Глава 3 (1/2)

— Ты будешь охранником. — сообщил Джеймсон.

Я чуть не уселся на мягкий ковер под ногами. Шутит старый, что ли? Какой еще, нахрен, охранник? Эдди первоклассный фотограф и тексты у него тоже выходили достойные. Перед тем, как отправляться на встречу, я же заценил портфолио. Он умел обращаться с клавиатурой, этого не отнять. Немножко перебарщивал с пафосом, поэтому иногда иногда за драматическими интонациями терялась суть, но в целом очень даже хорошо. Я со своим копирайтерским прошлым вполне могу об этом судить.

И вот теперь старина Джей-Джей собирается вручить мне фуражку и фонарик. Нет, наверное, это правда такая неуклюжая подколка с его стороны. Вон как гадко ухмыляется в усы.

— Вы это серьезно? — вытолкнул мой рот. Помимо воли, между прочим.

Не надо брать связки под контроль и рубить без согласования. Это до добра не доведет.

(не осуждай меня, я вообще возмущен до глубины души! этот мудак разбрасывается ценнейшими кадрами, все равно что забивать гвозди мьёльниром!)

— Прости? — глаза Джеймсона стали жесткими. — Брок, я не из породы шутников. Сегодня твоя первая смена в качестве ночного охранника ”Бьюгл”. Более подробно с обязанностями тебя ознакомит Принс, начальник секьюрити, но кое-что я тебе сейчас все же очерчу. Будешь держать под контролем тридцатые этажи, включая этот. Получишь рацию, фонарик и портативный сигнал тревоги, чтоб вызвать подкрепление в случае чего. Ты парень крепкий…

Я поскреб подбородок и почувствовал, как от желудка поднимается горячая волна. По ощущениям она была красного цвета и состояла из чистейшего негодования. Держись, блин, корпоративный Эдди, не теряй самообладания!

— То есть вы предлагаете мне, опытному журналисту-расследователю с целой галереей успешных материалов за плечами и снимками, которые за секунду улетят в ”Таймс” и ”Форбс”, бегать по этажам с радиотелефоном? Спасибо, в шпионов я уже наигрался в детстве.

Джеймсон повертел ручку в пальцах и вальяжно откинулся на кресле.

— Так что ж ты не пошел тогда в ”Таймс” или ”Форбс”, Брок? Если они готовы с руками оторвать то, что ты накопал? А я скажу, почему — потому что никто не хочет иметь с тобой дел после того, что ты натворил! Ты разгромил ресторан, раскидал официантов и надавал по морде Тому Моргану! Да ты должен меня благодарить за то, что тебя вообще пустили на порог этого здания. Если б не память о прежних временах и не заступничество Робби, охрана уже намяла бы тебе бока.

Робби, стоявший чуть поодаль, у стены с картинами в стиле модного абстракционизма, покосился на меня с укоризной. Джеймсон тем временем распалялся.

— Сидит тут, нос воротит, фу ты-ну ты, какая важная птица. Разоделся в модный костюм, так подайте ему сразу должность главы отдела расследований, штат помощников и мини-бар с вискарем. Нет уж!

Джеймсон свернул фигу и подставил мне под нос.

(давай я ему отрежу нахер этот кулак! я очень быстро умею, старик даже ничего не почувствует. можно было бы и помучить, конечно, но ведь с другой стороны, он сказал, что костюм у тебя модный)

— Если ты желаешь восстановить свое доброе имя, Эдди, тебе придется впахивать ради этого. Ничего в этом бизнесе не дается просто так. — проворчал он. — Оружие он захотел. Дать пистолет душевнобольному — верный рецепт катастрофы! Надеюсь, ты больше не разговариваешь сам с собой?

(вот тут-то прежний Эдди и погорел на самом деле. мы с ним любили поболтать, но внутренний диалог у него то и дело выплескивался вовне, чел просто не умел себя контролировать. надеюсь, что у тебя с этим будет получше)

— Я тоже надеюсь. — машинально произнес я.

(чел, серьезно?)

Джеймсон прищурился.

— Это мое последнее слово, Брок. Согласен — работаешь, не согласен — выметайся.

(может, лучше грабанем банк? я тут знаю парочку помельче, охранная система у них ни к черту, можем вскрыть по-быстрому, комар носа не подточит)

Для героя ты подозрительно легко готов склониться на темную сторону. Нет, идея в вакууме ничего так, заманчивая, но я, пожалуй, задержусь в ”Бьюгле”. Джеймсон тот еще жучила, у него наверняка имеется дохрена компромата на местных воротил, мы в это вникнем и поймем, кто тут представляет наибольшую опасность. Плюс работа ночным охранником не самая пыльная, можно будет время от времени... отлучаться.

Я протянул Джеймсону руку.

— Работаем.

***

Оформление бумаг и инструктаж надолго меня не задержали — мужик по фамилии Принс, громила с седым ежиком на голове и жуткими глазами дохлой рыбы, показал охранницкую каптерку, выдал форму, телескопическую дубинку и фонарик и рассказал про работу. Он был крайне немногословен, наверное, из бывших военных, так что говорил по сути. И из речи я понял, что почти во всем оказался прав.

Работа с десяти вечера до шести утра. Раз в два часа обход вверенной территории, то есть этажей. Если замечу нештатную ситуацию — датчики движения сработают или шум появится — то сразу звоню на основной пульт и вызываю службу безопасности.

— Никакого геройства, новичок. — вещал он голосом таким же бесцветным, как и его глаза. — Если засек то, чего в здании не должно быть, тут же извещаешь ребят и сваливаешь. На рожон не лезь, это не твои прямые обязанности.

— Понял, сэр. — сказал я.

(ты ведь не собираешься следовать этим тупорылым и трусливым указаниям, правда?)

Естественно, нет. Но этому дядьке совсем необязательно знать, что я слишком хорошо подхожу для этой работы. Иначе у него разыграется паранойя, а у меня есть подозрения, что он и так не в себе.

Когда все официальные мероприятия закончились, я отправился на первый этаж, в вестибюль. Там образовалось небольшое столпотворение — туда-сюда сновали люди, невероятно ДЕЛОВЫЕ с виду, постоянно звонили телефоны, люди на них раздраженно отвечали. Секретарша за стойкой одновременно с кем-то переговаривалась и вбивала данные в компьютер. Словом, жизнь бурлила.... и меня от этой всеобщей заряженности клонило в сон. Не люблю достигаторов, а это место кишело ими как аквариум золотыми рыбками.

(ты, конечно, прав, но носом клюешь совсем не поэтому. у тебя сахар в крови упал, потому что с утра только кофе закинулся. давай поднимем его. купи вон газировку в автомате)

Я покопался в кармане ”брюк” и обнаружил там две вполне чистые пятерки. Подошел к автомату, сунул одну купюру в приемник и нажал на кнопку. Рядом со мной очутился паренек, щуплый такой, жилистый, смутно чем-то знакомый... что, конечно же, бред. Здесь я еще не успел ни с кем толком пересечься — незадачливые бандиты в мини-маркете не считаются. И тем не менее у меня в голове как будто лампочка зажглась. Паренек тоже подошел к автомату и принялся копаться в карманах джинсов в поисках мелочи. Ничего не нашел и выругался себе под нос.

(пс-с, веди себя естественно, тут сейчас... знакомый)

Где? Никого не вижу.

— Парень, тебе помочь? — поинтересовался я. — Подкинуть на содовую?

Он тут же оживился.

— О, спасибо, очень выручии-и-и-и....

Как только паренек меня увидел, тут же изменился в лице, продолжая тянуть свою ”и-и-и-и.”. Потом его лицо расплылось в улыбке, но она получилась вымученной. Потому что до глаз не доходила.

— Эдди! — бодро воскликнул он. — Какими судьбами ты здесь, старик? Уже вернулся из тю....то есть... эм-м-м... отдыха?

Я усмехнулся.

— Что-то вроде того. Знаешь... кхм…

(питер. но мы его знаем под именем ”ПАРКЕРРРР ГНУСНЫЙ ПАРКЕРРРРР”)

Серьезно? Тот самый? Который Человек-Паук. Вот этот вот штыбзик, похожий на Джейка Перальту?

(он это, да. только не надо у него просить автограф, не позорься)

Я и не думал. Просто почему-то казалось, что он будет выглядеть немного иначе. Более... по-геройски, что ли. Ну да хрен с ним, над этим еще успею подумать. Пауза затягивается.

— ...Пит, в качестве реабилитации я теперь буду здесь работать.

Улыбка с лица Паркера никуда не пропала, но стала еще более некомфортной.

— Серьезно? Должно быть, кто-то подменил таблетки Джеймсона кислыми ”скиттлз”, если он согласился на эту идею.

— Что?

— Что?

Между нами установилась пауза, которую заполняли чужие разговоры, писк компьютеров и негромкая музыка из динамиков под потолком. Паркер поглядывал на меня исподлобья, а я на него — в открытую.

(вот пялится-то. он на мне дыру протрет)

— Классный костюм, Эдди. — похвалил Паркер.

(спасибо тебе за признание, дорогой, я теперь точно задумаюсь над тем, чтоб стать кутюрье!)

— ....в какой ритуальной конторе ты его стащил?

(беру свои слова назад, пошел ты на хер)

— Забавно. — сказал я. — Не думал о том, чтобы пойти в стэндап? Да, придется некоторое время потаскаться по заплеванным клубам, зато потом сможешь записывать раз в год спешлы для Нетфликса и жить припеваючи. Клоун...то есть...комик из тебя может выйти добротный.

Была еще мысль ответить про то, что прикид мне сшила его тетка, но это был бы удар ниже пояса, а парнишка и так на взводе.

Автомат издал короткий писк и с грохотом вывалил в лоток банку. Я наклонился за ней. Паркер сделал то же самое. Ну уж нет, братец, это не твой ”доктор пеппер”. Я забрал банку и напоследок еще хлестнул его по руке симбиотической ”ложноножкой”. Несильно, но для острастки.

Такая, вроде бы мелочь, но какой серьезный эффект произвела. Все показное дружелюбие сразу же пропало. Вместо него появилась брезгливость, будто дорогой друг Питер извозил штанины дорогих брюк в дерьме. Но хуже всего была... жалость?

— Ты так и не избавился от... него. — заявил Паркер.

— Нет. — сказал я прямо. — И даже не собираюсь этого делать.

Я мог бы прикинуться, что не понимаю, о чем речь, но абсолютно не видел смысла ломать комедию. Мы оба находились на одной волне. Питер поправил галстук, небрежно болтавшийся на шее и подобрал свою банку спрайта.

— Я так и понял. — задумчиво сказал он. — Чутье не подвело. Черт, я как знал, что надо было остаться дома. Поиграл бы в приставку, у меня до сих пор второй ласт оф ас висит в бэклоге…

Музыке в динамиках под потолком прибавили громкости. Саксофон продолжал дудеть и дудеть бесконечные соло под развеселые латинские ритмы. С окружающей деловой обстановкой этот саундтрек совершенно не гармонировал.

(это точно. щас бы заточить пару буррито с говядиной, зажевать чуррос, а потом пойти греть кости на пляже. но теперь нам эта роскошь недоступна... а ведь могли бы перебраться в сан-франциско)

Паркер заговорил тише, но я все равно слышал его ясно и четко.

— Что ты задумал, Брок?

— В ближайшее время я собираюсь отработать свою первую ночную смену. — сообщил я. — К ней надо подготовиться — собрать контейнер с перекусом, потом книжек закачать на телефон, а то я сдохну со скуки в промежутках между обходами.

— Не стоит юлить. — сказал он медленно. — Если ты что-то задумал…

— Мои задумки пока не простираются дальше долгого утреннего сна. — сообщил я. — Ты чего так завелся, Пит? Не нервничай, на тебе и так лежит гигантский груз. Ну знаешь, большая сила — большая ответственность, и все такое.

Он чуть не выронил полную банку. Сжал ее, отчего металл начал проминаться под пальцами.

— Осторожнее, еще лопнет. — предостерег я. — Забрызгаешь хорошие шмотки.

Он резко мотнул головой.

— Я тебе не доверяю, Брок. — процедил сквозь зубы, чеканя каждое слово.

— А я не нуждаюсь в твоем доверии. — парировал я. — Не знаю, что тут успел наворотить мой... кхм... то есть, хрен знает, в чем твоя проблема, Паркер, но только уясни вот что: пока ты ко мне не лезешь, я тебе не враг. Твою родню, друзей или девку я трогать не собираюсь — и в мыслях не было. Поэтому разойдемся миром — у тебя свои дела, у меня свои. И они никоим образом не пересекаются. Остынь.

Он, конечно, не остыл. Я просто плеснул водой на угли, чтоб костер потух, но угли все еще тлели.

— Ты совершаешь ошибку, Брок. Оно разъедает тебя. Да, понемногу, поэтому ты не замечаешь. Но в один далеко не прекрасный день ты проснешься и поймешь, что тебя уже нет. А есть только... это. Я думал, что смог показать, что ждет тебя в итоге, если останешься с симбиотом. Наверное, ошибся, в этом моя вина. — он со вздохом постучал костяшками пальцев по корпусу автомата. — Поступай как знаешь. Но запомни — я знаю, как остановить тебя и твоего приятеля, если до этого дойдет.

С этими словами он вскрыл банку и выпил ее до дна, а потом зашвырнул в мусорное ведро. Это было так невыразимо пафосно, что я чуть не умер от передозировки на месте. Чувак буквально вышел из супергеройского кино. Как раз хваленая марвеловская формула, когда шутейки разбавляются драматическим моментом. А потом сверху на него наваливают еще шутеек. Вот зритель и качается на качелях до самых финальных титров.

(если по твоей логике мыслить, то сейчас в вестибюль войдет утка Говард и попросит перетереть с начальством по поводу мудака, который подкидывает птицам в парке плесневелый хлеб)

Но Говард не появился, а мы с Паркером разошлись. На этом я покинул ”Дэйли Бьюгл”, чтобы вернуться туда уже вечером. До смены оставалось чуть меньше шести часов.

***

Остаток дня прошел в обычных для первого рабочего дня хлопотах — пришлось перерыть все документы, чтоб собрать полный набор для отдела кадров. Я судил только по опыту из своей прежней жизни, и опыт говорил, что там служат зверюги похлеще симбиота. Если они могут взять тебя за жопу, то непременно возьмут. Так что я просмотрел все бумажки Эдди. В медицинской карточке указывалось, что ему всего двадцать четыре, и я долго вглядывался в нее — не поддельная ли? Потому что роже, которая глядела на меня из зеркала, можно было с легкостью дать сороковник.

(после того, как эдди потерял работу, отсидел и попал сюда, о правильном питании мы уже не волновались. плюс не забывай про рак — я борюсь с его влиянием, и это тоже подрывает внешний вид)

Точно, рак. Спасибо, что напомнил. В заключении врач напихал много сложных слов, но из них я понял, что зараза сидит в правом легком уже давно. Это не обрадовало — одна из самых паршивых разновидностей опухолей.

(вообще мне под силу с ней сладить, если б только ты меня получше кормил)

Да покормлю, обязательно покормлю, не надо канючить! Завтра после смены закажу тебе курицу в орехах из китайской харчевни на углу.

(курица в орехах хороша, но я бы предпочел другое мясо, более питательное)