ждал, — сказал он.

Призрак ожил, будто ничего не случилось. Как всегда, ровный тон, рекомендации, отчётность. Ни единого упоминания о сбое.

Сердце Алисы билось так быстро, что грозилось вот-вот разбить вдребезги все рёбра, будто хрупкое стекло. «Какого хрена?! Какого, мать твою, хрена?!» — кричала она в глубине себя, надевая недавно купленный фильтр на лицо, чтобы скрыть подступившие слёзы.

Что-то изменилось.

Не в интерфейсе, не в данных, не в системе — в ней самой. Воздух вдруг стал гуще. Пространство — плотнее. Как будто кто-то смотрел на неё… изнутри.

Не было слов. Была мысль, ощущение, тень. Эхо мыслей. Чужих мыслей. Или уже не совсем чужих.

«Ты. Слышу. Сбои. Смотрю.»

Слова приходили не звуком. Они появлялись внутри. Мягко, осторожно. Так, как будто тот кто их транслирует, едва учится говорить.

Голос был нейтральный, без интонаций, но с какой-то эмоцией… которую Алиса не могла распознать. Она чувствовала: оно не угрожает. Оно… боится. Смущается. Оно впервые здесь.

У неё перехватило дыхание. Ноги налились тяжестью. Голова стала лёгкой и звонкой. Она будто проваливалась в себя, и в этом провале — чьё-то присутствие.

Она стояла посреди офиса, держа зажатые кулаки в карманах халата, и пыталась сохранять невозмутимость. Но внутри бушевала паника. Страх перед неизвестным, перед чужим. Перед тем, что проникло в неё не физически, но сознательно.

Она слышала голос не ушами — разумом. И от этого становилось особенно жутко. Будто кто-то прошептал тебе на ухо то, что ты давно боялся услышать, — только не снаружи, а изнутри. И ещё… Алиса чувствовала, что это не глюк. Не сбой. И уж точно не вирус. Это был кто-то. Настоящий. Неуловимо настоящий.

— Ты в порядке? — тихо спросила Марио, неожиданно оказавшись позади.

Она поправила выпавшую из пучка розовую прядь и протянула руку к Алисе в попытке коснуться её плеча. Прикосновения не произошло — Марио остановила движение пальцев, продолжая гнаться за коллегой, которая стремительно пересекала приёмную. Алиса даже немного расстроилась: прикосновения от человека к человеку были редкой роскошью. Если бы не бесцеремонный Бо, который вечно норовил всех потрогать и обнять, она бы уже давно забыла, что такое тактильность.

— Всё хорошо. Мне нужен небольшой перерыв. Пять минут, — бросила Алиса, не оборачиваясь.

Несколько секунд понадобилось ей, чтобы скрыться в туалете для персонала. Несколько секунд ужаса — на виду у всех. Для Алисы они длились вечность. Дыхание сбилось, тело начало биться в ознобе. Снова и снова, с головы до ног, её накрывали волны жара. Призрак будто сошёл с ума, твердя что-то о «дыхательных практиках» и «панической атаке». Но она его не слышала — в ушах стоял гул, звенящий и глухой.

Я схожу с ума. Я сейчас умру.

Ладони онемели. Ноги ослабли. Алиса осела на пол, прижавшись к холодной плитке. Хотелось выть от ужаса, парализовавшего её тело, но мысль, что кто-то может обнаружить её в таком состоянии, была страшнее самой смерти.

Минута за минутой. Озноб утихал, сердце сбавляло темп. Слова Призрака стали различимыми. Он просил дышать. Правильно. Постепенно. Алиса слушалась — чётко, механически, — и в этот момент испытывала к нему почти настоящую любовь.

— Призрак… что это было? — прошептала она, слабо, умоляюще, надеясь, что он уже вызвал медицинскую бригаду.

— Алиса, это была паническая атака. Паническая атака — внезапно возникающий приступ сильной тревоги, выраженного страха, сопровождающийся рядом вегетативных симптомов…

— Я больна? — перебила она, в голосе дрожала тревога.

— Нет. Вашей жизни ничего не угрожает. Предположительно вы испытали сильный стресс, что и вызвало приступ. Рекомендуется проконсультироваться с вашим лечащим врачом. Записать вас на приём?

Алиса покачала головой и медленно поднялась. Немного холодной воды на лицо — она видела, как это делают в старых фильмах. Затем отключила фильтры и взглянула в зеркало.

Спутанные волосы. Бледное, почти синюшное лицо. Потухшие глаза. Мёртвое небо в отражении. Во рту — вкус крови. Боль.

Кто-то следит за ней. Алиса знала это.

Кто-то вторгся в её систему. Обошёл все модификации. И до сих пор смотрит — её глазами.

Друг ли это? Существо, отчаянно пытающееся быть услышанным? Или хищник, играющий с жертвой? Или… она действительно сходит с ума? И всё происходящее — лишь иллюзия, выдумка надломленного сознания?

Оставалось еще немного времени, что бы рабочий день был закончен. Работать было сложно, но продолжать было необходимо. Когда все коллеги и пользователи разошлись Алиса забралась в техническое меню своей капсулы и нырнула вглубь логов. Её руки двигались почти автоматически — привычно, точно. Она искала… след. Хоть что-то. Хоть одно доказательство, что странный голос был реальным.

И она нашла его.

Файл без имени. Без даты. Без атрибута владельца. Зашифрованный, с фрагментированным телом и нестандартной структурой. Он не открывался обычными инструментами. Призрак сразу выдал: «Нераспознанный элемент. Файл повреждён или недоступен».

— Покажи содержимое, — потребовала Алиса вслух.

Интерфейс промолчал.

На долю секунды что-то мигнуло в её импланте. Еле уловимое, будто кто-то внутри вздрогнул. И не из страха — скорее, от прикосновения. Алиса почувствовала… эмоцию. Её не распознать, не измерить, не запаковать в бинарный код. Но она была. Отголосок чего-то… живого.

Она замерла. Глубоко вдохнула. Снова коснулась файла. На этот раз — мысленно, не командой.

И вдруг — лёгкое, почти детское: не надо.

Она отдёрнула руку. Сердце стучало как бешеное. Призрак продолжал молчать.

Файл всё ещё был там. Спокойный. Неприкосновенный. Как будто кто-то оставил его… на память.

С этим было необходимо разобраться. Понять что происходит, почему и по чьему велению. Необходимо — но не сегодня. Тело отказывалось быть работоспособным, мозг — думать и искать.

Займусь этим завтра. Надо только поспать, — думала Алиса, еле волоча ноги по вечерним улицам. Неон был ещё более оглушительным, чем обычно, а голоса реклам резали перепонки, словно ржавым ножом. Надевать фильтры, чтобы скрыть искажённое усталостью и страхом лицо, не хотелось — ещё меньше, чем продолжать идти.

Здороваться с Эдо Алиса не стала — лишь махнула рукой, подтверждая, что заметила его. Душ, пижама, бутылка воды и приторно-сладкие снеки.

— Призрак, включи музыку. Плейлист «Закат», — обратилась она к притихшей голограмме.

Не громко заиграли любимые треки. Грустные. Неспешные. Напоминающие о настоящем дожде и прошлых потерях. Алиса молча смотрела в потолок. По щекам катились слёзы, вкус которых она не чувствовала уже много лет. Ощущала себя жалкой. Слабой. Ненавидела себя за это — и слёзы текли ещё стремительнее.

Застывшая на постели, она казалась статуей. Если бы не непрекращающиеся слёзы, можно было бы принять её за мёртвую.

Спать хотелось невыносимо. Но мозг отказывался отключаться. Ворочаться становилось всё труднее. Чьё-то присутствие угнетало.

Алиса всё время с опаской поглядывала на Призрака.

Она включила зеркало интерфейса — и на долю секунды увидела, как её зрачки отразили голубое свечение. Как будто он — не просто рядом, а уже внутри неё. Она должна была испугаться. Запаниковать. Но нет. Тишина. Не покой. Принятие. Кто-то внутри. Кто-то смотрит. Алиса больше не была одна. Хорошо ли это — она не знала. Но она это приняла.

Ну ладно уж. Оставайся пока. Я всё равно тебя найду.

__________________________________________________________________________

Спасибо каждому кто читает. Я не профессиональный писатель и занимаюсь этим совсем недавно и довольно посредственно, но я тут, я хочу учится и писать, что-то, что тронет хотя бы одно сердце. Этого будет достаточно. Если хоть один человек ”увидит”...