Глава 21. Она улетела, уехала или... (2/2)

— Всё будет цивильно. Лёха в клинике, ты с девушкой, только Королёвы могут снова начать скандалить, но это не страшно.

— Ты мне типа няньку нашёл? — Финик усмехнулся, прикрывая голову рукой в ожидании удара. — Да она не согласится.

Бить друга в его планы сегодня не входило. Предложение вывести даму сердца в свет было заманчивым, но заранее проигрышным. С ней в принципе было невозможно договориться.

— Смотри, она же до сих пор считает, что ты хочешь ей воспользоваться, — Пёс нахмурился, не понимая, к чему ведёт Финик. — Знакомство с друзьями это серьёзный шаг. Возможно, тогда она поймёт, что ты не балбес и настроен на что-то большее.

— А типа сейчас непонятно?

— А ты серьёзно настроен?

Пёс не понимал значения слов «настроен серьёзно». Он не собирался заводить семью ни с ней, ни с кем-то ещё. Просто их игра разбавляла его серые будни. Он ждал, когда ему надоест, и наконец-то появятся силы войти в прежний режим головореза. Всё это было несерьёзно!

— Ну, раз ты говоришь, что это хороший план, то я попробую.

***

Пёс думал, как подступиться к ней. Перед зеркалом всю неделю репетировал приглашение, ловя себя на мысли, что похож на недоразумение. Он — взрослый мужик — до дрожи в руках боялся предложить что-то девчонке. В итоге решил поставить её перед фактом.

— У меня есть одно заманчивое предложение…

Увидев, как она облизывает подтаявшее мороженое, он потерял дар речи. Весь его план покатился под откос. Все репетиции были напрасными, стоило их взглядам встретиться. Тут-то он и вспомнил советы друзей, которые пропускал мимо ушей. Сколько у него не было секса? С тех пор, как она появилась в его жизни, Пёс не обращал внимания на девушек, а девчонка будто чувствовала его желание и продолжала соблазнять.

— Опять ты пакость задумал, Жень, — она смотрела на него с вызовом, но всю серьёзность картины портил пломбир, оставшийся на губах. — Я после твоих сюрпризов ещё неделю отхожу от шока.

— Ничего криминального, — усмехнулся он, не отрывая взгляда от её губ. — У моего друга сегодня день рождения. Не хочешь составить компанию?

— Мы не в тех отношениях, чтобы ходить как парочка.

— Будь ты не такой занудой, принцесса, то давно бы была моей, — Пёс аккуратно скользнул пальцем по её нижней губе, убирая след от мороженого. И она застыла как вкопанная, не в силах оторваться от его глаз. — Но я терпеливый и умею ждать.

Псу нравилось наблюдать, как она смущалась. Нравился румянец на щеках и заторможенность в действиях. Они стояли непозволительно близко друг к другу, и он хотел, чтобы это мгновенье не заканчивалось.

— Ладно, — сказала она на выдохе, отойдя от него. — Уговорил.

То, что праздник будет проходить в ночном клубе, он не уточнял, за что получил укоризненный взгляд. Здесь ей было неуютно, и ему передавались все её чувства. Она впервые сама взяла его руку, сжимая так сильно, будто боялась, что Пёс исчезнет.

— Только скажи, и мы сразу уйдём.

— Я в порядке, — подняв глаза, она скованно улыбнулась. — Просто я здесь, кажется, лишняя.

Она обвела глазами зал, наполненный политиками и бизнесменами, и Пёс понял, на что намекает девушка. В этот момент ему захотелось как-то её поддержать, но Финик строго настрого велел сдерживать свою ярость, поэтому мысль о драке ушла на задний план. А руки так и чесались разбить парочку лиц этих снобов.

— Ты мне нужна, — шепнул Пёс ей на ухо. — Всё будет хорошо.

— Так вот, какая ты, — как всегда вовремя появился Финик, забирая всё её внимание себе. — Наслышан о вас, юная леди.

Девушка ошарашенно смотрела на Финика, отступая назад. Пёс закатил глаза, наблюдая за представлением друга. Его манеры были как всегда на высоте, но её они смущали, и казалось ещё чуть-чуть, и она сломает Псу запястье.

— Это Гриша — виновник торжества и нашего присутствия здесь.

— А также близкий друг этого балбеса, — он аккуратно взял её руку, оставляя легкий поцелуй. — Надеюсь, вы не заскучаете.

— Приятно познакомиться, — отойдя от шока, ответила девушка. — С днём рождения. Извините, что вот так заявилась без подарка. Меня просто не предупредили.

— Лучший подарок — ваше присутствие, — увидев раздражение на лице Пса, Финик недовольно цокнул и добавил: — Не буду вам мешать, голубки. Пойду, проверю, как там Королёвы.

— Голубки? — она вопросительно посмотрела на Пса. — Ничего не хочешь мне рассказать?

— Не обращай внимания.

Финик был прав: знакомство с друзьями помогло ей расслабиться рядом с ним. Весь вечер они не отходили друг от друга. Вели себя, как пара. И Пёс в какой-то момент почувствовал себя счастливым. Он без умолку болтал, она смеялась с его шуток. Казалось, ничто не может испортить этот прекрасный вечер, пока он не встретился взглядом с Королём.

— Принцесса, я отойду ненадолго, — она взволнованно посмотрела на него. — Я скоро вернусь.

И оставив поцелуй на её щеке, он отстранился, двинувшись вглубь зала.

— Как это понимать?

— А что тебе не понятно, Андрюх? — он ухмыльнулся, смотря на друга сверху вниз. — Или я должен отчитываться тебе о своей личной жизни?

— Привёл какую-то шалаву и ухмыляешься. А ты берега не попутал, дорогой?

Пёс мог стерпеть, что угодно и терпел на протяжении долгих лет. Но называть его женщину «шалавой» было не позволительно даже Королю. Несмотря на то, что перед ним стоял друг детства, желание разорвать ему рот никуда не исчезло. А ещё лучше вырезать поганый язык.

— Шалав в своей постели ищи, а в мою жизнь не смей совать свой нос!

Лицо Короля побагровело от злости. Маленький и несуразный — он был для Пса на один зубок и прекрасно это понимал. Но язык Короля был его врагом, а мозг давно не контролировал то, что вылетало из его рта.

— Забыл за чей счёт жрёшь, сына?

— А ты забыл, благодаря кому жив и остаешься на плаву? — Король приблизился, дыша на него перегаром. — Сначала проспись, пьянь, потом поговорим!

Обстановка вокруг них накалялась и, если бы Анна не позвала Финика, закончилось бы всё дракой. Точнее избиением младенца, коим был Король. Его власть держалась на страхе, но Пёс, Джокер и Финик давно переросли эту детскую зависимость от Короля. Для них он был просто прикрытием, пока каждый занимался своим делом. Пёс и Джокер были той самой силой, которой он кичился. А разве можно бояться того, кто от тебя зависим?

— Брейк! — встав меж двух огней, прокричал Финик. — Андрей, я же просил не напиваться. У меня здесь важная сделка, а ты устраиваешь цирк!

— Уебу!..

— Ну, хуль, пойдем, выйдем, — продолжал провоцировать Пёс. — Если не зассал.

— Женя, тебя девушка ждёт, — Финик кивнул в сторону бара. — Сомневаюсь, что ей понравится такое представление. И, по-моему, тебе стоит немедленно к ней вернуться, — на последок он прошептал: — Здесь я сам разберусь.

Посмотрев в сторону бара, Пёс выругался под нос. Его девочка была в компании очень омерзительной особы и, судя по выражению лица — разговор был не из приятных. Особа эта была актрисой в поисках сильного покровителя и в какой-то момент решила, что он идеально подходит на эту роль. Несколько лет она хвостом ходила за ним на всех мероприятиях. Иногда прямым текстом говорила, какую преследует цель. Не будь она знаменита, то давно бы закончила свою жизнь в подвале Арены, но Пёс себя сдерживал, зная, чем чреваты последствия после подобной выходки. Теряя самообладание, Пёс залпом выпил предложенный официантом алкоголь, и готовился к худшему.

Стоило ему оказаться около бара, как актриса тут же ретировалась с мерзкой ухмылкой на лице. От кары небесной её спасли глаза девушки, наполненные разочарованием. Этого он и боялся. Стоило придумать оправдание, снова дать ложную надежду, но Пёс не успел.

Девушка, увидев его, тут же схватила сумочку, сжимая её тонкими пальцами, и развернулась в сторону выхода. Она больше ничего от него не ждала, и Пёс видел по её раздраженному лицу, что нормального разговора у них не выйдет. Но отпускать просто так не хотел: слишком много времени он потратил на то, чтобы добиться её внимания.

— Ты куда? — он схватил девушку за руку, не дав сдвинутся с места. — Что произошло?

— Ты правда хочешь это знать? — Пёс неуверенно кивнул, смотря на её перекошенное от злости лицо. — Тогда спроси у своей невесты. Я в твои глупые игры больше играть не собираюсь.

— Хуйни не неси, — Пёс резко дернул девушку на себя, и она зашипела от боли. — Заебала! Нянчусь с тобой, а ты мне концерты устраиваешь! Сейчас сядешь, успокоишься и мы поговорим. Поняла?!

Он знал, что не должен был так себя вести. Знал, но не смог сдержаться. Гнев оказался во много раз сильнее остальных чувств. Пёс тут же вспомнил свой первоначальный план на эту девчонку и решил, что пора прекращать этот спектакль и приступать к действиям. Забрать её в охотничьи угодья и распоряжаться её жизнью и телом так, как ему хотелось.

Боль остудила его пыл. Горящая правая щека и её глаза, наполненные слезами, в которых как ему казалось раньше, погибло всё живое, в момент отрезвили.

— Не смей больше ко мне прикасаться! — сказала она напоследок, оставляя после себя пустоту.

Всю оставшуюся ночь он пил. Разговаривать с Фиником не было ни сил, ни желания, и он слал его куда подальше. Для Пса всё закончилось, не успев начаться. А потом наступила оглушительная тишина. Белый свет звал его к себе, и он с радостью принимал приглашение, забывая обо всём на свете.

Пробуждаясь от кошмаров, пытался вспомнить, кто он и где находился, но сил не хватало и приходилось вновь засыпать, мучаясь от ведений. Иногда ему казалось, что кто-то брал его за руку и вёл обратно в мир живых, от чего запястье жгло от боли. Открывая глаза, Пёс снова видел тень. Чувствовал её запах, слышал её голос, напоминающий шелест листвы, но не верил в происходящее.

Боль притупляла все чувства. Пёс пытался вспомнить кто такая эта тень, но все попытки были тщетны. Он не помнил ничего. Стал пустым сосудом — никому не нужным и всеми забытым.

— Очнулся? — первым, кого он увидел, был Финик, сидящий, закинув ногу на ногу, в кресле. — Ну и напугал же ты нас, старик.

— Что произошло? — еле волоча языком, спросил Пёс. — Где мы вообще?

— В больнице… — на выдохе ответил Финик. — Тебя попытались отравить, но мы вовремя подоспели.

— Кто?

— Одна из работниц Джокера. Её подкупили прихвостни Ленинских, но мы всех схватили. Теперь ждут твоей выписки в Арене. Кстати, — Финик как-то странно улыбнулся, — тебя ещё кое-кто ждёт.

— О чём ты? Что-то ещё случилось, пока я был в отключке?

— Приходила твоя. Просидела здесь двое суток. Потом увидела меня и убежала.

И он вспомнил девушку, похожую на тень. Ту самую, что завладела его мыслями, а потом оставила одного. Значит, тогда ему не показалось и это она вытягивала его с того света. Второй раз пришла и тем самым подарила надежду.

Пёс понял, как сильно оплошал в тот вечер. Он не должен был её оставлять. Должен был спокойно всё объяснить, а не угрозами заставлять остаться. И даже после той сцены она пришла. Не бросила. Пустой сосуд, каким он себя считал, наполнялся тёплым чувством под названием любовь.

— Долбаёб.

— Чего? — Финик испуганно посмотрел на встающего с постели друга. — Погоди, не вставай. Ты чего творишь?

Он стоял на ватных ногах, пошатываясь и вырывая капельницы — тело повело в сторону. Хотел как можно скорее уйти отсюда и отправиться к ней. Больше ждать Пёс не мог.

— Ключи… от машины… дай.

Три медсестры и Финик еле как смогли его уложить в постель. Вколотое успокоительное снова погрузило его в сон, но теперь вместо кошмаров снилась она.

***

До выписки он обдумывал, что делать дальше. С предателями был разговор короткий — их ждала смерть. Но Пёс никак не мог понять, что делать с девушкой. Она отравляла его мысли. Завладела разумом. Подстроила под себя и мешала спокойной и размеренной жизни, но рука не поднималась убрать помеху.

С ней было сложно, но она давала силы жить дальше. Пёс долго разбирался в себе, пока не понял, что больше её не отпустит. Сразу после выписки поехал в клинику, где лежал Джокер. Ему нужно было успокоить друга, который судя по рассказам, чуть не разнёс больницу. Ещё это было прекрасным предлогом встретить её.

— Выглядишь хренова, — Джокер сел в машину и даже не пытался его подбодрить. — Разобрался с предателями?

— Не до них, — Пёс внимательно следил за входом, реагируя на каждую девушку, но той самой не было. — Потом разберусь. Они никуда не исчезнут.

— Чего? С каких пор ты медлишь? Что с тобой? Рассудок помутился?

Да, помутился. Только не из-за отравления, а из-за девчонки, что не давала покоя. И вот он, наконец, её увидел. Она озиралась по сторонам и быстрым шагом покидала клинику. Такая маленькая. Хрупкая. Вся его без остатка.

— Выходи!

— Чего? — Джокер устремил взгляд туда же, куда и друг. — Ты опять? Поэтому она про тебя и невесту спрашивала? Совсем больной?!

Но Пёс не обращал на него внимания, пытаясь как можно скорее вытолкнуть из машины. И как только дверь громко хлопнула, он дал по газам, перекрывая ей путь. Сам выскочил из машины, гипнотизируя своим яростным взглядом.

— Женя! — крикнула она, отступая на шаг. — Что ты здесь делаешь?

— Это ты, — он шумно дышал, пытаясь совладать с собой, — что делаешь? Кто ты такая, а? Какого хрена… я думаю… только о тебе?

— Я…

Но договорить девушка не успела. Он обхватил её талию, притягивая к себе. Она сопротивлялась, била кулаками по груди, но Пёс продолжал своё. Пробовал на вкус давно манящие губы, наслаждался её ядовитым запахом, который всюду его преследовал. Напрочь отключился от реальности. И как только её тело обмякло в его объятиях, он забрал девушку с намерением больше никогда не отпускать.

Пёс не помнил, как они оказались в квартире. Не помнил, как срывал с неё одежду, прижимая к стене в прихожей. В тот день он тонул в чувствах до этого ему неведомых. Воспоминанием остались лишь её сладкие стоны и то, как она выкрикивала его имя в порывах страсти. Он запомнил этот звук и пообещал, что не забудет его никогда.

— Женя…

— Маленькая моя, — он спускался от шеи к ключицам. — Моя. Только моя.

Всё это было похоже на сон. У них сносило крышу, и Пёс понял, что ни один наркотик в мире не приносил ему столько удовольствия, как эта маленькая непонятная девушка, внезапно появившаяся в его жизни.

Разве такое бывает? Прожить почти тридцать лет, упиваясь жестокостью всё это время и только сейчас почувствовать себя желанным. Кто же знал, что стоны девушки — его женщины — намного приятней криков жертв. Пёс понял, что без неё больше не сможет спокойно спать. Ему стало необходимо слышать это сладкое «Женя» каждый день, каждую минуту. Чувствовать под собой теплое тело и вдыхать этот сладкий аромат.

Но всему приходит конец и утром он проснулся совершенно один в холодной постели, пропитанной её запахом. Думал, что ему приснилась вся та ночь, пока не увидел, как девушка, словно вор, пыталась покинуть его квартиру.

— Куда намылилась, принцесса?

— Домой, — спокойно ответила она. — У меня пары сегодня. Надо привести себя в порядок.

— Ты и так дома, — он потянул её за руку, укладывая обратно в кровать. — Сказал же, теперь ты моя. И никуда от меня не убежишь.

***

Полгода они жили вместе, и Пёс радовался этому, как ребенок. Впервые его кто-то ждал дома, а он хотел туда вернуться. У него появилась маленькая семья, за сохранения которой он мог отдать всё.

Не обходилось и без ссор. Чаще всего его раздражала её учеба, из-за которой они проводили мало времени. Утром Пёс просыпался в одиночестве, но стоило ему оказаться на кухне, как гнев сходил на «нет». Даже родная мать не готовила ему завтраки.

В детали своей работы Пёс её так и не посвятил. Искал подходящий момент, но узнавая её историю с каждым днём всё больше и больше — решил, что не стоит ей ни о чем знать. Девушка была странной, потому что пережила не самые радостные события в своей жизни. Отсюда вытекали проблемы с доверием и наркотиками. Он решил не усугублять ситуацию.

Приближалось двадцать шестое октября — день рождение. Обычно к этому моменту уже было готово охотничье угодье и оставалось найти жертву, но в этом году Пёс решил отказаться от игры «Жертва и охотник». Он больше не чувствовал себя опустошенным и необходимость в игре отпала сама собой.

— И что это значит? — негодовал Джокер. — Совсем помешался на своей тёлке. Где мой друг? Ау!

— Я здесь, но играть не буду. Мне и так всего хватает, — он мечтательно улыбнулся, вспоминая, что дома его ждёт ужин и она. — Так что не в этом году. Да и, наверное, надо заканчивать с этим. Тем более ты всегда под кайфом, когда играешь, а я не собираюсь больше нервничать из-за твоих приходов.

— Только не говори, что влюбился. Ты же видел, что стало с Королём, также хочешь? И ты обещал, что она станет жертвой!

Пёс понял, что никакая она не жертва. Это он попался на крючок. С ним жизнь сыграла в игру и сделала его домашним пёсиком, а он в принципе не сопротивлялся. Никаких минусов не видел в этом, но слова друга раздражали. Не мог он потерять свой авторитет, как когда-то Король. Нужно было найти компромисс.

— Забей ты. Давай лучше напьёмся. Нам ведь ничего не мешает отдохнуть, как в старые добрые.

Так он ещё никогда не ошибался.

Пёс пришёл домой под утро и обнаружил, что его девочка уснула в кресле в обнимку с телефоном.

— Прикол, — икнув, произнёс он. — И с кем ты там переписывалась?

Выхватив телефон из её рук, он пытался разблокировать экран. Свет раздражал глаза своей яркостью, поэтому и полетел в стену. Осталась безнаказанной только виновница его гнева, которая к тому времени проснулась в не лучшем расположении духа.

— Ты где был?

Она подошла ближе и принюхалась, морща нос. Потом схватила его за застегнутую на три пуговицы рубашку и глаза расширились от увиденного.

— Это что, блять, такое? — на рубашке следы от помады, а от Пса исходило не только сильное амбре после выпитого, но и запах чужих женщин. — Ты с кем был?

— Я-то с Лёхой был. А… ты с кем там переписы…валась!

— С каких пор шлюх зовут Лёхами?

Ответить что-то внятное Пёс не смог. Он потянулся к девушке, намереваясь схватиться, как за опору, потому что ноги его подводили, но она отпрянула. Обошла и подтолкнула его в спину в сторону ванны и на этом воспоминания закончились.

Первый раз он проснулся от холода и одиночества. Как оказался мокрым в постели Пёс не помнил, как и то почему спит один. Шатаясь, он бродил по квартире, пока не увидел её, спящую в позе эмбриона в гостиной на диване.

— Поди прочь, — она отталкивала его от себя, а он наваливался с новой силой. — Женя, ты меня раздавишь. Уйди!

Второй раз он проснулся уже с чувством похмелья. Ко всему прочему, его руки затекли, пошевелить ими, как и опустить вниз, он не мог. Вот так сюрприз: Пса приковали наручниками к кровати, а он совершенно ничего не помнил.

— Зай, — крикнул он, но в ответ тишина. — Блять, не смешно. Зай!

Она лениво прошла в комнату, попутно скидывая шёлковый халат, оставаясь в одном нижнем белье. Села на него сверху, пальцем отворачивая его голову в бок.

— Чё за игры? — он смотрел на неё непонимающе. — Ты чего такая злая?

— Злая? — она схватила его за соски, выкручивая их в разные стороны. — Да нет, милый, это я ещё добрая. Ну и кто та баба, что оставила тебе эту красоту на шее?

Пёс, конечно, любил пожестче, но обычно наказывал он, а не его. Значит, вчера он вытворил что-то не подобающее. И тут же вспомнил, как в пьяном угаре Джокер усадил на него одну из своих шлюх. Вот почему он уехал домой. Вот почему она сейчас пытает его с такой злостью.

— Прекрати, принцесса, я тебе не изменял.

— Ммм… — протянула она, пока её рука опускалась к его паху. — Уверен?

— Не надо. Ты оставишь нас без детей. Побойся Бога, любимая.

— Чего же ты его вчера не боялся? — она схватила его член, сдавливая в руках. — На звонки не отвечал, заставил меня нервничать, вонял, как будто объездил все бордели, засосы на шеи, так ещё и телефон мне разбил.

— Я куплю тебе новый, — проскулил Пёс от боли.

Лучше бы она била тарелки, кричала, но точно не пыталась оставить его без члена. Такое с ним было впервые. Самое ужасное и унизительное наказание, тем более, когда предел мечтаний сидит в красивом кружевном белье.

— Больше никаких пьянок. Клянусь! Помилуй!

Следующие полгода он даже не смотрел в сторону клубов, вспоминая ту экзекуцию. Тогда Пёс понял, что с выбором не ошибся. Его девушка была напрочь отбитой психопаткой, периодически устраивающей ему разбор полетов. После таких ссор они страстно мирились в спальне, а потом ездили в магазин за новой посудой.

Он думал, что она прекрасно бы вписалась в его окружение. Стоило только подтолкнуть, и она стала бы прекрасной Королевой Диких Псов. Когда она рассказывала про своих «обидчиков», и чтобы с ними сделала — Пёс ликовал. Но всё-таки боялся, что если расскажет ей о своей работе, то потеряет навсегда. Поэтому молчал.

Наступила пора выпускного, и Пёс со своей женщиной немного отдалились. Сначала она готовилась к экзаменам, потом писала диплом. Он не мешал, но жутко ревновал — к учебе. Несколько раз он предлагал купить диплом, который мешал их счастью, но ей это пришлось не по вкусу.

После всего ужаса, что они пережили, девушка извинилась. Пёс глупо улыбался, не понимая, а в чём собственно причина такого порыва. Подумаешь, кричала, швыряла посуду — он и похуже дела вытворял, когда не было настроения. Не при ней, конечно, а на работе.

На выпускной хотел сделать ей подарок. Да такой, чтобы она не смогла отказаться, как делала на протяжении года. Сам Пёс придумать что-то стоящее не мог и обратился к проверенному человеку.

— Ну, даже не знаю, — Финик скучающе рассматривал каталог с автомобилями, который принёс Пёс. — Ты же говорил, что она водить не умеет. Может, ювелирка?

— Колье и браслет уже лежат на полке. Не носит она все эти побрякушки.

— Ага, а машина будет стоять в гараже и гнить. Ты подари то, что она носить будет. Кольцо, например.

Пёс закатил глаза, совершенно не понимая друга. Он вроде объяснил, что не носит его женщина подобные вещи.

— На кой чёрт ей кольцо?

Финик тяжело вздохнул.

— Я так понимаю, она тебе нужна, пока не надоест? — Пёс нахмурился. — Или у тебя серьёзные намерения? Вроде говорил «моя, да моя», а подтвердить это никак не хочешь.

И тут до него дошло.

— Я думал об этом, — неожиданно ответил Пёс. — А вдруг не согласится?

— Поехали за кольцом, болван. Ещё и спланировать всё надо.

В легком синем платье в пол она была красива, как никогда. С ним она расцвела. Пёс не мог оторвать взгляд, совершенно забывая, что после его ждёт целое представление. Всю организацию Финик взял на себя, говоря, что не о чем беспокоиться. Вот только Псу это не помогло. Всё-таки он в первый раз делал предложение. С ней он много чего сделал в первый раз и уже предвкушал, какая жизнь ждёт их в дальнейшем.

Они вышли из здания университета, и она не сразу поняла, что происходило. Пёс встал на одно колено, открывая красную бархатную коробочку с аккуратным колечком. Конечно, он хотел огромный бриллиант, но Финик его отговорил, сказав, что это безвкусица.

— Принцесса, мы с тобой пережили это адское время. Ты меня чуть не прибила, но я готов терпеть что угодно всю оставшуюся жизнь. Поэтому выходи за меня замуж.

Вокруг пищали выпускницы, а она еле удержалась на ногах, теряя равновесие. Молчание было долгим, и Пёс стал чувствовать себя глупо. Он стоял посреди толпы на коленях перед женщиной, а она молчала. Очередная его глупость. Если она откажется, то Финик будет умирать долго и мучительно.

— Д-да, — на её глазах проступили слёзы — вот чего он не ожидал увидеть. — Да! Да!

Она кинулась на него с объятиями, совершенно забывая про кольцо. Хотя бы в этом Пёс был прав — его женщина самая странная в мире и не любит безделушки. Прогремели хлопушки, к ним стали подходить люди с поздравлениями и даже Джокер пустил скупую мужскую слезу.

Жизнь наполнилась счастьем, которого Пёс так долго избегал.

***Это могла бы быть история любви со счастливым концом, но обернулась она катастрофой. Пёс настолько дорожил своей невестой, что врал ей на каждом шагу. Внушал себе, что это ради их блага, но не учёл одного: в его безумной жизни не было места для семейного счастья.

Когда у Диких Псов начались проблемы, он сказал, что уезжает на соревнования вместе со спортсменами. На деле несколько дней выслеживал людей, которые увели из-под носа товар. Убийства из его жизни никуда не исчезли — Пёс просто тщательно заметал следы, но удовольствия от этого больше не получал. Только рядом с ней он чувствовал себя поистине счастливым, поэтому, когда она перестала брать трубку — Пёс занервничал.

Ему сообщили печальные новости. Квартира была перевернута вверх дном, записи видеонаблюдения удалены, а девушка будто сквозь землю провалилась. Пёс не мог бросить всё и уехать искать её, как бы сильно этого ни хотел. Поэтому поручил это задание Джокеру, но попытка успехом не увенчалась. Нервы были накалены до предела — Пёс постепенно терял самообладание.

Критической точкой стало видео, забравшее последнею надежду. Его девочка лежала в темном и тесном коробе с кляпом во рту. Она смотрела не в камеру, нет, она смотрела в душу, умоляя одним взглядом найти её и спасти. За каждую царапину, за каждый синяк на её лице — Пёс был готов истязать людей, причастных к этому похищению.

Никто не выдвинул требований. Они просто издевались над ним, смотрели, как Пёс медленно сходил с ума из-за этого. Он бросил поиски ненужного ему оружия, бросил своих людей и поехал в город охотиться на врагов и с каждой упущенной минутой становился агрессивней. Пёс знал, что у него мало времени, ведь она лежала под землей и задыхалась.

— Ты должен успокоиться, — уговаривал его Финик. — Мы нашли их след. Жень, я её найду!

— Я убью их. В клочья разорву.

С Псом было бесполезно разговаривать. Тьма и холод снова взяли верх над его душой, пронизывая её тысячами черных игл. Внутренние демоны танцевали ламбаду на телах тех, кто был якобы причастен к похищению его невесты. Пёс убивал этих людей медленно и мучительно: сдирал кожу, ломал кости — но никто из них не сказал, где конкретно она была закопана.

Трое суток его люди перекапывали лес, но так и не нашли её. Мир содрогнулся — вернулся прежний Пёс. Из-за того, что он не смог в последний раз её увидеть, рассудок дал сбой. Она так и осталась где-то под землёй, умирая в муках. Возлюбленная пополнила его коллекцию разбившихся надежд, которые он похоронил глубоко в душе, прикрывая чрезмерной жестокостью.

Всё стало, как и прежде. Джокер пошёл своей кривой дорожкой, сорвавшись впервые за два года. Пёс не давал пощады парням с Арены, всё чаще убивая проигравших с особой жестокостью. Уже тогда он не отличал своих от чужих. Они возобновили игру «Жертва и охотник» и без разбора похищали женщин.

Пёс пытался забыть родной запах, любимый цвет глаз и тот голос, что был похож на шелест листьев. За последний год он не помнил себя трезвым. Старался реже появляться дома, ведь там каждая вещь напоминала о ней, но рука не поднималась избавиться от всех этих прекрасных и в то же время ужасных воспоминаний. С каждым днём у него всё больше возникало желание вырвать себе сердце, чтобы прекратить эти мучения.

От самоубийства его снова спасла тень. Та самая, что пришла к нему впервые, подарила надежду на светлое будущее, отогрела его сердце, а потом вонзила в него отравленный клинок. Его женщина — первая и последняя любовь — была жива и стояла невредимая перед глазами. Она поступила с ним так же, как и его сумасшедшая мать — заперла в темной и холодной кладовке, забирая с собой всю любовь. Но в тот день Пёс решил отплатить ей той же монетой.

Началась игра, в которой он охотился за призраком.