Глава 7 (2/2)

(которых у тебя теперь нет. снова. что, будем монетизацию на ютубе подключать?)

Сейчас не до того. На повестке дня гораздо более важные и интересные дела. Потому что контора ”Авесанс” была действительно замешана в нескольких довольно мутных предприятиях. При попустительстве нью-йоркской администрации представители этой славной фирмы выкупили чуть ли не половину устаревшего жилищного фонда района. Для чего? Для того, чтоб облагодетельствовать его обитателей, конечно же. Только пользовались для этого они авторитарными методами. По свидетельствам анонимных источников, люди из ”Авесанса” действовали крайне настойчивыми увещеваниями, а кое-где прибегали и к прямым угрозам. Особенно несговорчивые квартиранты, не желавшие покидать насиженные места, и вовсе подверглись нападениям.

Я сразу вспомнил дядьку Кристофферсона, которого прессовали зарвавшиеся малолетки. Вот так жизнь скотская у мужика, конечно. И так особо ничего хорошего не повидал, раз сорок лет куковал на одном и том же месте, а под старость лет получаешь тычки от хулиганья и угрозы от мафии. Не юридически, конечно, но сути это не меняет. Ради чего ”Авесанс” все это затеял? Для того, чтоб построить в Адской Кухне современный жилой комплекс, от одного вида которого жители Манхэттена сгрызут себе все локти до кости. Судя по тому, что даже нижняя планка стоимости улетала в небеса, тем, кто сейчас проживает в этом районе, места в новом комплексе не найдется.

Чем дальше я читал, тем сильнее убеждался в том, что наведаться в ”Авесанс” с визитом попросту необходимо.

(отлично! на какой день наметим проникновение со взломом? я хоть щас готов)

Я знаю, что у тебя, приятель, уже, кхм, все горит с того, как хочется вернуться и ворваться в городок, кхм, в ”Авесанс”, но сначала мы попробуем пройти по стелсу, без крови и убийств. Как раз придумал для этого нехитрый план.

(какой же ты скучный, эдди. даже галерею до конца не промотал, а ведь там было кое-что интересное)

Я снова взял в руки телефон и прокрутил галерею до самого конца. Там на фото обнаружился кусок жирно разлинованной бумаги, явно вырванный из блокнота. На нем потекшими чернилами было написано ”ЛИЛЭНД ОУЛСЛИ????”

Имя не показалось мне знакомым, но ассоциации почему-то вызвало не самые приятные. Но я списал их на то, что Лилэндом звали злобного владельца магазина антикварных безделушек из кинговских ”Нужных вещей”. Образ карлика, собирающего сломанные человеческие души, не очень-то располагает к себе. Но не стоит полагаться на одни только ассоциации. Поэтому я подхватил ноутбук и вбил в поисковую строку браузера имя с бумажки. На экране замерцали синие строчки гиперссылок.

— Так-так, это интересно. — произнес я сам себе. — Веня, завари-ка кофейку, я тут еще посижу.

Из плеча уже привычно вылупилась морда.

— У нас только растворимая бурда, ее даже собаке подавать стыдно.

— Знаешь, если б мне взбрело в голову подавать собаке кофе, это уже говорило о серьезных бедах с башкой, так что... Сойдет и растворимый, мне нужно немного быстрого кофеина.

Раздалось вязкое шуршание, и черная масса сползла с моего тела. Довольно быстро перебирая своими ложноножками, она прошлепала к плите. Вскоре там загремела посуда и засвистел чайник.

— Плесни туда молока и кинь два кусочка сахара. — крикнул я вслед.

— Я тебе не слуга! — парировал Веня.

Я потер виски.

— Хорошо. Плесни туда молока и кинь два кусочка сахара, ПОЖАЛУЙСТА, БУДЬ ДРУГОМ.

— Вот теперь буду. — обрадовался вредный симбиот. — Видишь, не так-то и сложно вести себя по-людски! А то с Паркером ты весь такой дружелюбный, чуть в десны не лобызаешься, а вот с верным товарищем, который с тобой бок о бок вот уже... несколько дней... эх... все равно обидно. Стараешься ради него...

— Не бухти там! — оборвал я поток стенаний и продолжил изучать поисковые запросы.

Ничего привлекающего внимание среди них не находилось... на первый взгляд. Лилэнд Оулсли был преуспевающим финансистом и вел обычную для такого статуса жизнь. Жизнь высокопоставленного корпоративного планктона. Мелькал на разных светских мероприятиях, торжественно резал ленточки и толкал речи на фуршетах. Его морда мне сразу не понравилась. Широкое, скошенное к подбородку лицо в рытвинах, густые рыжие брови, такого же цвета шевелюра, глубоко посаженные глаза и совсем неуместные на таком диком фоне круглые очки-велосипедки. Такие больше подходили интеллигенту типа Джона Леннона. Но больше всего выделялся крючковатый нос, совсем как клюв филина.

Хе-хе. ОУЛсли — Филин. Смешно. Совпадение?

Ну да ладно. Вполне возможно, что при такой сомнительной внешности господин Оулсли снимал котят с дерева и переводил старушек через дорогу. Только ни тем, ни другим он не занимался. Зато был замечен в связях с Уилсоном Фиском. Их даже щелкнули вместе на каком-то фуршете. Фиск превосходил Оулсли в росте на две с половиной головы. Костюм на нем чуть ли не трещал по швам. Оба лучились от самодовольства, держа в руках бокалы с шампанским.

Вот и первый крючок. Я на все сто процентов уверен, что Уилсон Фиск никому не желает добра и процветания, кроме себя самого. Но как они связаны? Вполне может быть, что это просто обычная фотка. Ну типа как из того разряда, когда Тиль Линдеманн сфоткался на вечеринке с Олегом Газмановым. И лицо у лидера Раммштайна тогда было несчастное-несчастное, словно он видел, как все его ясные дни переходят к Газманову.

(ты о ком это?)

Я потом тебе расскажу о деятелях культуры из моей вселенной, братец. Кофе принес?

Черное щупальце протянуло мне чашку. Я отхлебнул и поморщился — симбиот переборщил с сахаром. Назло мне, что ли?

(никакого ”назло”. просто вместо двух кубиков рафинада насыпалось четыре. но это ничего. чтоб подсластить тебе пилюлю.)

Из документов стало ясно, что ”Авесанс” пошел на многочисленные нарушения, чтоб привезти свои бульдозеры в Адскую Кухню. Но мои телефонные скрины — довольно зыбкое доказательство, к делу его просто так не подошьешь. Как и бумажку с именем Оулсли. Его связь с Фиском не вполне очевидна. Так что ради прояснения ситуации нам придется отправиться в это славное местечко завтра же.

Венина голова появилась из моего затылка, отчего мы стали похожи на сиамских близнецов. Вытянувшись вперед, она нацелилась на мою чашку, но я вовремя ее убрал.

— Даже не думай. — сказал я и отхлебнул из чашки. — Я после тебя пить не буду, ты туда слюни напускаешь.

— А вот Эдди раньше не брезговал! — обиделся симбиот. — Многие люди, вон, за своими питомцами доедают.

Я поднял вверх палец.

— Первое — Эдди ушел, и теперь здесь немножко другие порядки. Второе — антисанитарии у меня и так хватает в этой хате, ни к чему усугублять положение.

Веня насупился. Внешне это на его клыкастой роже никак не отразилось, конечно, однако ощущение мне передалось. Вайб шел очень нерадостный.

— Что ты собираешься делать? — наконец спросил он. — Сомневаюсь, что эти ТАЙНЫЕ СУМРАЧНЫЕ ГЕНИИ согласятся принять челика с улицы и все ему рассказать про свои злодейские планы.

— Челику с улицы, конечно, не расскажут. — согласился я. — А вот преуспевающему видеоблогеру-урбанисту с миллионом подписчиков на ютубе, который хочет снять видео о компании... почему бы и нет? Если видео будет хвалебным, разумеется, а не разоблачительным.

В белесых зенках симбиота промелькнуло сомнение.

— Ты сможешь сделать такое?

***

На следующий день я с головой нырнул в бюрократическое болото. Сперва расчехлил канал Брока на ютубе. После страйков и длительного периода неактивности часть подписоты с него свалила, но оставшегося количества вполне хватало, чтоб считаться респектабельным человеком, с которым не стыдно и побеседовать. Вот с оборудованием начались проблемы, потому что формат у Эдди был крайне минималистичный — блоги в стиле мокьюментари и комментарии поверх футажа на экране. И набор оборудования был под стать. Только одна профессиональная камера, да и та дышала на ладан. Большую часть материала Брок снимал на мобильник.

Ничего плохого в этом нет, но для интервью нужно нечто посерьезнее.

(а паука?)

Вполне заманчивая идея, может быть, он толковый оператор... Но нет. С первого же каверзного вопроса он напряжется и сам начнет копать под ”Авесанс”, только помешает работе. В конце концов, это мое дело.

(тогда я тебе помогу. ну там свет выставить и все такое. оборудование он держит в кладовке под гладильной доской)

Удивляясь, что в этой халупе вообще есть кладовка, я прошел в указанном Веней направлении и выудил на свет божий большую спортивную сумку. Там нашлось все необходимое. Видно, что гаджетами этими Эдди не пользовался довольно давно, но, к счастью, все они оказались рабочими.

Тогда я позвонил в ”Авесанс”. Долго и с упоением меня футболили между Виннифред из отдела маркетинга, Томом из ”связей с общественностью”, Моррисом, чью должность я даже не запомнил. Только после того, как я скинул ссылку на канал в переписке, дело сдвинулось с мертвой точки. Сравнительно. Побеседовать со мной согласился аж целый вице-президент ”Авесанса”. Тут бы впору обрадоваться, да только из данных на вебсайте исходило, что этих вице-президентов там больше, чем котов на городской свалке. Но варианта лучше все равно не находилось.

— Придется тебе, Веня, снова выступать в роли живого костюма. — сказал я, когда подошло время.

— Это запросто. — миролюбиво отозвался симбиот. — Я думаю, тебе как блогеру не очень подойдет официальный стиль. Что скажешь насчет расслабленного кэжуала? Скажем, ”вышел за пивом и чипсами”?

Растянувшись по телу, мой инопланетный спутник превратился в толстовку. Белый мотылек стал логотипом спортивной одежды. Баскетбольным мячом с клыками.

— Знаешь, — протянул я. — одного у тебя не отнять. Чувство стиля определенно есть.

Чувство стиля было и у ребят из ”Авесанса”. В отличие от Джеймсона, который предпочитал ”дорого-богато” и ”цыганский шик”, дизайнеры оборудовали им офис в модерновом стиле. Кругом естественный теплый свет, льющийся из окон и сильное, даже нарочитое ощущение уюта. Каменные горки, аквариум с рыбками... Даже непохоже на бандитскую контору. Впрочем, и серийные маньяки не похожи на тех, кто может тебя убить и выпотрошить как свинью. Но вот видеонаблюдение и замки с голосовой активацией выдавали всю их природу с головой. Такое оборудование не ставят в фирмах типа ООО ”Рога и копыта”. Поэтому я оставался настороже.

И не зря. Мистер Каллум, с коим мне предстояло проводить интервью, оказался максимально СКОЛЬЗКИМ субъектом. Причем во всех смыслах. Лака он на свою зализанную до предела прическу выливал столько, что ее можно было бы выставлять в музее в качестве окаменелости. А вообще очень напоминал проходимца Сола Гудмэна. Только вот ни капли обаяния, которое в этот образ привносил комик Боб Оденкерк, у мистера Каллума не было. Сразу становилось ясно, что он не изображает из себя гада, а является таковым на самом деле. Но поскольку мне нужно было проникнуть на вражескую территорию, я состроил приличную мину и начал разведку боем, так сказать.

Под чутким Вениным руководством я настроил оборудование как следует, и мы приступили к разговору. Каллума даже не надо было подталкивать к дифирамбам в отношении своей компании, он столько их пел, что становилось тошно.

(и не тебе одному. если бы мне было чем блевать, я бы уже схаркнул. знаешь, эдди, я много что готов сожрать, но к этому парню ни за что бы не прикоснулся. даже если бы меня заставили. напоминаю тебе, что мне доводилось пробовать ядерные отходы!)

Со слов этого напомаженного хлыща выходило, что все до единого сотрудники ”Авесанса” настоящие праведники и ангелы во плоти. Они денно и нощно трудятся на благо горожан, благоустраивая районы и обеспечивая граждан доступным жильем. Но не только этим ограничиваются подвиги компании — ”Авесанс” устраивает ”полевые кухни” для бездомных, собирает в школу детей из малоимущих семей, строит спортплощадки на месте притонов... Словом, если б я задался целью найти во всем городе человека более высоких моральных качеств, чем генеральный директор ”Авесанса”, у меня бы ничего не получилось.

После очередного славословия Каллум сидел с вежливой, чуть снисходительной ухмылочкой и пялился на меня. Я сцепил зубы. Кажется, диабет я наживу после этой беседы, вчерашний кофе был только предзнаменованием.

(ну так давай плеснем в эту бочку меда канистру машинного масла)

Разбавим его симбиотической жижей, хехе.

— Вы говорите про исключительную репутацию ”Авесанса” среди жителей неблагополучных районов, так, мистер Каллум? — начал я. — Я не оспариваю ваших слов. Но вот какая штука. Наверняка вы знаете про Адскую Кухню, верно?

Ухмылка Каллума стала натянутой.

— Разумеется, это одна из очень важных для нас областей города. Тамошние жители остро нуждаются в поддержке, и если городские власти не способны обеспечить ее в надлежащем объеме, то...

— Считается ли поддержкой то, что ваша компания скупает жилищный фонд и склоняет местных к тому, чтоб они покинули свои дома?

Каллум всплеснул руками.

— Что вы, мистер Брок, как можно? Никто никого не склоняет, мы всего лишь информируем людей, что они могут без особых усилий и по доступной цене улучшить свои жилищные условия.

— Правда? — процедил я. — А ко мне обратилось несколько семей, утверждавших, что свое информационное обеспечение ”Авесанс” навязывает. К тому же не нужно быть детективом, чтобы обнаружить бульдозеры, которые сейчас перепахивают район.

Каллум достал из кармана смокинга носовой платок и утер абсолютно сухой лоб. Его глаза тревожно забегали. Ага, прижал я тебя, ублюдка, не так ли?

— Строительная техника, мистер Брок, там находится совершенно законно. Уверяю вас, беспокоиться совершенно не о чем. Наш генеральный директор уже озаботился получением всех необходимых разрешений. К слову, а не могли бы вы, так, между нами, поведать, кто именно вам сообщил подобную вопиющую глупость? Возможно, всему виной досадное недоразумение, которое мы могли бы разрешить в два счета.

Знаю я, как такие ребята разрешают недоразумения. Закатывая тела в цемент.

— Между нами не мог бы, мистер Каллум. — холодно ответил я. — С точки зрения журналистской этики было бы крайне непорядочно таким образом разглашать свои источники. Особенно те, которые и так находятся в уязвимом положении. Люди теряют свое жилье, мистер Каллум, и это факт.

— Давайте не будем выходить на конфронтацию, мистер Брок. — миролюбиво выставил перед собой ладони он. — Наше общение так хорошо началось, и было бы обидно выбивать его из благостного русла.

— Я не припоминаю, чтоб мы обговаривали перечень запрещенных тем перед интервью.

Улыбка Каллума сделалась безжизненной. Пластиковой, как искусственные фрукты в вазочках на постановочных фотках.

— Хорошо, мистер Брок. Мы можем следующую часть проговорить не под камеру?

Отлично. То, что нужно. Я не думаю, что он настолько дурак, чтоб щас начать резать правду-матку перед человеком, которого видит впервые в жизни. К тому же такие личности, как мой собеседник, вполне могут подумать, что на мне есть еще одна камера. Так что я от него услышу в лучшем случае полу-правду, но это все равно будет полезно. Сделаю вид, что успокоился, и усыплю его бдительность. И на всякий пожарный, Веня, вруби диктофон в кармане.

(готово, мистер сыщик)

Я отключил камеру, демонстративно выложил мобильный на стол перед Каллумом.

— Я понимаю, к чему вы клоните, Эдди. — сказал он. — Вы напоминаете мне меня самого. После Йельской школы права я пришел в бизнес таким же. Глаза горели, работа спорилась, земля горела под ногами. Я торчал в офисе по девятнадцать часов в сутки, начальство даже несколько раз отзывало пропуск, чтоб я не засиживался. Но идеализм с жизнью очень плохо совместим. Она грязная и больная штука. Эти люди в Адской Кухне...

— Которых вы выселяете. — добавил я.

— Мне это не приносит удовольствия. — буркнул Каллум. — Может быть, там живут замечательные ребята, я этого не знаю и даже не хочу задумываться, если честно. Но раз это трущобы, то сомнительно. Из сора редко растут дивные цветы, знаете ли. Суть в другом. ”Авесанс” хочет сделать этот неблагополучный район лучше. Скорее всего, пафосно прозвучит, но все это делается на благо Нью-Йорка. Люди хотят видеть вокруг себя не помойки и притоны, а велодорожки и цветочные лавки. Мы можем этого достичь, мы стремимся, госпожа Ва... кхм.... наш генеральный директор делает все, чтоб они там появились. Но жители упорствуют.

— А что вы им предложили? Пряник прилагается к кнуту?

— У нас великолепное финансовое состояние, но бездонных деньгохранилищ нет, Эдди. Да, мы предлагаем комнаты. Но это чистые, благоустроенные, хорошо отремонтированные комнаты, в которых можно жить... с относительным уровнем комфорта.

Забавная у него логика. В принципе, я тоже живу в хате с относительным уровнем комфорта. А то что штукатурка со стен отваливается, в ванной развелась плесень, а ночью по углам собираются крысиные выводки — просто детали.

— Знаете, как говорят? Ты можешь привести лошадь к водопою, но не можешь заставить ее пить. Так вот, говоря тем же метафорическим языком, мы не можем из-за парочки упрямых лошадей отложить большую переправу. Но никакого насилия мы не применяем, в этом я вас заверяю стопроцентно. Только убеждение. И я практически уверен, что в скором времени консенсус будет достигнут даже с теми, кто пока не видит ситуацию с нашей стороны.

— Ну-ну. — хмыкнул я.

— Теперь давайте поговорим о более приятных вещах. В скором времени ”Авесанс” устраивает благотворительный бал...

Поразительные штуки иногда вытворяет человеческая психика. К примеру, я только что побывал в здании фирмы ”Авесанс”, где светло, уютно, мягкие кожаные кресла, где меня напоили чаем с булочками, а на выходе швейцар в ливрее раскланялся чуть ли не в пол. Но при этом я чувствовал себя так, будто мне вылили за шиворот полное ведро дерьма. Чесслово, к концу нашего ничего не значащего интервью с Каллумом мне хотелось вернуться обратно в свой гадюшник. Да, он мерзкий, но там хотя бы нет вот этого ощущения, что на каждом шагу лицемерие и вранье.

Поэтому щас я сидел в Бургер Кинге (Рэй'Квон, к слову, не обманул — действительно работал, мы с ним друг другу помахали), жевал свой воппер с картошкой, запивая его молочным коктейлем. Но работали у меня не только челюсти. Мозгам тоже покоя не было.

(ты хочешь этой ночью все провернуть)

Да. У тебя получилось скопировать? Надеюсь, что на этом мы не проколемся.

Тут мне в ухо ударил голос Каллума. Опять.

— Я надутый трусливый болван, который даже в сортир ходит, оглядываясь через плечо. Моя жена изменяет мне с чистильщиком бассейнов по имени Леопольдо, ухуху, ихихи.

Последнее уже лишнее. Имя ”Леопольдо” слишком стереотипное. Но в остальном молодец. Сходство стопроцентное. Активатор запросто обманется.

Я оплатил счет и направился к выходу из заведения. Меня провожал тяжелый дух жарящихся котлет и соусов.

(может, возьмем еще на вечер перекусить?)

Я немного постоял под козырьком, раздумывая над этим предложением, но потом сунул руки в карманы ”толстовки” и направился к дому. Сегодня вечером мы нанесем визит в ”Авесанс” после закрытия. Такие затеи лучше проворачивать натощак.