Глава 3 Решение (1/2)

Годрик и его отец резко обернулись на голос, и в свете палочки Рэндольфа они увидели бледное лицо Эннея и лихорадочно блестящие глаза. Он тяжело дышал, как будто только что бегал или таскал тяжелые мешки.

-Энней, что ты сделал? - тихо спросил Годрик.

-Он заслужил. Я просил тебя не приходить, а ты еще и отца привел.

-Это не он, - раздался женский голос.

-Мам! - слегка прикрикнул Энней.

Годрик и Рэндольф обернулись на звук голоса: он шел из тени в углу дома, и оба мужчины смогли лишь слегка разглядеть очертания женской фигуры. Но отцу и сыну и так было понятно кто говорил. Миссис Хэд вышла на небольшой участок света, который исходил от палочки, и продолжила:

-Сегодня в обед я вынесла ребятам перекусить, но их не было видно, поэтому я решила, что они могут быть за сараем. Подойдя поближе, я невольно подслушала разговор. Тогда я все поняла и не могла допустить того, о чем думал мой сын. - Миссис Хэд взглянула на Эннея, но тот смотрел в пол и часто дышал. - Отчасти это все было и моей виной, поэтому мне это все и исправлять.

Женщина замолчала и присела на лавку возле стола. Затем она шумно вздохнула и начала плакать. Годрик и Рэндольф посмотрели друг на друга и подошли ближе. Рэн присел возле женщины и ласковым голосом принялся успокаивать ее. Годрик подошел к другу, тот все стоял возле лестницы, уставившись невидящим взглядом в пол:

-Я был в комнате и услышал грохот, - тихо произнес юноша. - Когда вышел, то увидел, что он лежит здесь, на полу. Сначала решил, что ничего серьезного, но потом понял, что он даже никаких звуков не издает. Я тихо спустился вниз, все еще не в силах поверить своему счастью. Честно, я был рад и не жалею об этом. Как будто это было само провидение. Потом услышал наверху тихий всхлип. Не знаю, как я ее сразу не заметил, но в тот самый момент я все понял.

И снова тишина, которая нарушалась всхлипами миссис Хэд. Затем Рэндольф спросил:

-Где он?

-Возле задней двери. Я собирался вытащить его в лес, но не успел. - Немного подумав, парень спросил: - Что вы теперь будете делать?

-Пап? Я хочу помочь. Энней хороший, и миссис Хэд тоже. Они не виноваты, что…

-Тихо, сын. - Рэндольф перебил Годрика. - Прятать его однозначно нельзя. Кто-то его рано или поздно найдет, и у людей возникнут вопросы. Обставим все как несчастный случай: в темноте спускался вниз и оступился. Матильда, устроишь шум, побежишь к Хоппу, приведешь домой, чтобы осмотрел. Справишься?

-Но он поймет, что Эд…что он не сам… - слабо возразила женщина.

-Не беспокойся, одно простое заклинание, и Хопп скажет все так, как надо мне.

-Рэн, я не могу, давай я признаюсь, скажу, что я сама. - Миссис Хэд не выдержала и снова начала рыдать.

-Нельзя, - отрезал мужчина. - Ты знаешь, что за это будет. Хочешь оставить Эннея одного?

-Ты позаботишься о нем, я знаю.

-Нет, у него есть мать, и мать будет заботиться.

-Мам. - Энней подошел к матери, опустился на колени и взял ее руки в свои. - Не бойся, я с тобой. Спасибо, спасибо тебе. Ты очень храбрая женщина. Еще немного побудь такой, а дальше у нас все будет хорошо. Ты и я. Обещай мне.

-Хорошо, сын. Я обещаю. - Женщина вытерла рукавом лицо и стала понемногу приходить в себя.

-Пап, что мы будем делать?

Рэндольф рассказал остаток плана. Это была длинная ночь. Буквально через несколько часов об этом говорила вся деревня, но ни у кого лишних вопросов не возникло. Каждый житель выразил свое сожаление по поводу безвременной кончины ”такого хорошего человека” Матильде и Эннею Хэд. Они принимали соболезнования, но в глубине души тихо радовались.

Спустя пару недель после этой истории Годрик стоял на границе леса, не решаясь в него войти. К нему подошел отец, и юноша обернулся.

-А, это ты.