Глава 13. Афра. (2/2)

- Завтра поедем, говорит спокойно Мерт.

- Завтра? Я не говорила маме, что завтра. Сказала, что приедем на неделе.

- Я сказал маме, что мы приедем завтра.

- Вы опять без меня договариваетесь? наигрываю возмущение я, на самом деле мне очень приятно от теплых отношений мамы и Мерта.

- У нас завтра съёмки совместные и закончатся не поздно, зачем тянуть. Мы маму до сих пор не поздравили с новым годом и Широ надо забрать, он у нас как детдомовский.

- Хорошо, хорошо...как скажешь, смеюсь я.

Мерт начинает убирать со стола, пока я продолжаю ковырять это несчастное брокколи.

- Я понял, что тебе не вкусно и ты не хочешь это есть, можешь прекратить это демонстрировать...улыбается Мерт, подходит ко мне сзади и начинает массировать мне плечи.

- Ммм...как хорошо...я буквально сползаю на стуле от расслабления.

- Пойдём наверх, я тебя расслаблю...говорит мне на ухо Мерт.

Я выдавливаю из себя только ”угу”, не в силах сопротивляться его горячему дыханию и сильным рукам.

***

Сегодня съемки проходили на локации дома, где была сцена Мерта и Берил. На площадке царил хаус, потому что сценарий менялся буквально каждый день, мы постоянно что-то переснимали. Мне кажется они сами не понимали куда дальше вести эту историю после последнего эпизода, амбиции Онура не позволяли идти на поводу у зрителя, но и нести огромные финансовые потери он тоже был не готов. А нам оставалось только профессионально и уверенно играть весь этот бред.

После съёмок мы отправились к маме на ужин.

- Дети, проходите! Я так рада вас видеть! мама обнимает нас по очереди.

- Мама Лютфие, вы как всегда прекрасно выглядите...говорит Мерт.

- Спасибо, сынок! Ты как всегда мне льстишь...смущаясь отвечает, мама.

- Не правда мамочка, ты действительно прекрасно выглядишь. Вся сияешь, влюбилась?

- Афрош, не говори ерунды! возмущается мама. - Это я вас так рада видеть! Пойдёмте скорее за стол, у меня всё готово.

Мы усаживаемся за стол. Мерт, как всегда шутит, а мама заливается смехом.

- Сынок, что тебе положить?

- Мама у нас есть руки, мы сами всё возьмём...говорю я.

- Мама Лютфие, она просто ревнует, не обращайте внимание. Можно мне вашу восхитительную долму.

Я толкаю Мерта ногой под столом.

- Что за глупости ты говоришь? смеюсь я.

- Доченька, что тебе положить? мама надувает губы, парадируя меня.

- Тоже долму...надуваю губы в ответ и мы рассмеялись.

- Как ваши дела? Как на работе? Рассказывайте...говорит мама.

- Ой, мамочка...давай только не о работе, а то сейчас аппетит пропадёт.

- Мы же совсем забыли! вскакивает Мерт и возвращается через минуту.

- Сынок, что случилось? Что это у тебя за конверт в руках?

- Мамочка, это тебе наш подарок с новым годом.

- Что вы там придумали? Зачем? Мало вы мне подарков дарите?!

- Мама Лютфие, такой мы вам точно не дарили. Вам понравится.

Мама в недоумении смотрит на конверт, потом на меня, на Мерта, снова на конверт и у неё начинают наворачиваться слёзы.

- Дети, это то о чем я подумала? говорит дрожащим голосом мама.

Я быстро смекнула о чём мама подумала.

- Мама, если ты подумала о снимке УЗИ это не он.

- Нет, мама Лютфие вы не так поняли, мы не беременны...с присущей ему непосредственностью говорит Мерт.

В последнее время нам всё чаще приходится произносить эту фразу родителям, но когда я слышу от Мерта ”мы не беременны” я просто таю от мысли, что когда это случиться действительно будет ”мы беременны” и он разделит со мной все радости и трудности этого периода.

Вижу грусть на мамином лице и перевожу тему.

- Мамочка, ну открывай же!

Мама открывает и взвизгивает.

- Дети, вы с ума сошли! Круиз на лайнере!

Мама обнимает нас и продолжает причитать.

Мы ещё долго обсуждаем всё на свете, шутим и смеёмся. Не обходится без позорных историй из моего детства, в доказательство подключается альбом с моими детскими фотографиями. Мы доходим до фотографии с папой, где я очень счастливая, но покрытая красными пятнами и папа тоже.

- А здесь у тебя аллергия, врач тогда запретил всё сладкое, а папа купил тебе сладкую вату, потому что ты очень просила, а он никогда не мог тебе отказать. А у него была аллергия на клубнику и когда тебя высыпало, он решил себя так наказать и чтобы тебе одной было не грустно ходить с красными пятнами, наелся клубники. Вот тогда я и сделала этот снимок.

У меня к горлу подступил ком и я чувствую, как глаза начинают наполняться слезами.

- Я сейчас приду, вы пока смотрите альбом.

Я залетаю в ванну, открываю воду и начинаю не просто плакать, а реветь. От боли, от обиды...не знаю на кого, на папу, на себя, на родителей. Мама всегда рассказывала о папе что-то хорошее, о том как он меня любил, баловал, заботился. А я не могла это слушать, потому что мне было больно, потому что я всё это помнила, все мгновения проведённые с папой. Я была очень к нему привязана и чтобы не было так больно я запретила себе это вспоминать, и в череде огромного количества хороших воспоминаний, я оставила только одно самое ужасное...где он уходит. Так мне было проще на него злиться, потому что любить его было слишком больно...