[Курс 5] 7. ДАЖЕ ВАСИЛИСК БЫЛ МЕНЕЕ БЕДОВЫМ + Энтропия (1/2)
Если у Ваших глаз никогда не было аллергии на цвет, то теперь будет. Явление со стопроцентной гарантией, курс в «конец светлых деньков».
А если Ваша философия внемлет именно этот, то получите-распишитесь, «мечта розовофила» во всей своей fashion-ненаглядности. Хватайте без раздумий и хоть на край света: под бурные овации всего Хогвартса! О вас будут слагать легенды… О! Весь магический мир встанет на уши!..
•−− −−− −−•• •−− •−• •− − ••− −• • •−−• −−− −•• •−•• • •••− •• −
Бедовость сия явления не ограничивается на цвете. Её стихия – доебываться.
Зримое ли невидимое, фантастически похуй! Не побрезгует, найдет управу… «кхе-кхе», поправочка – Выебет Всех: от преподавательского состава («Коллеги? Пфф… Я тут единственная компетентность») до нарглов и мозгошмыгов («Полумна, ты пожертвовала ей те громадные очки?! А? Изъяли? Так пойдем одолжим обратно!!!»).
Если ранее Вас до чëртиков напрягало получение ”кричалки”, то, поверьте, с её приходом Вас мгновенно начнет одёргивать с тиком на серебристый смешок и слащавый фальшиво-сахарно-сентиментальный голосок.
Помните песенку Малфоя младшего «Я всё отцу расскажу…»? Так вот у неё тоже особенная имеется «Я из Министерства, ничтожества, внемлите словам Высшего…».
Уж кого-кого, а Амбридж в университетские годы явно научили искусству: доносить дерьмо, но главное УВЕРЕННО, и дело на 90% в шляпе, летящей походкой к следующему интересующему(ся). А ещё во времена обучения, видимо, забыли упомянуть за корешок Кусачей книги, и та успела хорошенько прогрызть мозг.
Отсюда отдельная любовь к Хогвартсу: совать нос в учебный процесс, критикуя его целиком и полностью.
***
«Беречь, приумножать и шлифовать, аа, так это она никак иначе про свою ебанутость», – Ирис вспоминала обрывки ранее услышанного головняка, сидя на первом занятии по защите от Тёмных искусств: без практического изучения контрзаклятий от Тёмных-Светлых-Всяких искусств.
Перо Вам в зубы и водянистой теорией по лбу. Строчи как магл перед сессией, а после протараторь эту кашу перед недоброжелателем. Ведь это обязательно заставит склониться каждого Пожирателя к Вашим ногам, не заглотив и половину глав в процессе.
Берите выше и начисто отжимайте пост Чистого Зла, отправив остальных в бессрочную отставку. Заставьте самого лорда Волан-де-Морта пожалеть о возрождении – поколение потеряно, перевоспитать не получится, а там уж и следующее – в разы хуже, таких, как из отряда Амбридж, и врагу не пожелаешь.
***
Пока Ирис обдумывала, чем бы таким растрясти инстинкты «мисс антиполихромии*», чтобы вернуть из спячки её желание практиковать защиту и обострить до степени, как боготворимый ею цвет, наступило Зельеварение.
Ру успевала бдеть над котлом, навострив ушки на бархатный голос профессора, ведь в открытую не полюбуешься, а если и да, то вспыхнут воспоминания о том, что они делали на том самом кресле, а её и без этого возбужд…
«Так, добавляем две капли крови саламандры, приправленные румянцем с горящих щек, и делаем три оборота по часовой стрелке… Н-да, получается водоворот страстей, а не укрепляющий раствор», – мысленно посмеялась Ру, решив оставить такую же надпись и на флаконе перед сдачей. Вечером как раз отработка. С неминуемой реакцией на шалость.
Пока что студентка могла забыть обо всех тяготах извне. Казалось бы…
«Помяни чёрта!.. Время сажать мандрагору*», – переклинило Ирис.
Середина занятия превратилась в неизбежную очередность Снейпа переваривать инспекторские козни засланца Министерства. Та предпочла выждать некоторое время в мрачном углу кабинета, изредка царапая пером в блокноте.
«Допрыгала на своих двоих, тц. Ну ничего, посиди-отдохни, сегодня тебя препарируют», – заранее предвкушала слизеринка.
Наблюдения окончены, вторая фаза ”выжать или раздавить” в действии: Бладжер отбить и то легче, чем мозгоштурм этой Амбридж! К должности прицепилась! К той, которая в мечтах Снейпа.
О, Северус Снейп мог осуществить её здесь и сейчас, радикально. С наглядной демонстрацией! Однако скальпель так и остался лишь в раздумьях обоих: максимально закипевших внутри, но безучастными снаружи.
Министерство... Декану явно претило желание увязнуть в этом гребанном болоте. А хватка у них ой какая крепкая, особенно в обход насущным проблемам.
Зато у его студентки совесть пока чиста, относительно. И юношеский максимализм запульсировал в висках.
«Сейчас ты у меня допиздишься…», – сияла Ру, благополучно закончив варку и перелив результат во флакон.
Подгадав момент, когда ни одна душа не обращала на неё внимания, девушка нащупала всё необходимое в сумке через плечо и начала трансфигурировать без лишних движений и слов: несколько пустых разноцветных бутылёчков превратились в белую чашку на блюдце с нежно-розовыми астрами* по краям, оказавшись в правой руке. Левой же она вновь использовала магию, затем взяла термос и, нажав кнопку-клапан, перелила жидкость. А вместе с тем в кружке оказался и порошочек. Мгновенно растворяющийся, хотя это излишество случая, придающий янтарный оттенок и лёгкий аромат имбиря. Что насчет вкуса? К сожалению, те, кому довелось попробовать, так и не успели поведать сию подробность. Но вкус обещает быть безумно выразительным. До смерти. Откуда он высыпался? Из мини-кейса, пришитого к обратной стороне рукава мантии за прослойкой ткани и крышечкой, отворяющейся лишь магией. И, предвещая следующий вопрос, да, всё верно, такие меры стали необходимы после вступления в Орден Феникса. Предусмотрительность или паранойя, а фактор наличия творения не меняется, и Ру планирует совершенствовать его дальше. Правда с опаской перепутать исцеляющие отделения с ядовитыми или случайно открыть все сразу. Отчего она не спешит.
Термос вновь помещен в сумку, секретный кейс запечатан, а чашка с ароматным напитком ютится на блюдце, придерживаемом правой ладонью.
Наконец розовое пятнышко проследовало по рядам. Вытянув кусочек мнения о данных занятиях из пары учеников – что, бесспорно, крайне логично и непредвзято делать в присутствии Снейпа – она планировала завершить инспекцию.
Пробил час. Ирис, под неодобрительно-удушающий взгляд декана, вышла из-за парты и стала перед «мисс ослепительный розовый от «а» до «я».
– Чаю, профессор Амбридж? – невинная доброжелательная улыбка не сходила с лица слизеринки.
– Оу. Благодарю за такую учтивость, но я предпочитаю чай с молоком и сахаром. Ройбуш довольно специфичный вариант, не находите, мисс Ирис? – излишне вежливым медовым голосочком ответила Амбридж. Это была битва за самую фальшивую улыбку века.
– Какая жалость, профессор, – она чуть отстранилась и проводила несостоявшуюся жертву взглядом.
Когда дверь захлопнулась, Ру вернулась на своё место и прикусила губу в ожидании колких замечаний насчет поведения.
«Я тоже недовольна собой… Что ж, вдох-выдох, погнали!», – девушка была спокойной, как удав, и хотела бы, чтоб это состояние передалось воздушно-капельным и Северусу. Хотя это так не работает, особенно в его случае. Поэтому Ру взяла в привычку акцентировать внимание на голосе, а не содержании фраз.