[Курс 5] 13. Острые ощущения::Варим Зелья! (1/2)
• СРЕДА 20:00 •
С: «Какая прилежная, форму надела».
– Добрый вечер, профессор, – настолько теплым голосом его приветствует лишь она.
– Добрый ли. Следуйте за мной.
Хоть декан Слизерина оставался скуп на эмоции, однако на деле его прельщало это её очарование, предназначенное исключительно ему, раз за разом, наедине.
– Если у нас ничего не отменяется, то вечер априори удался, – продолжив насыщать разговор, Ру заперла дверь покинутых покоев, тогда как Северус возвел небольшой купол из заглушающих чар между ними двумя.
– А иначе?
– Потребовала бы компенсацию… мм, в виде объятий («…до утра, с совместными трапезами, водными процедурами, прогулками по Запретному лесу; узнать бы больше Ваших предпочтений…»), – в её голове был переполох из неозвученных вариантов.
– И только? («Глаза у тебя загорелись явно от более фривольных идей»).
Один из последних образов он, впрочем, без зазрения совести выловил, используя свои хитроумные отработанные приемчики: Ирис, будучи в его рубашке – свободно сидящей на её фигуре, периодически спадая с плеч – читает книжку, лежа на диване в его кабинете.
С: «Снова за своё».
– С поцелуями… И другими нежностями на протяжении будней, сразу после занятий, – всё же озвучила она, становясь всё тише и тише.
– («Другими покушениями, да») Уже правдоподобнее, – пропустив спутницу вперед, зельевар заколдовал дверь в лабораторию. – А если ни то ни другое не будет осуществлено?
– Значит, прислушаемся уже к Вашим пожеланиям, – более серьезным тоном ответила Ирис, остановившись у стеллажа, протяженностью от пола и до потолка, со множеством предметов и склянок различных форм и размеров.
С: «И вновь идет на компромиссы. Хорошо, а что ты скажешь на это...».
– Допустим, я буду очень уставшим.
– Тогда напою Вас зельем для сна, уложу в кроватку и буду оберегать Ваш покой.
– Своим маниакальным созерцанием? – он усмехнулся.
– Возможно, – слизеринка загадочно улыбнулась в ответ.
– А если не допущу в свои покои?
– Хмм, зелье от вредности, где же оно, – стоя вполоборота, она изучающе прошлась взглядом по полочкам. – Что ж… Такой отдых тоже необходим. Буду тайно проверять Ваше состояние через эльфа. И, видимо, создавать новинку… О…
Её привлекло содержимое нижних полок. Придерживая юбку, Ру присела на корточки. Декан, желая узнать, чем так увлеклась ученица, возник подле неё в несколько бесшумных шагов.
– Тотчас присматриваете, что использовать для создания? («И почему это до сих пор не в моей кладовой…»)
Однако Ирис унесло в зачарованное бормотание под нос: – Не верю глазам, шкурка Ре-эма<span class="footnote" id="fn_36344302_0"></span> из 4-й категории<span class="footnote" id="fn_36344302_1"></span>, а рядом его же кровушка?.. В библиотеке совсем немного упоминаний этого существа, но чтоб вживую видеть такие редкие ингредиенты…
– Разрешите рассмотреть поближе? – студентка наконец вскинула голову кверху, в её взгляде читался искренний интерес. – Или на них защитные чары?
– Нет, – Снейп выдержал паузу, девушка при этом не изменилась в лице, явно намереваясь дослушать. – Чары не наложены. Только поставь потом на то же место.
– Ладушки! Душа перфекциониста может быть спокойна!
Сам же перфекционист, весь в сокрытых мыслях, направился вглубь комнаты. Попутно он стянул удушающий сюртук, оставаясь в белой выглаженной рубашке.
Личная лаборатория была чуть меньше аудитории, где обычно проводились практические занятия с учениками. С двумя столами, меловой доской для расчетов, открытыми навесными полками, застекленными шкафами, стеллажами различной протяженностью, множеством колб, подставок и котлов. Освещение оставалось приглушенным, но достаточным для рабочего процесса.
Когда Ирис вдоволь утолила интерес к редкостям, её внимание переключилось на подготовленный стол с тремя котлами, инструментами, разделочной доской и обилием пронумерованных ингредиентов, которые явно не будут сочетаться со всеми соседними в одном опыте.
– Прежде чем мы начнем, ничего не хочешь мне сказать? – зельевар облокотился на второй стол, почти ничем не загроможденный, разве что несколькими отдельными рукописями и парочкой объемных фолиантов в углу.
– ..м? Говоришь загадками («И подготовил что-то загадочное»).
– Тц. Ты даже не помнишь. Бесстыжая.
Его интонация была дразняще-провокационной. Из-за спины показался исписанный пергамент. Резким движением Снейп поднес его на уровень глаз и начал медленно зачитывать, не отказывая себе в удовольствии периодически поглядывать на ученицу.
Эмоциональный калейдоскоп: растерянность, НемойШок (она замерла); желание надрать задницу кое-какому факультету, а также своей беспамятности (стукнула себя ладонью по лбу); отрицание-тревога-и-ужас (посмотрела сквозь ширму из пальцев). Отчаяние… СТЫД (уши залились краской, ширма из пальцев вновь скрыла её взгляд).
– Профессор, – Ирис подлетела к нему, – профессор Снейп, это не то, что я изначально писала!.. – и судорожно выдохнула.
– Безусловно, среди пятикурсников нет никого со столь длинной экстравагантной подписью, – он продолжил, зачитывая с насмешкой да через силу: – «Ириска ~Горькая Редиска~, она же РуРу».
– Я лично уничтожу-этот-кошмар, верните, пожалуйста.
Смутившаяся гораздо больше студентка протянула руку, однако декан не намеревался выпускать проклятое чтиво. Он был готов отыграться за все три дня неявки.
– Подожди, мы ещё не дошли до лучшего абзаца. Эта гениальность заслуживает аж нескольких «Троллей». А, вот и она…
Со стороны Ру последовали активные попытки выхватить работу.
Разворот. Шаг в сторону. Он ловко увернулся, без остановки озвучивая пакостный, шутливо-пыточный текст.
– Да, признаю, ЗАБЫЛА! – она уткнулась ему в спину. – Я забыла, что то чёртово перо испортило не только мои конспекты… с лекций…
Снейп развернулся, и теперь Ирис прижималась к его плечу, смотря вверх, ему в глаза.
«Не расплакалась и не сбежала, хлопнув дверью. Что за девчонка… [][][][] бы уже сотню раз [][][][][][][][][]. И без особой причины… Полные противоположности. Слишком…», – перестав тормошить воспоминания, он опять принялся иронизировать.
– И ни мысли о паре по «драгоценному», «сердечно-любимому» Зельеварению.
– Если б я ворвалась к Вам посреди ночи, разве Вы бы позволили переписать работу?
– А ты даже не попытаешься?
– И дать лишний повод для вредности, – практически беззвучно проворчала она. – Или… мм, неужели позволишь?
– Не позволю.
– Узнаю истинную врединку! – слизеринка беззаботно засмеялась, по-прежнему приобнимая зельевара, но стоя уже выпрямившись.
– Тебе смешно? Ответишь устно, – дьявольский пергамент отправился на стол, где и был раньше.
– У меня появилось огромное желание потягать Вас за щечки, – на её лице возникла маниакальная улыбка.
• В ИТОГЕ •
– Отпуффти..те... Пофалуйста.
С щепоткой вежливости он всё же отпустил, хотя сильно и не удерживал. Тогда Ирис подхватила его за рукав и, расстегнув пуговку, начала закатывать.
– Вы ведь не будете готовить зелья с такими рукавами.
А проделывая то же самое со вторым, она добавила:
– И вообще в таких ситуациях приятнее, когда утешают, – слизеринка попыталась положить его ладонь себе на макушку, но Северус напряг руку на полпути, – …гладя по голове («ожидаемо»), а не закидывают добивающими словесными круциатусами…
– Напомню, этого не было в твоем желании<span class="footnote" id="fn_36344302_2"></span> на сегодня («Мерлин, что за детские отговорки…»).
– Значит, придется выигрывать у великодушного деканушки и в дальнейших партиях. И! Когда я загадаю гладить меня по голове каждое утро, 365 дней в году, быть может, Вы раскаетесь, что пожадничали сделать подобное всего разок. Или же для пущего эффекта – добавить обеденное и вечернее время, в итоге с Вас 1095 по…
– Юный манипулятор, сначала обыграй, а потом обсудим детали, – он положил ладонь ей на макушку, кратко потормошил по прическе, затем обеими руками развернул торс к подготовленному столу и, придерживая за плечи, подвел смущенную, отключившуюся от реальности, ученицу к рабочему месту.
И: «Дорогой маг-дневник, сегодня я сошла с ума, и весь этот мир брякнулся вместе со мной».
– …если ты сейчас же не придешь в чувства, то мы установим табу на желания, – коллега (в предстоящей варке зелий) проговорил фразу над её ухом. Всё, сказанное до этого, было прослушано успешно-мимо.
Она попыталась развернуться, однако Северус прижался ещё ближе к её спине. Его руки зафиксировались на краю стола.
– А теперь возьми первый ингредиент и взвесь 1.8 унций, рассказывая всю характеристику от действия до происхождения. Абсолютно-Всё-Что-Знаешь.
И: «Близко… Очень близко… Подлый декан…».
Ирис чувствовала тепло его тела. Как сердце отстукивает спокойный ритм, совсем не вяжущийся с её, нарастающим. Равномерное дыхание, у которого хотелось вести счет вдоха и выдоха, задавшись вопросом: сколько времени-лет-жизней им суждено провести вместе. Бархатный голос, раскаляющий всё нутро при каждой фразе на таком предельно близком расстоянии.
Северус периодически задавал уточняющие вопросы, интересовался её собственными исследованиями; давал подсказки, точнее провоцировал на обнаружение ответа, совпадающего с его ходом мыслей, через наводящие суждения. Порой и сам дополнял её реплики более подробными сведениями, случайно ли умышленно – касаясь губами ушка или обжигая скулу, а иногда поправляя передние локоны Ру, норовящиеся скрыть от декана и без того ограниченный обзор на мучительно-сладострастное искушение во взгляде его девочки.
Постепенно он начал больше и раскрепощённее участвовать в действиях.
– Положи в ступку.
При этом его рука легла поверх её, синхронно делая круговые движения.
– А теперь скажи мне, сколько унций надо добавить в котел, учитывая количество предыдущих компонентов? Ты ведь уже догадалась, какое зелье мы готовим первым?
Именно считать, тем более устно, в таком положении – давалось ей не так проворно. И на секунды молчаливого обдумывания декан предпринял новую сладкую пытку.
Поглаживая Ру за талию, он куснул её за ушко.
– Так сколько же там получается? – а следом облизнул место укуса.
– хХа-а… Подожди… мхм… два, х-ахХХ, и вос…
Услышав первую цифру, Северус провел языком за чувствительно стенкой ушка, но, как только послышалась вторая, он сильнее куснул, оттянув край мочки, далее начав обсасывать её.
– А-хх, семь, м-Хха, две целых семь де..х-м-ахх..сятых… унций...
– Хм... Разве? – хмыкнул с безмерно дразнящими нотками, его пальцы сомкнулись в замок на талии.
– ..мгм, а Вы… Разве способны сомневаться и не знать правильного ответа?.. – у неё тоже нашлась провокация.
– Нахалк…
Однако Ирис шустро повернулась бочком, стала на носочки и дотянулась до его губ, прервав будущую колкость. Поцелуй длился недолго, но сочетал в себе невысказанное устно: жадный и стремительный, объединяющий хищность обоих.
– Мхм, ха-а… ха-а…
– Мы… ещё не закончили, – он тоже восстанавливал дыхание. – Не-Провоцируй-Меня, – хотя ему и самому уже хотелось нарушить и проклясть себя за установленные правила и чертовы три котла вместо одного, несмотря на то, что процесс варки начался практически одновременно во всех.
– Коллега, Вы умудряетесь оставаться ответственным при такой…
– Такой?..
– Инициативности... с Вашей же стороны, – она пару раз прикусила губу. За время обсуждений её трусики полностью пропитались смазкой, и та ощущалась уже стекающей по бедру. Также Ирис отчетливо чувствовала и его возбуждение сквозь ткань.
Как раз когда Ру отмерила нужную граммовку – сработал таймер. И последний ингредиент отправился в один из котлов. На таймере высветилось значение в 45 минут.
Используя магию, Северус поделил оставшиеся ингредиенты на две колонки.
– Реши для меня эту простую задачку: что стоит убрать или добавить? – он прижался к ней, обхватив обеими руками. То нежно водя пальцами, то сжимая их у ребер.