Эпилог. (1/2)

Азирафаэль мысленно послал все свои принципы к чёрту и с помощью чуда вновь надел на себя и Кроули одежду. Теперь ему было уже всё равно. Раньше ангел избегал легкомысленных чудес, но сейчас, когда всё, о чём он так долго мечтал, наконец-то сбылось, он был беззаботен и счастлив и никак не мог перестать улыбаться. Кроули с притворной сердитостью взглянул на него.

— Ты и раньше мог пользоваться чудесами в быту, — заметил демон, пересаживаясь на водительское кресло.

— Я мог бы многое сделать пораньше, — легко признал Азирафаэль.

— Неоспоримо, — ухмыльнулся Кроули.

— Может, чудом перенесёмся в книжный магазин или в твою квартиру? Вместе с машиной, конечно, — задумчиво предложил ангел, барабаня пальцами по бардачку.

— Я бы хотел поехать домой.

— Я просто подумал, тебе не захочется сесть за руль после того, что произошло между нами.

— Некоторые любят курить после секса, не так ли? — Кроули положил руки на руль и завёл мотор Бентли. — Я предпочёл бы мчаться по трассе.

Азирафаэль пристегнулся ремнём безопасности.

— Прошу, ты не мог бы вести машину на адекватной скорости?

— Ну же, ангел! — запротестовал тот. — Мне нравится гнать с ветерком.

— А помнишь, как ты врезался в молодую велосипедистку прямо здесь, в Тадфилде?.. — напомнил Азирафаэль, выразительно приподняв одну бровь.

— Это она в меня врезалась! — проворчал демон. — Помяла машину, заставила переживать.

— Кроули, мне пришлось лечить её переломы, — ровным голосом сказал ангел.

— А не надо было ехать на велосипеде в темноте!

— Кроули, — предупреждающе проговорил Азирафаэль.

— Ну и отстал же ты от жизни! — вздохнул тот и неохотно поехал на допустимой законом скорости.

Ангел расслабился.

— Спасибо, любимый.

Кроули пробормотал себе под нос нечто неразборчивое и включил радио. Из динамиков донеслась песня «Good Old Fashioned Loverboy» в исполнении группы Queen. Демон вздохнул, но на деле не выглядел раздраженным.

— Что ж, ладно, думаю, это вполне уместно, — произнёс он, перекрикивая музыку.

— Вполне, — согласился Азирафаэль. — Должен сказать, твоя машина знает толк в намёках и музыке.

— Ей повезло, что я её люблю, — ответил демон. — Потому как я не раз был близок к тому, чтобы её сломать!

Музыка резко прекратилась. Из радио заиграла песня «Лжец».

— Как скажешь. Неважно, — сдаваясь, выдохнул Кроули под переливчатый смех Азирафаэля.

— Твоя машина всегда была такой самоуверенной, а я просто не замечал? — осведомился ангел, потому что больше не мог припомнить случая, чтобы Бентли так настойчиво делилась своими мыслями… По правде сказать, он и не подозревал, что у раритетной машины вообще могут быть мысли. Однако в жизни Азирафэля случались и более странные вещи, так что сомневаться в подобном было совершенно бессмысленно.

— У Бентли всегда был собственный разум, но раньше она мне так не дерзила, — ответил Кроули. — Думаю, мы порядком ей надоели. Я не виню её, правда.

— И я тоже. Надеюсь, мы не обидели её, занявшись любовью на задних сиденьях.

Кроули расхохотался:

— Ты понимаешь, как нелепо с нашей стороны заботиться о чувствах машины?

— Я уже давно смирился с абсурдностью нашей жизни, — усмехнулся Азирафаэль. — В конце концов, может ли разумная машина сравниться с ангелом и демоном, которым почти удалось пожениться?

Демон вздохнул, и в его жёлтых глазах заиграли весёлые искорки.

— Я понимаю, о чём ты, и это мило, романтично и всё такое, но машина реально чертовски странная!

— Не могу не согласиться.

Всю поездку домой они весело разговаривали, и Азирафаэлю казалось, что никогда ещё Кроули не улыбался так искренне, как сегодня. Пожалуй, это и был тот самый медовый месяц, который придумали люди, но ангел надеялся, что для бессмертных существ он будет длиться гораздо дольше.

Наконец они вошли в дверь квартиры Кроули и замерли, нерешительно глядя друг на друга, как бы спрашивая молчаливо: «И что же дальше?». Столь многое изменилось с тех пор, как Азирафаэль разыскивал демона… А может, так только казалось, и до того, как ангел нашел его в Тадфилде, он знал, что Кроули любит его в ответ? Думать теперь это о подобном было легко и приятно. И ангелу хотелось поближе прижаться к мужу, не силясь выдумывать оправдания.

— Хочешь, мы ляжем спать? — осведомился Азирафаэль.

Кроули склонил голову набок и непременно смутился бы, если бы ангел сказал ему, что этот жест выглядит мило.

— Ты ведь не спишь. Ты делал это единственный раз в жизни.

— Мне не нужно спать, чтобы обнимать тебя, — с улыбкой произнёс Азирафаэль, заливаясь легким румянцем от возможности произнести подобную фразу после стольких мучительных лет.

Глаза демона немного расширились, он втянул через нос воздух и отвел взгляд, кивая, пытаясь скрыть покрасневшую шею.