Запись 7 (2/2)

Макс слабо хлюпнул носом и приобнял Сашу в ответ:

— До сих пор не понимаю, как я ваще смог тебя на себе дотащить аж до трассы.

— Ну как-то смог. Ты вряд ли тогда вообще задумывался о чём-то.

— Задумывался… О том как ты кровью у меня на руках истекаешь, хрипишь, а мне тебя толком нечем забинтовать. Вот и попёр. Ещё и получил потом за то, что на месте ждать помощи не стал.

Саша крепче стиснул Марса, с болью уводя взгляд в сторону, а через секунду уже впивался пальцами в бока Макса, беспощадно щекоча его:

— Говорил тебе, что ОБЖ<span class="footnote" id="fn_39104385_2"></span> прогуливать не надо, балбесина мелкая.

Макс в хохоте завалился на бок в попытке увернуться от цепких рук. Ухватив их, он сплёлся с Сашей пальцами. Тот, уже нависнув над Максом, поморщился отпустил его руки и снова сел. Макс обеспокоенно замер:

— Больно?

— Идём сюда, — слабо отмахнувшись, Саша придвинулся спиной к стене и похлопал себе по бёдрам.

Макс подтянул ноги на кровать и собрался сесть сверху. Но колени стали увязать в мягком матрасе, вместе с ними начало затягивать и руки. Марс попытался ухватиться и сильнее вцепиться в покрывало, но его тянуло вниз, а Саша исчез из виду за поглотившей пространство темнотой.

Открыв глаза и с трудом сфокусировав зрение, Марс обнаружил себя на диване в гостевой комнате. Голова нестерпимо болела. Амулет давил на грудь и ощутимо нагревал кожу. К горлу подкатила тошнота. Борясь с рвотыми позывами, Марс закрыл глаза обратно.

— Такая частая потеря сознания — очень тревожный знак. Тебе стоит внимательнее относиться к своему здоровью, Марсель, — голос Шезму прозвучал совсем рядом.

— Меньше с демонами надо… Быть.

— Не исключаю, что это может благотворно повлиять на твоё самочувствие. Однако, сегодня я настоятельно рекомендую тебе сделать обратное и переночевать у меня. Тем более что, время уже позднее и добираться до дома в твоём состоянии будет крайне небезопасно. Об ужине для тебя я позаботился. Насколько я понимаю, ты принял отвар сегодня утром, поэтому советую тебе постараться поесть, чтобы восполнить затраченные силы.

В ответ Марс непроизвольно издал неприятный булькающий звук.

— Досадно, конечно, что ты сильно ударился головой и теперь тебя мучают негативные симтомы. Возможно, принимать пищу пока не лучшая идея. Однако, я оставлю всё приготовленное на столике рядом с тобой и буду надеяться, что ты сможешь восполнить ресурс, и, одновременно с этим, уповать на то, что твоей регенерации не помешает довольно сильное истощение.

Марса вытошнило на пол. Откашлявшись он рыкнул на демона:

— Выйди, бля, а?

— Как тебе будет угодно. Доброй ночи, Марсель.

Когда Шезму вышел, погасив свет в комнате, Марс попытался сесть. То, что это не самое лучшее решение, он понял довольно быстро. Тело трясло, голову придавливало обратно к подушке, тошнота не отступала.

Из полусна, в который Марс провалился внезапно для себя, его выдернул звук звонящего телефона.

«Кас».

По звуку рюкзак был где-то на полу, ближе к ногам.

«Не брать? Придут с обыском в квартиру. Меня не найдут. Им ведь ума хватит в Залы потащиться. С-с-сука».

Дотянувшись до рюкзака, Марс перезвонил Каспию:

— Не успел.

— Ты там не забухал? Что с голосом?

— Приболел. Траванулся.

— Не консервой, надеюсь? Уй, учишь вас, дураков, учишь: варите сами свежее, не жрите что попало…

— Кас, разберусь. Новостей нет?

— Я тебе кто? Информбюро<span class="footnote" id="fn_39104385_3"></span>? Нет ничего. Давай, отлёживайся, бульон пей.

Завершив звонок, Марс осторожно повернулся на бок и заснул.

***

Сквозь завесу ветвей с сиреневыми соцветиями проглядывалось небо, плотно затянутое бледно-фиолетовыми облаками. Марс был рад появлению в этом месте. Боль и недомогание оставили тело, обстановка и чужое, неподконтрольное тело не угнетали, а от него самого тут не требовалось ничего, кроме присутствия.

— Можно? — Риммон, оказавшийся совсем рядом протянул руку к голове Марса.

— Да. Валяй, — Марс придвинулся ближе и наклонился к демону.

Риммон запустил пальцы в волосы и стал мягко массировать то место, которое в реальности болело сильнее всего. Вместе с приятным теплом, расходящимся от головы по всему телу, Марс чувствовал явное напряжение, источаемое Риммоном:

— Боишься?

— Как никогда прежде. Мне не нравятся его намерения.

— Намерения? Ты знаешь, что хочет Шезму?

— Того же, что и все, — напряжение, исходящее от демона, напиталось злобой. — Заполучить мою силу. Если Шезму просто выпустит меня, то есть шанс, что он подчинит меня себе. Или у него какие-то другие планы… Не знаю, большего я не смог понять.

— Я тебя подставил тем, что принёс к нему? — Марс виновато опустил взгляд и рассеянно погладил оголённое бедро Риммона.

— Думаешь, он догадался о том, что мы связаны только сейчас?

— Бля, я уже ничего не думаю, — он тяжело вздохнул. — Мало мне дыр в памяти, так ещё и какие-то воспоминания всплывают… Я видел сон, или хрен пойми что, где у Санька порезано горло а я… Это ваще было со мной, или это трип какой-то? Пфф… Я не помню, что вообще произошло тогда.

— Это настоящее воспоминание, — Риммон убрал руку с головы Марса и отстранился, — но не я его вызвал.

— А кто? Шезму? Или Паша там где-то под ванной заныкался? Ещё и отрубили, черти позорные. Мне ваще нихера не понравилось головой вниз и об кафель. Сами пусть попробуют, а потом свой блевотный бульон хлебают.

— Нет, демоны к этому непричастны. А упал ты из-за нехватки сил. Прости. Я не смог ничего сделать. Сейчас я подлечил тебя, но тебе нужно обязательно восполнить ресурс.

— Да-да, знаю. Спасибо, — Марс опустил взгляд вниз. — Ну а ты… Я о том, что ты мне показал. Получается, ты был в плену отлова? Поэтому так напугался, когда я тебя туда принёс?

— Я снова ощутил, как взывают к помощи те, кто находится там, — демон поник и обхватил себя руками за плечи. — Это сильно угнетало меня в то время. Когда я почувствовал их, будучи с тобой, то мне вновь стало нестерпимо больно и страшно.

Марс приобнял Риммона, унимая его дрожь:

— У нас это называют «фон», — он ухмыльнулся. — И я б поспорил о том: просит ли там кто-то помощи или просто хочет хорошенько пожрать и свалить.

— А это разве не одно и то же? Голодный пленник хочет насытиться и получить свободу.

— Ага. Поэтому ты охмурил своего конвоира, а потом как-то свалил при удобном случае?

Риммон грустно улыбнулся:

— Ты не всё знаешь о нас. Я не успел показать часть того, что произошло.

— Бля… Эти воспоминания пиздец как утомляют. Я, скорее всего, из-за них нихера не высыпался эти дни.

— Прости, — Риммон с игривым укором посмотрел на Марса, — но ты сам разрешил «показывать тебе кино».

— А у нас уговор так-то был, — Марс ласково потрепал Риммона за щёку. — Днём ты не лезешь и не мешаешь. А получается так, что я как в вакууме после твоего «кина». Не очень похоже на «не мешать».

— Да ты и без моего влияния хорошо умеешь доводить себя до невменяемого состояния и находить проблемы. Если б я был рядом, то постарался бы тебя остановить от попытки вломиться в Залы.

— Ага. Не дал бы. Как с теми парнями?

— Я бы всё равно попытался, — Риммон опустил голову. — Тем более, тогда мы договаривались по-другому… Но… Да. Я должен был хоть попробовать тебя остановить. Но тогда в тебе было слишком много сил, с которыми мне сложно управляться в таком состоянии. И к тому же… Я не подумал, что это нужно делать.

— Да. Помню, ты говорил. Решение было моё, а ты слаб…

Риммон с протяжным тихим выдохом сполз ниже, укладываясь на спину. Полежав так в молчании, демон постепенно отогнал от них обоих печаль и отчаяние, черпая робкое тепло из нежных поглаживаний Марса по своим волосам. Он закинул ногу на согнутое колено и начал игриво покачивать стопой:

— Но, несмотря на свою слабость, — он посмотрел вверх, ловя ответный взгляд Марса, — от нападок Шезму я всё-таки смог тебя оградить.

— Это когда он меня душил?

— Там я помог тебе совсем немного. Больше усилий я затратил тогда, когда ты потерял сознание. Я скрыл и твои мысли, и то, что ты видел в том воспоминании.

Марс сполз вниз, укладываясь вровень с Риммон:

— А какой уже смысл?

— Память многослойна. То, что лежит на поверхности получить можно просто и быстро, но остальное считать сложнее. Не думай, что за то время, пока ты не блокировал его, Шезму смог увидеть тебя насквозь.

— Да, вроде, что-то такое я читал про память, но мне тогда особо не надо было этому обучаться, поэтому как-то и не вникал. Только чем мне это поможет сейчас?

— Мне казалось, что ты не любишь, когда копаются у тебя в мыслях? А ещё знание того, что Шезму до сих пор хочет проникнуть в твою память, без слов говорит о том, почему он до сих пор не убил тебя и не позволил никому из демонов причинять тебе вред.

— Не из-за тебя?

— И да, и нет одновременно.

— Не пойму, к чему ты ведёшь.

— Шезму же тот ещё любопытный исследователь. И наша с тобой связь его очень интересует.

— Я не настолько любопытный исследователь, но меня, кстати говоря, это тоже волнует. Может расскажешь, как мы связаны? Я — жертва или одержимый?

Риммон поднялся выше, вновь облокачиваясь на дерево. Марс сел следом и взял демона за руку. Он поймал себя на опасении, что демон вновь уйдёт, оставив его без ответов. Но Риммон лишь крепче сплёлся с ним пальцами:

— Раз мы с тобой ведём этот разговор, значит пора тебе узнать о том, что нас связывает. Только учти, что сразу показать всё у меня не получится. Тебя это утомляет, а там задействованы разные пласты воспоминаний. Главное не делай поспешных выводов и постарайся не оставлять меня одного.

— Погоди, а днём-то мне что делать? Дальше книгой заниматься?

— Ваша сделка ещё в силе, поэтому это самое разумное, что ты можешь предпринять сейчас.