Часть 34. Новые открытия (1/2)
Гермиона и Рон наполнили будни светом и теплом, наверное, впервые за всё время, проведённое в Италии. С первого дня пребывания в этой солнечной стране Гарри был поглощён хлопотами — сначала Кей, затем Том.
Появление друзей раскрасило жизнь новыми яркими красками, возвращая в то время, когда были беззаботно счастливы. Гарри немного лукавил: заботы существовали всегда, вернее, даже не заботы, а очень и очень большие проблемы вроде Волдеморта, который с самого детства являлся угрозой не только для него, но и для всей Британии.
Казалось, Тёмный Лорд неотступно преследовал Гарри, будто имел с ним прочную связь и помимо крестража.
Всё это — бредни воспалённого мозга, конечно, но Том Реддл снова жив. И снова прочно засел в голове.
Друзья же отвлекли настолько, что Гарри почти забыл о его существовании. Они весело проводили время, вспоминали хогвартские будни, летали на мётлах. Летали все, кроме Гермионы. Та поддерживала внизу, на поле, запечатлевая особенные моменты на новенький колдоаппарат.
Кей тоже хотела летать, и Джинни пообещала позаниматься с ней дополнительно, чтобы можно было без страха брать с собой в небо. Гарри и сам хотел обучить дочь полётам, но, видя, как Джинни старается подружиться, не стал препятствовать.
Он не знал, зачем поступал так.
После недавнего супружеского секса Гарри принял решение признаться в измене сразу, как уедут Гермиона и Рон. Да, он был малодушным и не желал большого скандала, который обязательно возник бы.
Друзьям же сообщит потом, в письме, например.
Когда он всё для себя решил и определился с днём покаяния, на душе стало легче. Словно упал огромный камень, что давил и мучил.
Поэтому последние денёчки Гарри просто предавался веселью и лености, забывая о хмурой туче, поджидающей на ясном небосводе момент, чтобы разразиться громом и пролиться дождём.
На работе пока тоже всё было относительно спокойно: сектанты затаились, а поставщики наркотиков так и не находились.
Гарри совершенно не испытывал потребности связаться с Томом — не писал и не звонил, и почти не вспоминал. Впрочем, Том тоже играл в молчанку. Гарри был уверен, что тот ждёт, пока уедут друзья; Гермиона, очевидно, не понравилась Тому своими прямолинейностью и бесстрашием.
Когда Том не мозолил глаза присутствием, Гарри чувствовал себя свободным от странных чувств, одолевавших прежде. Ни похоти, ни болезненной тяги, словно с каждым днём, проведённым без него, натянутая нить, связывающая их, ослабевала.
Это не могло не радовать.
***
— Гарри! — крик Джинни звенел в ушах, когда та звала на поле. Она и Кей сегодня должны были летать на мётлах.
Рванув туда, Гарри боялся увидеть страшную травму или что-то в этом роде, но явно не ожидал, что увидит это.
Кей летела в небе, раскинув руки.
Без метлы.
Метла сиротливо валялась на стриженой траве. Глаза Джинни стали похожи на плошки, огромные и круглые, на мраморно-белом лице.
— Гарри, Гарри, Гарри, — повторяла она, шокированная увиденным. — Как же это?
Кей элегантно приземлилась на землю и со всех ног побежала к ним, сияя радостной улыбкой.
— Папа, ты видел? Я летела без метлы! Мама, ты… мама?..
Кей удивлённо уставилась на Джинни, смотрящую со страхом и отвращением.
— Гарри, откуда она может летать?! Я помню только двоих людей, которые летали без метлы! И один из них был самым отвратительным существом, что я знала! Откуда ребёнок такое умеет?! Это же монстр!
Джинни уже почти визжала, захлёбываясь ужасом, и Гарри понял, что ту накрывает паническая атака. Как раньше: сразу после войны. Полёт Кей без метлы послужил триггером для застарелой травмы.
Гарри и сам был изумлён, в голову настырно лезла одна крайне неприятная догадка, но он быстро запихнул её куда подальше.
— Монстр? — растерянно переспросила Кей. — Почему я монстр? — её лицо посерело.
— Кей, послушай, мама оговорилась, — попытался сгладить ситуацию Гарри.
— Она — монстр! С самого начала я понимала это! Сколько можно уже закрывать глаза! Лечение не помогает! — кричала Джинни.
— Джин, прошу тебя, — Гарри обхватил её за плечи, но она вырвалась.
— Она обскур?! Что она вообще такое?!
— Папа, почему мама меня так называет? Это что-то плохое?
— Дьявольское отродье! — выплюнула Джинни, Гарри понимал, что она говорит всё это в сердцах, на эмоциях, но сказанные слова не обратить вспять.
Красивое личико Кей исказилось злобной гримасой, и она закричала:
— Она ненавидит меня! Что я сделала?!
Послышался треск магии, словно кто-то стягивал с себя наэлектризованную рубашку, после этого Джинни упала на траву, скорчившись, вероятно, от сильной боли, и душераздирающе закричав.
Гарри быстро выхватил палочку и обездвижил Кей.
— Фините! — Джинни перестала кричать. Она обессиленно лежала на траве, слёзы катились по лицу, губы были прокушены до крови, а руки дрожали.
— Это же Круциатус, — дрожащим голосом еле выговорила Джинни. Гарри поспешно кинулся к ней, вытер пот и слёзы и помог подняться.
— Как ты?
— Гарри, ты же видишь, это чудовище, — плакала Джинни, не в силах унять дрожь в руках.
Гарри бросил взгляд на обездвиженную Кей, лежащую на поле.
— Тебе не стоило говорить всё это ребёнку. Ты же знаешь, она сильная волшебница. Это был просто всплеск магии.
— Это был Круциатус, — настаивала Джинни. — Я знаю, что это. Мне хватило седьмого курса и четы Кэрроу!
— Милая, тише-тише, — Гарри притянул её к себе, поглаживая по голове.
Дрожь в руках передалась и Гарри, когда он вновь взглянул на приёмную дочь.
— Сейчас ты отправишься домой. Ничего не говори, прошу тебя. А я займусь Кей.
Он помог Джинни встать. Когда та скрылась в доме, Гарри снял заклинание с Кей, сразу же заключив в объятия, чтобы та не вырвалась.
— Милая, прости, что так поступил с тобой, но ты не контролировала себя, — проговорил он куда-то в копну чёрных кудрей. — Нельзя обходиться так с мамой.
— Она ненавидит меня! — Кей толкнула кулаком в грудь, но Гарри лишь крепче прижал её к себе. — Она обозвала меня монстром!
— Мама просто испугалась и не так восприняла, — болтал что-то Гарри.
Если честно, он не знал, что именно следует говорить — сам испугался не на шутку. Главное сейчас — успокоить Кей, чтобы та не затаила обиду.
Кажется, ему удалось снизить градус накала. Кей утихла и перестала молотить кулачками Гарри.
Он поднял её с земли, отряхнул одежду и взял за руку.
Рон и Гермиона встретили их с одинаково напряжёнными лицами.
— Какие же вы грязные, — немного натянуто улыбнулась Гермиона. — Пойдём, малышка, я помогу тебе переодеться. Хорошо?
Кей нехотя выпустила руку Гарри, но к Гермионе всё-таки подошла.
— Джинни отдыхает. Гарри, это правда, что сказала сестра? — спросил Рон, когда Гермиона и Кей ушли. — Ваша дочь может летать без метлы?
Гарри кивнул, не видя смысла отрицать.
— Крайне сложное колдовство. Если бы все волшебники умели летать, тогда не нужны были бы ни метлы, ни аппарация.
— Да в курсе я, — огрызнулся Гарри.
— Есть соображения, почему у вас столь одарённый ребёнок? — Рон говорил спокойно, без малейшей доли агрессии.
— Без понятия, — признался Гарри. — Очевидно, её родители были сильными волшебниками.
— Я знаю только двоих…
— Да-да, — перебил Рона.
— А вдруг это дочь Снейпа? — неожиданно просиял Рон.
— Вряд ли, — покачал головой Гарри.
— Но не думаешь же ты, что её отец мог быть… — лицо Рона скривилось в отвращении.
— Её родителями могли быть вообще кто угодно! — повысил голос Гарри. — Может, это совершенно не связано с наследственностью. Может, она снова нашла какие-то книги; мне предстоит ещё разобраться, почему у Кей получилось полететь! Вдруг очередной выброс магии так проявился?
— Ладно, тебе виднее, — сдался друг. — Лучше расскажи, как у вас с Джинни? Всё хорошо? Мне показалось, что вы немного холодны друг к другу. Но я могу ошибаться, так как у нас с Гермионой сейчас, наоборот, второй медовый месяц, — Рон улыбнулся. — Отвлеклись от рутины и быта.
— Ты прав, — Гарри не стал врать. В конце концов всё равно придётся потом рассказать друзьям правду. — Очень много всего навалилось.
— Сочувствую, — Рон похлопал по плечу. — Развеяться вам надо.
— О, кстати, — вспомнил Гарри. — Мы с коллегами собираемся в эту пятницу в пабе. Хочешь, пошли с нами?
— Спасибо, но я пас, — замахал руками Рон. — Нам с Герми скоро возвращаться в Англию, хотим побольше провести время вдвоём.
— Хорошо. Пойду посмотрю, как там Джинни.
Джинни была в порядке, но совершенно подавлена, обсуждать случившееся тоже не хотела.
Когда Гарри выходил из комнаты, его остановила Гермиона.
— Гарри, ты же написал Малфоям?
— Да, письмо уже в пути.
— Сообщи мне потом, ладно?
— Конечно.
— Гарри, это правда, что Кей кинула Круциатус в Джинни? — лицо Гермионы было слишком серьёзным, а глаза смотрели… с жалостью?
— Вслух ничего не было произнесено, — пылко начал Гарри. Правда, ему казалось, что убеждает самого себя. — Это был спонтанный выброс магии. Джинни действительно накричала на Кей. Почти довела до слёз. Но Кей редко плачет, злость заменяет ей рыдания.
— Очень необычная девочка, — задумчиво сказала Гермиона. — В общем, не забудь написать мне, когда тебе ответит Нарцисса. И, Гарри… — подруга тронула за руку. — Мы твои друзья, можешь рассказывать всё, что тебя беспокоит. Обещаю, что постараемся тебя не осуждать, а выслушаем и попробуем помочь.
— Спасибо.
Гарри был благодарен Гермионе и в глубине души надеялся, что после того, как друзья узнают правду о нём, не отвернутся насовсем. Надежда была слабой… Но человек никогда не перестаёт надеяться и верить в лучшее.
***
Гарри думал, что разговор с Росси принесёт успокоение, как всегда было раньше. Честный рассказ о произошедшем добавил лишних морщин на лбу менталиста, колдомедик покусывал кончик шариковой ручки и напряжённо думал.
— Синьор Поттер, — наконец произнёс Росси, — сегодняшний сеанс с Кей был для меня очень сложным. Я уже на протяжении нескольких дней замечал, что ваша дочь умеет закрывать некоторые свои мысли, но списывал на спонтанные магические выбросы. Но сегодня… Она поставила мощный щит, и даже я не смог пробиться. Чтобы вы понимали — без ложной скромности я один из сильнейших легилиментов в Италии, но не сумел сломать щит Кей. У неё потрясающий дар к ментальным наукам. Уверен, наравне с окклюменцией, она сможет овладеть и легилименцией.
Гарри молчал. Кажется, его уже мало что могло удивить. Просто казалось, он едет голой жопой на клеёнке вниз с ледяной горки прямо в пасть огнедышащего дракона. Невозможно остановиться. Только набирать скорость, стирая в кровь кожу, отбивая позвоночник, и лететь навстречу неминуемому.
Оставалось только молиться, чтобы произошло чудо и Нарцисса Малфой отвергла предположение о том, что кулон принадлежит Блэкам.
— Я снова связался с шаманом из Африки, попросил, чтобы прибыл как можно скорее, — сказал Росси. — У него есть некоторые артефакты, которые могут помочь увидеть истинную суть вещей. Мне очень интересно, получится ли это с Кей.
— Будем надеяться, что шаман сможет что-то сказать. Я думал, что выбросы магии уже позади, но причинение боли жене выбило немного из колеи, — пожаловался Гарри.